Артём Демченко - Ледяной коготь (трилогия)

— Как вы? Живы, здоровы?

— Мы в порядке, — сказал дракон. — А ты как?

— Мы справились! — сказал Кулиэль. — Это главное!

— Молодец, — сказал Элендил. — Ты нас спас!

— Твоя выдержка заслуживает уважения, — сказал Дорк. — Без тебя мы бы точно сгинули… Фух!

— Да ладно вам-вы тоже молодцы, — сказал Кулиэль. Затем он повернулся к Фобосу. Тот стоял в обличии гидры и недовольно смотрел на Кулиэля.

— Уговор есть уговор, помнишь? — напомнил Кулиэль, протянув руку вперед.

Фобос недовольно поморщился, но все же он не мог нарушить обещания: какой никакой, а он бог!

— Ладно, — проворчал он и, приняв свое истинное обличие, вытащил свой большой глаз из глазного яблока. Посмотрев на него в последний раз, протерев его, он нехотя вручил его Кулиэлю.

— А теперь проваливай! — сказал он, отвернувшись.

— Благодарю, — съехидничал Кулиэль.

— Ну что, пойдем? — спросил Элендил.

— Давно пора! — сказал гном, погладив живот. — Уже давно прошло время обеда, а у меня в желудке еще и ружье не стреляло!

Все рассмеялись.

— Ладно, — сказал Кулиэль, — пойдемте, а то нас наверное уже вся команда заждалась. Волнуются ведь!

— Пойдем, герой дня! — сказал с улыбкой дракон, и они вместе вышли из тронного зала.

Фобос еще долго стоял посреди зала и морщился от обиды. Затем он вздохнул и сел на свой трон.

…Несколько шлюпок уже стояли на берегу, ожидая прибытия дракона, Кулиэля, Элендила, Дорка, Шенбура и Гнорина. Все с напряжением смотрели вглубь ущелья, стараясь не упустить их из виду. Тирен и Радмир вглядывались в непроглядный конец ущелья, стараясь высмотреть отважных путешественников.

— Спорим на пять шемдингов, что они вернутся? — предложил Радмир.

— Нет, — ответил Тирен, — слишком просто. Давай так: спорим на 10, что они вернутся целыми и невредимыми?

— Хорошо, — сказал Радмир. — Ставлю 10, что один из них утонул в Стиксе.

— Ставлю 10, что все живы.

— По рукам?

— По рукам!

Оба стали пристально всматриваться в конец ущелья. Когда наконец лодка Харона показалась, толпа оживилась, начала что-то обсуждать. Наконец, лодка причалила к берегу. Все по одному начали сходить на берег: сначала вышел Кулиэль, за ним спрыгнул Элендил, за ними слез Дорк, после них, еле встав на ноги, слез Гнорин. Затем из лодки вышел Шенбур. Дракона почему-то в ней не оказалось. Все перепугались и начали расспрашивать прибывших, что с ним случилось.

— Хех! — усмехнулся Радмир. — Давай денежки, приятель!

— Тебе лишь бы только денег получить, а как помянуть до…

— Кого вы тут поминать собрались? — послышался голос со спины.

Они обернулись и увидели дракона, целого и невредимого.

— Он жив! Он жив! — воскликнул Тирен, бросившись к нему.

— Эх, продул я, — сказал Радмир. — Теперь позор на всю жизнь…

— Ха-ха-ха! — рассмеялся дракон. — Да ладно тебе! Иди сюда, «позор».

Лицо Радмира сменилось улыбкой, и он тоже бросился обнимать дракона.

В этот день на кораблях царило всеобщее веселье. Корабли с ценным спасительным грузом мчались на всех парусах и веслах, чтобы поскорее попасть домой. Все ночи, что заняло плавание, на кораблях пели песни и танцевали. На палубах ярким светом горели лампы и свечи, которые создавали неповторимое ощущение всеобщего праздника и успеха. Корабли уверенно шли домой, ведомые точным и незыблемым ориентиром.

Эпилог

Прошла неделя с того момента, как с пристани Эльдораса корабли, подгоняемые попутным ветром, отправились в опасное, полное непреодолимых трудностей, путешествие. Каждую ночь на главной пристани собирался народ, безотрывно смотря вдаль, в надежде увидеть какой-нибудь корабль. Среди них была и Судала, которая с самого начала, в первый же день после отплытия Кулиэля, приходила на пристань, чтобы увидеть тот мерцающий вдали свет, который бы известил ее о целости и невредимости ее любимого, с кем она так и не успела толком пообщаться, погулять ночью под полной луной, попить игристого эля в трактире, где он бы рассказывал ей удивительные истории, которые бы она, убаюканная его сладким, плавным голосом, слушала до скончания времен.

В ту ночь, когда корабли должны были вернуться из опасного путешествия, она как обычно стояла на пристани, в ожидании того маленького светящегося пятнышка на горизонте. Простояв так несколько часов, замерзшая и усталая, она отчаянно вздохнула и решила, что больше ждать уже не стоит. Как только она отвернулась от яркого света Луны и прошла несколько метров от причала, ее слух уловил знакомые нотки, которые прочно засели у нее в голове с момента расставания. Это была мелодия той самой кукушки, которую она дала Кулиэлю в тот день, успев в последний раз пообщаться с ним.

Обернувшись, сначала она увидела лишь яркий свет, который двигался по направлению к ней. Но вскоре этот свет превратился в корабль, который стремительно несся к берегу. Застыв от счастья и изумления, она не знала, что делать: она хотела кричать от радости, но крик этот застрял у нее в горле, словно камень, отчего она на могла произнести не слова. Внезапно она услышала крики людей, которые приближались все ближе и ближе. Через десять минут на пристани собралось столько народу, что всем едва хватало места: все хотели поскорее увидеть героев, добывших спасение для них всех. Наконец, трирема, а затем и остальные корабли причалили к берегу. Она не сразу разглядела тех, кто на ней был, но была уверена, что Кулиэль вернулся, что он жив.

Пробираясь через толпу собравшихся, она то и дело пыталась докричаться до своего возлюбленного:

— Кулиэль, я здесь, Кулиэль!

Но он ее не слышал, так как его окружили другие люди, которые хотели отблагодарить его. Поднимая голову, она пыталась до него докричаться, но все было тщетно: ее голос буквально растворялся в толпе. К счастью дракон, обладавший отменным слухом, расслышал этот голос. Он улыбнулся и сказал рядом стоявшему Элендилу, который обнимал какую-то девушку:

— Я сейчас вернусь: нужно помочь кое-кому…

— Кому? — спросил тот, но не услышал ответа. Дракон взмыл в небо и приземлился на крышу ближайшего дома. Теперь ему было видно Судалу, которая прорывалась через толпу людей, пытаясь достигнуть любимого. Улыбнувшись, он сказал: «Вот и настал мой черед творить счастье других. Ну, братишка, — сказал он, будто обращаясь к Кулиэлю, — с тебя счастливая семья. Не подведи!»

С этими словами он направил поток своего ледяного дыхания на каменную дорожку, и в ту же секунду Судала заскользила к Кулиэлю. Через мгновение, чуть не упав, она упала в объятья Кулиэлю. Посмотрев друг на друга любящими глазами, они сошлись в поцелуе. В тот момент толпа взорвалась криками восторга. Посмотрев на это зрелище, дракон удовлетворенно улыбнулся и сказал самому себе: