Вызов брошен - Джон Демидов
— Серёг, ты представляешь⁈ Меня сюда привезли на чёрном «Мерсе»! С мигалками! Мы даже по встречке летели! И этот отель… Я даже не надеялся, что в этой жизни доведётся в таком побывать! Тут ванна — как бассейн! А ещё… — он понизил голос до драматического шёпота, — мне сказали, что если что-то нужно, то достаточно позвонить в ресторан и всё принесут! Причем платить за это дело не надо!
Я не мог не улыбнуться искренности своего друга, и на самом деле мог понять его восторги… После леса, паутины и допросов эта внезапная роскошь действительно сбивала с толку.
— Это часть достигнутых условий, Илюх, — сказал я, скидывая рюкзак на диван. — Государство готово щедро платить за нашу с тобой «уникальность» и будущие заслуги.
После этой фразы я повернулся к Андрею, который стоял, наблюдая за нами с лёгкой, понимающей усмешкой, и сказал ему:
— Андрюх, если тебе не трудно… Не мог бы ты пока что взять на себя хозяйственные вопросы? Мы с Ильёй со вчерашнего обеда толком ничего не ели, так что закажи нам чего-нибудь… ну, не слишком пафосного, но сытного. А Илье сейчас нужно будет кое-что сделать…
— Без проблем, — согласился Андрей, тут же направившись к телефону на тумбочке. — Есть какие-то предпочтения? А то закажу чего-то из того, что вы не едите…
— Мясо, — сразу выпалил Илья. — Много мяса… И картошки бы…
Андрей на это понимающе усмехнулся, и сказал:
— Понял, сейчас всё устроим.
«Так… Один вопрос решили», подумал я, и обратился к своему другу:
— Ну что? Я так думаю, что сейчас — самое оптимальное время, чтобы ты начал проходить тест перед погружением в Сиалу. Готов?
Энтузиазм мгновенно испарился с лица Илюхи, он стремительно побледнел, а глаза испуганно округлились.
— Серёг… Честно? Очкую я что-то… А вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг я не справлюсь, или меня вообще закинет к чёрту на рога?
Я положил руку ему на плечо, и заглянув в глаза, сказал:
— Всё будет нормально. Даже если что-то пойдет не так — ты в любой момент можешь выйти из Сиалы, и вернёшься сюда, в безопасность, понял?
Мои слова, кажется, немного его успокоили, после чего он кивнул, и сглотнув неожиданно вязкую слюну, произнёс:
— Ладно… Ну, я тогда пошёл?
— Ни пуха!
— Иди ты к чёрту! — с чувством ответил друг, после чего сосредоточился на своём интерфейсе, а в следующее мгновение вокруг него зажглись три синих кольца, и он исчез, оставив меня одного.
Глава 4
Интерлюдия. Роман Григорьевич
В кабинете Романа Григорьевича стоял густой запах крепкого кофе, а сам хозяин кабинета, снявший пиджак и расстегнувший воротник белой рубашки, выглядел так, будто его вот буквально только что вытащили прямиком из могилы.
Темные, как синяки, мешки под глазами, серая, небритая щетина, пальцы, время от времени надавливающие на переносицу, чтобы отогнать навязчивую головную боль…
Ночные приключения с «Чайкой», безумный план осуществления его эвакуации, а затем бесконечные звонки от дипломатов, военных и разведчиков, пытающихся либо выяснить, что произошло, либо хоть как-то разгрести последствия произошедшего, вычерпали из него все соки.
Он сидел, откинувшись на спинку своего кресла, и его обычно острый всевидящий взгляд, сейчас был туманным, устремлённым в одну точку на стене.
Именно поэтому, когда дверь резко открылась и в кабинет без стука вошёл Александр Леонидович, Роман Григорьевич лишь медленно перевёл на него свой взгляд, совершенно не шевеля при этом головой.
Его гость, председатель военно-технической комиссии при Совбезе, человек, чьё слово могло остановить или запустить любую программу вооружений, выглядел ничуть не лучше, чем он.
Его обычно безупречно отглаженный костюм был помят, галстук ослаблен, а на строгом, аскетичном лице читалась удивительная смесь раздражения, усталости и подавленной злости, увидев которую, Роман Григорьевич невольно усмехнулся уголком губ, прекрасно понимая причину такого неподобающего вида.
— Ну что, Александр Леонидович? — произнёс Роман Григорьевич охрипшим голосом. — Совсем всё печально? Непробиваемый?
Александр Леонидович отвечать не спешил. Вместо этого он молча, почти машинально подошёл к столу, взял хрустальный графин с водой, налил полный стакан, после чего поднял его немного дрогнувшей рукой и залпом опустошил, словно пытаясь вымыть из себя горький привкус неудачи.
После этого он поставил стакан на полированную столешницу с таким стуком, что тот чуть не треснул, и раздражённо выдохнул, скрывая целую бурю эмоций:
— Да! Чёртов… абсолют. Вот не передать словами — насколько проще работать с Соколовой! Сказали «надо» — она кивнула и сделала, а этот…
Этот требует что-то, как будто на базаре находится! Торгуется! Угрожает, будто у него за спиной не государство стоит, а целая гильдия каких-то рейнджеров! И смотрит свысока, Роман Григорьевич, свысока! Будто я перед ним не Александр Леонидович Трофимов, а мальчик на побегушках!
Роман Григорьевич философски, и несколько устало пожал плечами, после чего сказал:
— Времена меняются, Александр Леонидович. Старая власть, наша власть, пока ещё держится на привычке, на структурах, на пушках, в конце концов… Но в глазах вот таких, как он, как Соколова, как те, кто уже получил силу из системы… В их глазах всё сильнее обретает ценность не должность в кабинете, а количество и качество этих самых колец под ногами. И что уж там…
Исходя из их новой, дикой иерархии, наш Сергей Игоревич, который в одиночку умудрился получить пятое кольцо за крайне малое время, вполне имел право так с вами разговаривать. Он сейчас по их меркам — уже не человек. Он — сила. А силу или уважают, или ломают. Мы с вами пока что не можем его сломать, не потеряв при этом всё, а значит, выбора у нас нет… Придётся уважать. Или хотя бы делать вид.
Трофимов мрачно хмыкнул, а затем снова налил себе воды, но на этот раз пил куда медленнее, стараясь взять себя в руки.
— Философия, Роман Григорьевич, философия… А на деле — везде бардак! Мы даже толком договориться не смогли ни о чём! Он упорно не хочет нам доверять, и требует к себе какого-то особого отношения, а когда я привожу ему вполне разумные доводы, что его жизнь и свобода важны для страны — пренебрежительно отмахивается!
Мы почти час с ним беседовали, и единственное, что мне удалось продавить — это
