Слишком много колдунов - Цогто Валерьевич Жигмытов

к северу от залива, а среди Легиона и осуждённых был пущен слух, что их там лучше кормят, спят они на мягких гамаках прямо в мобиле, и даже – что им будут платить жалованье, причём втрое больше, чем в Легионе.

Позднее, через несколько часов, принц-консорт убедился, что его приказы работают так, как надо: ему доложили о мелких стычках между осуждёнными и патрулями Пека, кроме того, майор Тулип лично заходил к капитан-интенданту Дебрэ и между делом интересовался расходами на «северный лагерь» – на что капитан-интендант сообщил ему, что это сверхсекретная информация, а после, как и было приказано, доложил его высочеству.

А сразу после завтрака Фуке начал разрабатывать план штурма.

Точнее, целых три плана.

2

Человек с породистым лицом смотрел на Питера пристально, со смесью отвращения и злого любопытства. Так выглядит ребенок, который мучает ужалившую его осу. Руки Питера были связаны за спиной дважды, в кистях и локтях, ноги стянуты ниже колен, а петля, накинутая внизу на ступни и пропущенная между руками, плотно и безжалостно охватывала его шею. Он сидел на узком стуле, выгнувшись назад и запрокинув голову, чтобы можно было дышать, и смотрел на принца-консорта искоса.

– Ты хотел меня видеть, – произнёс Фуке. – Я здесь.

Питер только собрался сказать, что он совсем не хотел его видеть, и вообще что происходит, как вдруг кто-то заговорил его голосом и чужими словами.

– Николя. Сколько времени прошло. Хе-хе-хе.

Лицо его высочества не дрогнуло, лишь зрачки едва-едва расширились. Питера охватила паника, но его язык продолжал говорить.

– Ты был воришкой и трусом, ты им и остался, Николя. Хе-хе.

Шарль Фуке прикусил губу, лениво посмотрел по сторонам.

– Боишься, что меня услышат, Николя? Правильно боишься. Золото может купить тебе титул, положение, связи и даже чужую жизнь… Кто был тот офицер Легиона, чью жизнь ты выдал за свою? Кому ты приказал перерезать его родных? Или твои собаки загрызли его? А может, ты сам сделал это, а, Николя?

Фуке потёр нос, кашлянул и словно бы в задумчивости прошёлся туда-сюда. Питер следил за ним одним глазом, и изо всех сил пытался крикнуть, что это не он говорит, а кто-то другой, но не мог.

– Но правду за золото не купишь, она всегда выйдет наружу, так или иначе.

Принц-консорт появился снова в поле зрения Питера, и в руках у него была винтовка. Он заряжал её, и Питер увидел, что его высочество делает это гораздо увереннее, чем он; кроме того, патроны, сидевшие в обойме, были необычными – с длинными блестящими, почти что белыми, пулями.

– Тебе придётся убить и мою жену, и актрису, и наверное тех, кто сейчас охраняет меня, и бог знает кого ещё… Эх, Николя, Николя… Хе-хе-хе… Когда же ты поймёшь, что настоящая вечная жизнь – это…

Фуке быстро вскинул винтовку и плавно, направив ствол прямо ему в лицо, нажал на курок. Питер не успел договорить, но успел подумать, и последняя его мысль была удивлённой.

«Серебряные пули?!»

– …Укххххааа! – Питера подбросило и выгнуло, он свалился с койки на пол. Его рвало мутной жидкостью, он стоял на четвереньках, голова раскалывалась, пол расплывался в глазах, локти ходили ходуном.

– Те же и то же. – Голос Жака, со знакомыми ехидными интонациями. – Утро так называемого учёного. Изрядная картина.

Рвота прекратилась, Питер поднял голову и огляделся.

Это было большое помещение с мощным низким потолком, залитое светом. Запах аптеки, большой стол в центре, шкафы и стеллажи у стен, загадочные предметы из стекла и металла, ряды пробирок с разноцветным содержимым. Койка, с которой упал Питер, была в углу, рядом стояли ещё три таких же, отгороженные ширмой; на самой дальней сидел Жак в светло-зелёном халате. Судя по лицу финансиста, его пробуждение хоть и случилось раньше, но вряд ли было менее неприятным.

– Аслан, – выговорил Питер, еле шевеля языком и губами. Жак поднял очи горе, показывая тем самым, что хоть и готов к тяжести общения с Питером, но не испытывает от этого никакого удовольствия, затем указал на дверь. Учёный посмотрел туда и увидел эвакуатора, за которым шёл невысокий сухопарый старичок.

Аслан и Франциск Прелати остановились у койки Питера. На эвакуаторе и на Прелати были такие же светло-зелёные халаты, что и на Жаке.

– Вы всех своих гостей травите газами? – спросил Питер насколько мог мрачно, при этом стараясь отдышаться: он только что совершил маленький подвиг, вытерев пол полотенцем и забравшись обратно на койку. – Уважаемый господин Прелати. Привет, Аслан.

– Мы не знали, чего от вас ждать, – сухо ответил колдун. – Вы могли быть шпионами Фуке.

Жак издал звук, похожий на хрюканье, Аслан посмотрел на потолок.

Прелати их проигнорировал.

– И как вы выяснили, что мы не шпионы Фуке?

Старик помолчал, затем посмотрел на эвакуатора, будто бы спрашивая у него разрешения. Аслан хмыкнул, поскрёб смуглый подбородок и сообщил:

– Фуке приближается. – Жак и Питер переглянулись. – Будет здесь завтра утром или вечером. Может, раньше.

– А-а, – протянул Жак. – И его намерения, судя по вашим лицам, далеко не дружественные.

– Нет, не дружественные, – подтвердил Прелати, не глядя на Жака. – Я полагаю, что он хочет уничтожить всех обитателей моего замка, а сам замок срыть до основания. Последнее ему, к счастью, не по силам, поэтому, думаю, он ограничится банальной резнёй. Ему не привыкать.

– А я думал, вы братство, – сказал Питер, осторожно умащиваясь на койке. Голова кружилась. – Братство Урании, или как вас там.

– Сказки для идиотов, – отрезал колдун. – Вроде Легри.

Аслан фыркнул.

– А зачем вы дали ему ваши… эээ… приборы?

– Он поставлял материал для исследований, – ответил колдун.

– Женщин, – сказал Аслан утвердительно. – Женщин поставлял. Среди субурдов Легри не было ни одной женщины.

Прелати смотрел на Питера тяжело и спокойно.

– Ещё вопросы?

– А! – воскликнул Жак. – Так вам нужна наша помощь.

– А что вы делали с… материалом для исследований? – спросил Питер. Он спросил негромко, но в лаборатории будто в колокол ударили.

– Они живы, – ответил Прелати, помедлив. – Живы, и насколько мне известно, вполне здоровы. – Он поглядел на Питера с неожиданной усмешкой. – Впрочем, вам лучше знать: вы ведь их видели совсем недавно.

У Питера отвисла челюсть, но Жак соображал быстрее.

– Суаль, – воскликнул он. – Ведьмы в тоннеле.

– Не все они, и не только они, – уточнил колдун. – Но в целом, половина жителей Нового Кале и его окрестностей – либо наши… ученицы, либо их дети.

– А почему они живут не рядом с вами, или ещё в каком-нибудь безопасном месте? – спросил Жак. – Почему в тоннеле?

Питер и Аслан догадались одновременно.

– Солнечный свет, –