Игорь Дравин - Рейнджер

— А что с ними?

А то ты не видишь моими глазами? Все, как один, столпились у палисада и смотрят на восходящий диск Хиона. Блин. Они ни разу не видели рассвета? Зато мне их спины видны очень хорошо.

— А тут есть выпускной вечер, ночь и утро?

Нет, конечно. Чувствую, что по пришествии данной компании в королевство Мелор даже Ронк будет утверждать, что его племяшка ни разу и ни с кем. Он лично над ней все ночи дежурил с обнаженным мечом и все попытки пресекал. Конечно, если папенька Алианы будет об этом спрашивать.

— Чьи попытки?

Да черт его знает. То ли мои, то ли девчонки. Опять блин: теперь и граф будет лгать. Я уже не говорю об остальных. С егерями все понятно. Ничего не видели, не слышали и так далее. Пат улыбнется и пошлет всех к Создателю, а если не поймут, то пошлет и подальше, чтобы поняли наверняка. Изар — так вообще. В последнее время он мне совсем не нравится. Вернее, не нравится его реакция на происходящее. Все туристы, а он самый первый, считают, что бросают меня. Считают, что бросают своего боевого друга на произвол судьбы. Бросают того, кто их спас, кто перевел миссию туристов из разряда невыполнимой в замечательную шутку. Они домой, а я в бой. В тот бой, который туристы должны были закончить вместе со мной. Это они так думают. Блин, «Я», что делать?

— Может, прекратить себе врать? Ты видишь смысл в этом?

Нет, и не хочу думать о том, что ты произнес. Я не вру себе. Я ввожу себя в заблуждение. Наверно.

— Ронк, — начал я, — готовься принять командование отрядом.

— Принял, Далв, — ответил мне двоюродный брат короля.

— Выдвигаемся? — спросил Гил Добряк.

— Конечно, — кивнул я и сел на Пушка.

— Открыть ворота, — заорал Гил и дал отмашку двадцатке рейнджеров.

Вот мангуст свинью мне подсунул. Ничего не сказал о том, кто является временным комендантом седьмого поселка. От кого зависит сейчас здесь все. Мангуст — скотина. Мы начали проезжать сквозь открывшиеся ворота. Теперь пара километров — и мы у крепости Алых. Там телепорт, и все. Все. Алиана отправится домой. Ее отец наденет корону — хм, какая это корона, это тонкий обруч — и выздоровеет. Что он будет делать потом, меня не интересует.

— А что будет делать она?

Заткнись.

— Далв, — начал Гил, — с тобой все в порядке?

— Со мной все отлично, — с трудом раздвинул я губы. — Едем к Алым.

Со мной все отлично, а мангуст — скотина. Когда я вчера увидел Гила, когда он увидел меня, въезжающего в ворота, то я едва успел ему представиться теперешним именем. Впрочем, это все равно не избавило меня от ломания, заметьте, моих ребер этим медведем. Как Гил крыл меня матом. Потом крыл. Когда мы оказались в корчме казненного посредника, которую Гил переоборудовал под свой штаб. Ломал мне ребра потом, когда мы остались в одной комнате наедине. Я хмыкнул: такого интима я точно не ожидал. А потом я еще был и зверски отруган. Гил меня искал в Белгоре, как только услышал о произошедшем с волчицами. Как только узнал о произошедшем с одной магиней жизни. Узнал о смерти той, кого я не могу называть теперь даже мысленно по имени. Жаль, что у него с ней ничего не получилось. Наверняка тогда она была бы жива. Гил узнал, что я уехал из Белгора, и все. Потом была небольшая попойка, а потом я пошел в комнату принцессы. А потом мы не смыкали глаз до утра. Как она была нежна и нетерпелива. Как я был настойчив. Грусть, страсть, сожаление, желание взять последние мгновения счастья — вот что царило в комнате Алианы. Я зарывался лицом в ее волосы, и мы говорили о пустяках. Через некоторое время опять говорили обо всем, только не о нас.

— Не надоело?

Заткнись! Дай мне проводить девчонку. Немного еще осталось, а потом я отправлюсь резать своих старых друзей. Мангуст опять дал мне амулет связи. Мангуст — скотина. У него этих игрушек было две. Стоп. А может, у него их больше? Надо узнать, надо его раскрутить. Он мне должен. Так вот, караван до сих пор не обнаружен. Я успею, я найду своих друзей с Бароса и начну их убивать. Может, это мне поможет?

— Не думаю.

Поможет. Я уверен в этом.

— Далв, — девчонка пришпорила свою лошадь и оказалась рядом со мной. — Послушай меня, Вольный Ветер.

— Как ты меня назвала? — спросил я.

— Вольный Ветер, — слабо улыбнулась бледная девчонка, — ведь это твое настоящее имя. Ты делаешь только то, что хочешь делать. Ты полностью свободен в своих поступках. Ты делаешь только то, что велят тебе твоя честь и твой долг. Сегодня ты один, а завтра другой. Сегодня ты в одном месте, а завтра — Проклятый знает где. Ветер, не забывай меня, прошу тебя об этом. У тебя было много женщин. Я думаю, что будет еще больше, но если однажды легкий и ласковый ветерок проникнет в мой замок, если кто-то проникнет в мою спальню, я буду этому только рада. Я буду ждать этого, я буду ждать нашей следующей встречи. Прошу, не забывай меня.

— Не забуду, — улыбнулся я.

Блин. Кажется, с течением времени ничто не устаканится. Девчонка может сорваться в любую секунду. Почему? Почему она так себя ведет? Почему она испытывает ко мне настолько противоречивые чувства? Я уже ничего не понимаю. Гвардеец и Четвертый, я хреновый ученик. Вся ваша наука не может помочь одному болвану разобраться в чувствах одной девчонки.

— Когда начнете работу, лодыри? — заорал Гил.

Так, мы уже приехали к небольшой крепости Алых.

— Заезжайте, кому надо, — крикнули рейнджеру в ответ. — Сейчас откроем ворота.

Сейчас все и закончится. Хион полностью взошел и освещал своим светом открывающиеся ворота.

— Ты уверен, что закончится?

Ты о чем это? Я насторожился. Для чего я взял в последнюю прогулку с собой Гила и двадцать рейнджеров? Из лесов выйти к седьмому поселку можно слишком многими путями. На всех маршрутах запыхаешься организовывать засады. Кстати, о птичках: все маршруты знают только рейнджеры. Лорак сказал мангусту, каким путем я веду туристов, только поэтому Йерк смог меня перехватить. А вот из поселка к Алым ведет только одна дорога. Портал — это единственная точка, где туристов могут перехватить на выходе из пограничья. Больше негде. Перенос — и они оказываются в десяти километрах от Вайлы, столицы Мелора. Там они в полной безопасности. Там их ждут бывшие подчиненные Ронка. Там их ждет, притворяясь, что проводит учение, рота гвардии. Там их ждет сотня гвардейцев. Я поморщился, когда Ронк мне об этом рассказал, но он меня уверил, что такое происходит часто. Кроме того, сотня гвардейцев со своими людьми, а это еще триста бойцов, не знают ничего. Приказ коннетабля на очередные учения, и все. Все они ветераны. Все они помнят своего бывшего полковника. Кстати, о птичках. Теперешний командир гвардии, племянник Ронка и кузен Алианы, тоже там находится. Сам Проклятый поостерегся бы там появляться.