Академия - Наталья Викторовна Бутырская

class="p1">Вся толпа празднующих направилась к специально подготовленному участку земли, где под общее ликование напудренная девица бросила на почву три горсти вареного риса, полила ячменной брагой, низко поклонилась, а дальше староста засеял участок обычным просом.

Хозяева выносили из дома праздничную пищу: разные каши, выпечку, овощи, словом, блюда из того, что выросло на местной земле. Несколько мужчин переоделись в одежду из перьев, встали на короткие ходули и изображали журавлиный танец под барабаны и дудки. Девушки восторженно ахали, когда неуклюжие журавли делали вид, что вот-вот упадут.

А когда стемнело, по всей деревне зажглись бумажные фонарики, напомнившие мне о вечернем Киньяне.

Тедань выскочил из тени и всучил мне чашку:

— Пей, угощайся! — и снова исчез.

Я с сомнением понюхал содержимое, скривился от запаха, но тут Аи выхватила чашку и залпом выпила.

— Знаешь, какая у меня любимая сказка? — спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Про спутницу ДеньНочь — Иву. Я всегда восхищалась тем, что она смогла бросить семью, родителей и ушла с незнакомцем из родной деревни.

— Но потом она пожалела об этом. В конце же она вернулась обратно, оплакала могилы отца и матери, вышла замуж и стала жить, как ее предки. В этом смысл этой истории! У каждого своя судьба, и не стоит перечить ей.

— Не-е-ет, — протянула Аи и протянула чашку мужчине, что разливал всем теплую настойку. — Как тебя зовут? Шен? Ива не просто так ушла из деревни. Она смогла пожить иначе, посмотреть на мир, увидеть других людей. И потом сама выбрала, какая жизнь ей ближе. Не родители ей сказали, как жить. Не муж. Она сама выбрала свой путь. Совсем как ваш длинный, — она начала слегка пошатываться, и я взял ее за локоть.

— Таких героев, как Деньночь, больше нет.

— Ты все-таки очень на него похож. Очень!

— На кого? На Деньночь?

Но Аи не ответила. Она схватилась за живот, что-то невнятно буркнула и убежала с площади, всучив мне полную чашку. Я выпил содержимое, скривился от вкуса, подождал еще немного девушку, но она не вернулась, поэтому я отправился в дом.

На следующее утро я встал с больной головой, но после усиленного прогона Ки по телу мне полегчало. Девочки поили нас бодрящим травяным отваром и выспрашивали, что было на празднике.

— Кстати, а куда ты повел ту девчонку? Ну, местную, что постоянно рядом с тобой крутилась? — спросил Донгей.

— Кого? Аи? Никуда. Она убежала, едва стемнело, — я потер лоб, припоминая вчерашние события. — Я и не видел ее потом.

— Да брось! Я сам видел, как ты вел ее на окраину деревни. И фонари тогда уже светились.

— Может, она с кем-то другим ушла?

— Что я, знаменитого Шена не узнал бы?

Я отмахнулся, но тут дверь резко отворилась, и в дом вошел Идущий к истоку. Его волосы торчали в разные стороны, глаза были красными, лицо помятым, словно он только что встал с кровати.

— Все — живо на улицу! — бросил он.

Когда мы вышли, то обнаружили целую толпу крестьян, стоящих перед домом.

— Вот он, — вцепилась в меня женщина, в которой я узнал мать Аи. — Аи вчера с ним была!

— Где девушка? — спросил Идущий к истоку. Я невольно поежился от угрозы в его голосе.

— Не знаю. Ей стало нехорошо, и она убежала.

— Да, вчера Аи вела себя не как подобает девушке в ее возрасте. Но… — и женщина разрыдалась.

— Шен, объясни, — потребовал Идущий к истоку.

— Что объяснять? — разозлился я. — Мне понравилась Аи, мы с ней поговорили, она выпила немного, потом ей стало плохо, и она ушла.

— Кто-то видел потом девушку или Шена?

Донгей виновато глянул на меня, затем шагнул вперед:

— Я видел, как кто-то похожий на Шена вел ее за деревню.

Крестьяне зашумели, но одна из наших девушек, что оставалась в доме, по имени Венкиан вступилась за меня:

— Шен одним из первых вернулся с праздника. Он был один и сразу пошел спать.

— Я могу проверить, где она сейчас, — сказал я, вспомнив про метку на руке девушки. Идущий к истоку приподнял брови. — Я… — мне очень не хотелось объяснять, зачем поставил ее, — у меня есть способ узнать, где она и как далеко.

Идущий к истоку понял и кивнул.

Я проверил магическую метку и подпрыгнул на месте: Аи сейчас была не в деревне.

— Она… она далеко на востоке. Точное место сказать не могу, так как слишком велико расстояние. И кажется, она уходит все дальше.

— Да врет он! — выкрикнул кто-то из деревенских. Но староста не торопился кого-либо обвинять или наказывать. Он обратился к матери Аи:

— Твоя дочь и раньше вела себя непозволительно, а теперь вовсе сбежала из родного дома. Не стоит сгоряча обвинять наших гостей.

И тут со стороны деревни подошел Тедань, взъерошенный, но довольный, и тут же принялся раскланиваться с тетушками и мужчинами из толпы:

— Доброе утро! Доброе утро! Как хорошо вчера погуляли! А что за сборище? Что-то случилось? — его громкий голос подействовал на людей, как успокоительный отвар: хмурые лица разгладились, кое-кто начал невольно улыбаться. — Кого-то потеряли?

Несколько женщин наперебой принялись ему пересказывать историю, а Тедань покивал и, широко улыбаясь, сказал:

— Мой друг Шен не виноват. К нему девушки всегда были неравнодушны. Еще в Киньяне я сам видел, как к нему на улице пристала благородная красавица в шелках и золоте. Он отнекивался, но она всё равно затащила его к себе домой. И теперь он обручен с ней, поэтому Шен не стал бы делать что-то подобное.

Студенты академии изумленно смотрели то на Теданя, ожидая, что он вот-вот рассмеется и скажет, что это шутка, то на меня, пытаясь понять, что такого особенного во мне могла найти знатная девушка.

— Ученик не виноват, — вмешался Идущий к истоку, — но мы готовы догнать ее и вернуть. Шен, идешь со мной.

— И я, — тут же сказал Тедань.

Ян тоже шагнул было вперед, но Идущий к истоку покачал головой:

— Троих достаточно.

— Должен пойти кто-то из нас, чтобы подтвердить ваши слова, — сказал староста, хотя было видно, что ему эта затея не нравится.

— Мы пойдем быстро, — заметил Идущий.

— Ячменный Лоб! — из толпы вышагнул крупный парень с прыщавым лицом, от чего и впрямь казалось, что к его коже прилепились ячменные зерна. — Отправишься с ними.

Полчаса на сборы, за время которых я перекусил, перетянул обмотки на ногах, проверил обувь и спрятал в рукаве кистень. Тедань также поел и прихватил с собой серп, закрепив его на поясе так, чтобы он не