Из-за нас - Мери Ли

и тут же нашла блокнот и карандаш. Написала Адаму короткую записку. Я бы хотела написать куда больше, но остальные слова я оставлю для нашей встречи. А если она не состоится, то пусть он знает… Знает, насколько он стал мне дорог. Помнится, Джереми спрашивал у меня, счастлива ли я с Винсом, и сейчас я могла бы без запинки ответить на этот вопрос. Счастлива я была бы только рядом с Адамом.

Я вышла из комнаты и быстрым шагом направилась в кабинет Аллена. Постучала, но, не дожидаясь ответа, вошла внутрь. Он был один. Как всегда статный и властный, Бенджамин Аллен сидел за столом и не обращал на меня никакого внимания.

– Мы должны это сделать сейчас, – твердо сказала я.

– Что сделать? – спросил он, параллельно что-то помечая в блокноте.

– Убить Тобиаса.

Мои слова заставили Бенджамина отвлечься от дел и посмотреть на меня. Теперь все его внимание было приковано только ко мне. В этот раз его ледяные глаза не заставили меня поежиться или отвести взгляд. Я твердо и уверенно смотрела на него.

– Почему? – холодно спросил он.

– Лорел видела, как я его убиваю.

Бенджамин внимательно посмотрел на меня и откинулся на спинку кресла, вращая ручку между пальцами, слегка склонил голову и сказал:

– Это я знаю. Лучше скажи то, что мне неизвестно.

Я сглотнула ком в горле. Сейчас мне придется сказать это. Почему-то казалось, что стоит мне только произнести эти слова вслух и это неминуемо случится.

Я начала говорить быстро и сумбурно:

– Она видела, как Адам умрет. А значит, его не должно там быть! Сейчас он поехал выкапывать гроб своей сестры, у нас есть время на то, чтобы собрать людей и уехать.

Бенджамин молча смотрел на меня и раздражающе продолжал крутить ручку. Так проходили минуты, я все ждала и ждала. Без него мне не добиться результата.

Словно придя в себя, старший Аллен спросил:

– Она что, жива?

– Лорел видела, как Адам и его сестра убьют друг друга. – Я замолчала, но понимала, что мне нужны еще аргументы. У меня же были только догадки, ими я и воспользовалась. – Несмотря на то, как вы вели себя с Адамом все эти годы, я знаю, он вам небезразличен. И как бы это глупо ни звучало, вы считаете его своим сыном.

По взгляду Бенджамина стало понятно: я попала в точку, но также зашла на территорию, на которую не следовало соваться. Уверена, это поможет мне. Сейчас я и Бенджамин Аллен были на одной стороне, и мы не позволим Адаму умереть.

– Хорошо, – сказал Бенджамин. – Люди, которых я отобрал для захвата поезда, готовы отправиться в любой момент. Также с тобой поедут Тони и Джон. – Я открыла рот, чтобы возразить против двух последних кандидатов в сопровождение, но старший Аллен меня опередил: – Это не обсуждается.

Черт с ним.

– Согласна, – сказала я.

Да я сейчас соглашусь даже на сопровождение самого Цербера из ада. Главное, уехать как можно быстрее.

– Жди здесь, – приказал бывший мэр и вышел из кабинета.

Не прошло и десяти минут, как он вернулся с Джоном, Тони и еще каким-то человеком. Хотя нет. Это был не человек – побочный. Его выдали кристально-голубые глаза и солдатская манера держаться. Он стоял по стойке смирно, заложив руки за спину, и смотрел только на Бенджамина. Такой же взгляд я видела у Киллера. Они – бойцы, которым не давали выбора, их растили такими изначально. Они привыкли выполнять приказы и четко следовать инструкциям. Бенджамин вернулся на свое место, мужчины остались стоять у дверей.

– Выдвигаемся сейчас, – сказал хозяин кабинета.

– Почему? – спросил Тони.

Я не могла смотреть на него спокойно. Я простила ему аварию и все то, что он совершил или пытался совершить. Но тогда я еще не знала, что потеряла ребенка из-за него. И то, что он убил моего нерожденного малыша, сделало нас с ним врагами навечно.

– Потому что, – с сарказмом ответил Бенджамин сыну. – Тони, Джон, ваша главная задача – быть всегда рядом с Рейчел. Во что бы то ни стало она должна попасть в здание, отмеченное на этой карте.

Бенджамин открыл верхний ящик стола и достал оттуда карту города, в который мы сейчас отправимся. Я увидела в углу пометку – Мор-23. Остальное было настолько мелким, что со своего места мне не удалось разглядеть деталей.

– Рондо, – обратился мэр к побочному, – ты знаешь, что нужно делать.

– Да, сэр. Но мы можем подождать остальных, чтобы…

Бенджамин со всей силы ударил кулаком по столу, и кажется, я даже услышала треск дерева. Его взгляд стал уничижительным, а голос прозвучал холодно и зло:

– Это, вашу мать, приказ! А не посиделки у костра. Если я сказал сейчас – значит, сейчас. Надеюсь, мне больше не нужно будет тратить время на объяснение таких банальных моментов.

– Нет, сэр, – тут же ответил Рондо, еще выше приподняв подбородок.

– Отлично, – уже спокойно сказал старший Аллен.

Он снова откинулся на спинку кресла и обвел всех взглядом. Как только он собрался что-то сказать, в дверь тихо постучали.

– Входи, – сказал Бенджамин и словно от усталости прикрыл глаза.

Дверь открылась, и в проеме я увидела Серену. Она была, как всегда, в очках, с пучком на голове и в объемной кофте серого цвета. Девушка тихо прикрыла за собой дверь и обернулась к нам.

– Я тут услышала что-то про приказ, – сказала она. Наткнувшись на вопросительный взгляд хозяина кабинета, она объяснила: – Ну я проходила мимо двери и случайно подслушала.

– Тебя это не касается, – холодно сказал Бенджамин.

– Касается. – Серена спорила, но не рьяно.

– Что, прости? – Кажется, старший Аллен растерялся. Такого выражения лица я у него никогда не видела. – И с каких это пор каждый решил высказать свою точку зрения?

– Вы куда-то уезжаете? – спросила Серена, смотря на Тони.

– Да. Я тебе рассказывал об этом, – ответил тот.

Серена расправила плечи и выдала:

– Я тоже еду.

Аллены ответили хором:

– Нет.

– Да. Не вижу причин не поехать. С моего участия начался весь этот хаос. И что я скажу своему ребенку… – тараторила Серена.

– Что? – шокированно спросил Тони и обошел ее, чтобы лучше видеть лицо с раскрасневшимися щеками. – О каком ребенке идет речь?

– О твоем. И о моем, конечно.

– Ты беременна? – спросил Бенджамин.

– Да. Теперь я уверена.

Наступила тишина. Вот так, одним махом, Серена смогла сбить спесь с семьи Аллен. Тони медленно подошел к Серене и нежно взял ее за руку. Кажется, он потерял дар речи. Но старший Аллен, наоборот, приобрел:

– Тогда ты тем более останешься здесь.

– Простите, но нет, – заявила Серена. – Я не смогу