Алексей Константинов - Ларец Пандоры (СИ)

Прохоров спрятался в спальне. В руках он сжимал небольшой револьвер и направил его на одного из бандитов, так и не решившись спустить курок. Наёмник и антиквар держали другу друга на прицеле, пока в спальню не вошёл Эмберх. Он оценил обстановку, презрительно хмыкнул.

— Господин Прохоров, опустите своё оружие, — предложил он. — Нас больше, если вы не проявите благоразумия, развязка окажется трагичной.

— Пускай он опустит своё, — дрожащим голосом потребовал антиквар.

— Дэвид, окажи хозяину услугу, — попросил Эмберх. Наёмник опустил свой пистолет. Платон неуверенно посмотрел на Эмберха.

— Мы ждём, господин Прохоров, — широко улыбнувшись, сказал Карл.

Антиквар покорно отвёл пистолет в сторону.

— Так-то лучше, — похвалил его Эмберх. — Я слышал, у вас есть моя собственность. Бумаги барона Эмберха. Верните мне их, мистер Прохоров.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — сказал Платон, не сводя глаз с наёмника Дэвида.

— Позвольте, я вам напомню, — Карл продолжал улыбаться. — После того, как вы получили несколько писем с просьбой продать бумаги, вы спрятали их в банковской ячейке, решив, что так будет надежней. Но вчера, когда ваши дочери пропали, вы сочли разумным подготовиться к скорейшему отъезду из Нью-Йорка, забрали бумаги из ячейки, принесли их домой. Они принадлежат мне, мистер Прохоров. Верните их, и мы расстанемся друзьями.

— Я отослал их с женой, — схватился за соломинку Платон. — Они у неё.

— Бросьте. Вы отдали ей подделки. В расчёте на то, что похитители сразу не заметят разницы. Вы решились на авантюру. Как только супруга с дочерьми вернутся, вы покинете Нью-Йорк и отправитесь в Сан-Франциско, где будете жить под другим именем. Я от чистого сердца пожелаю вам удачи и благополучия на новом месте, когда вы вернёте мою собственность.

По мере того, как Эмберх небрежно пересказывал замысел Платона, лицо русского антиквара вытягивалось. Когда Карл закончил, лицо Прохорова стало бледнее белого.

— Итак, — нарушил затянувшееся молчание Карл. — Я не хотел бы переворачивать всё вверх дном, господин Прохоров. Где мои бумаги?

— У вас нет никакого права… — начал было Платон.

— У меня право крови. Вы присвоили себе собственность барона фон Эмберха. Я требую вернуть её обратно, иначе, — глаза Карла угрожающе сверкнули.

Платон потупил взгляд, молчал.

— Поторопитесь, мистер Прохоров, — сказал Карл. — Я не привык ждать.

События развивались молниеносно. Прохоров вскинул свой пистолет, направил его прямо в грудь наёмнику и выстрелил. Однако пуля разрезала лишь воздух в том месте, где мгновение назад находился подручный Эмберха. Карл успел оттолкнуть его, двинулся на Прохорова. Платон перевёл оружие в сторону Эмберха, стрелял практически в упор, но в дверном проёме возникла фигура другого помощника Карла. Бандит выстрелил три раза. Все три пули попали в Прохорова, каждый выстрел оказался смертельным. Револьвер Платона отлетел в сторону, сам антиквар упал на пол, истекая кровью.

— Ищите бумаги! — приказал Эмберх наёмникам, сам склонился над умирающим, встряхнул его.

— Где они? Где бумаги? — спросил Эмберх. Платон неопределенно промычал в ответ и умер.

Эмберх вскочил на ноги, принялся за поиски. Когда он стал исследовать ящики комода, с кухни донёсся крик одного из подручных.

— Я нашёл!

Эмберх выбежал из спальни, миновал короткий коридор, ворвался на кухню, посмотрел на открытый чемодан, внутри которого лежали пожелтевшие от времени листы. Карл закрыл крышку чемодана, замкнул его, взял в правую руку, окинул взглядом помещение.

— Нам пора, — произнёс немец.

Грабители бегом покинули квартиру и спустились вниз, к подъезду, где их уже дожидался встревоженный водитель.

— У нас проблемы, — сообщил он. Карл вопросительно взглянул на водителя. — Прибежал посыльный. На квартиру звонил Бергер. Похоже, нас пустили по ложному следу. Прохорову ведут куда-то ещё.

— Он сказал, куда?

— Да, — ответил водитель. — Сейчас она в районе Авеню Север, движется к девяносто первой улице.

Вдалеке надрывались полицейские сирены. Время поджимало.

— Так поехали! — распорядился Эмберх.

Преступники забрались в салон; автомобиль сердито зарычал и сорвался с места.

— Я вас слушаю, — Джеймс осторожно выглянул из квартиры, с опаской поглядывая на полицейских.

— Здравствуйте, — полицейский приветливо улыбнулся, — меня зовут Роб Лонгвел, а это мой напарник, Эрик Зейвейгер. Нам позвонили, сообщили, что в этой квартире помимо их желания удерживаются две девушки. Поэтому мы бы хотели войти, если вы, конечно, не против, — полицейский как бы невзначай посмотрел на свой пояс, где висел его пистолет. — Если мы вам всё-таки помешали…

— Я удерживаю девушек помимо воли, — Джеймс улыбнулся. — Должно быть, вам позвонила та пожилая леди, которая живёт этажом ниже? На самом деле глупая ситуация. Я объяснил ей, что не пускаю дочек на прогулку из-за их нарядов.

— Тем более. Если вам нечего скрывать, дайте нам проверить, мы успокоим пожилую леди и уедем, — в разговор вступил второй полицейский, Эрик Зейвейгер. — Мы по большей части тем и занимаемся, что проверяем сигналы, поступающие от сбитых с толку старушек.

— Так мы можем войти? — Лонгвел бросил ещё один многозначительный взгляд на пистолет. — Или вам есть, что скрывать?

— Извините, но впустить я вас могу, только если вы располагаете необходимыми бумагами, — Джеймс понадеялся оттянуть неприятный момент. — Ничего такого, просто хотелось бы соблюсти процедуру.

— Поверьте, оформить бумаги недолго, но когда они у нас будут — ух! — и развернёмся мы, — Лонгвел улыбался, но его глаза излучали угрозу. — Кто-то должен отучить граждан от излишней тяги к бюрократии. Помню интересную ситуацию. Как-то мы с Эриком приехали на вызов. Двое мужчин якобы похитили несовершеннолетних девочек. Один из них упрямился, не хотел нас пускать, мы его заподозрили, получили бумаги, ворвались в квартиру, перерыли всё вверх дном. Вызов-то оказался ложным, да документов у него не было. Так и отправился он обратно в Италию, побираться. Тот случай в Бронксе произошёл, Эрик?

— Определённо. В этом самом районе, — Зельвейгер оживлённо кивнул.

— В таком случае проходите, — Сквайрс открыл дверь полностью и освободил проход. Полицейские вошли внутрь. — Не подумайте только. Документы у меня есть. Я гражданин Великобритании, потому попрошу относиться ко мне с должным почтением, — Свайрс решил напустить туману и сбить спесь с самоуверенных полицейских, посмевших ему угрожать, пусть и в иносказательной форме.