Ковен возрожденных - Айви Эшер

«Я не буду Сувереном» все же лучше, чем я ожидала. К тому моменту как я вернулась в зал, Сурин уже скинула бомбу. Возможно, это дало им некоторое время, чтобы переварить услышанное, но когда я подтвердила слова Сурин, а затем коротко объяснила, что мы с Избранными хотим сделать, мои старики выглядели гордыми, а вовсе не расстроенными, как я ожидала.

Марн завязывает кожаный ремешок на платье терракотового цвета, которое заставила меня надеть на этот раз. Оно без рукавов, мягкое и струящееся. Ремешок цвета ежевики несколько раз перекрещивается под грудью, прежде чем стать бантом на спине. На этот раз разрезы от бедра с обеих сторон, что мне не очень нравилось, пока Сиа не напомнил мне, что легкий доступ – это не так уж и плохо, а скорее наоборот.

Я снова ощущаю, как его клыки царапают внутреннюю поверхность моих бедер, когда он дразнил меня прямо перед тем, как…

– Да здравствует Суверен Финелла, Правительница Тиерита, Создательница Новой Надежды, Освободительница Иллюзий, Спасительница Стражей, Благословенная Светом, Хранительница Врат, – объявляет церемониймейстер, и его слова эхом отдаются от стен переполненного тронного зала.

Тихий гул голосов прекращается, когда уверенно входит Сурин. Ее изумрудно-зеленое платье поразительно похоже на мое. Бросаю взгляд на Марн, чтобы понять, на ком платье лучше сидит, но она невозмутима. Да черт возьми, конечно же, на мне!

Пока Сурин идет, я замечаю кольцо меток на верхней части ее бедер, выглядят они как подвязки, и это возбуждает. На икре тоже руны, не знаю, новые или старые. Она без обуви, как я, и рун на ступнях или пальцах ног я не обнаруживаю.

Сурин подходит к отцу, стоящему рядом с Таувом у подиума. Прежние позолоченные троны исчезли – вместо них теперь три большущих светло-серых кресла с высокими спинками.

Поклонившись отцу, Сурин встает на колени перед Таувом, и его почти белые глаза скользят по ней. Он удовлетворенно кивает, и плечи Сурин слегка расслабляются. Таув берет с маленького столика золотую корону с выгравированными виноградными лозами и цветами и держит ее над головой девушки. Рыжие волосы сияют, отражая блеск короны, и я замечаю, что Сурин очень красива.

Я очарована всем этим, но мне не терпится поскорее уйти. Мы с парнями договорились, что останемся на церемонию коронации, но как только все это закончится, улизнем отсюда.

– Я, бывший член Кворума, провозглашаю тебя, Сурин Финеллу, новой правительницей Стражей. Клянешься ли ты соблюдать законы нашего народа? – спрашивает Таув.

– Клянусь, – тут же отвечает Сурин.

– Клянешься ли ты посвятить свою жизнь тому, чтобы вести нас к Свету, знать нужды своего народа, укреплять и объединять народ?

– Клянусь.

– Клянешься ли ты не позволить нам повторить ошибки прошлого? Действовать быстро, когда потребуется, против угроз внутри барьера или за его пределами, стремиться к миру и процветанию превыше всего остального?

– Клянусь.

– Тогда встань, Суверен Финелла, и открой новую эру, – велит Таув.

Когда Сурин встает, он надевает корону ей на голову. Прежде чем подойти к трону, она ступает в какую-то чашу. В зале так тихо, что я слышу, как ее босые ступни ступают по каменному полу, оставляя за собой мокрые следы.

У самого трона Сурин сжимает правую руку в кулак и прикладывает ее к левому бицепсу. Раздаются аплодисменты и одобрительные возгласы. Я и мои Избранные тоже присоединяемся к ликованию, и мы, конечно же, отвечаем Сурин тем же почтительным жестом.

Она смахивает слезы и садится на трон. Все в зале обнимаются и плачут от счастья, и я понимаю, как трудно им было прийти к этому дню. Но теперь в воздухе витает ощутимая надежда, и это так отличается от атмосферы подавленности, как было при тетке Сурин. Я не могу сдержать широкой улыбки. Для меня большая честь видеть преображение, и мне не терпится узнать, что ждет Тиерит в будущем.

Сориэл вытирает глаза, глядя на дочь с гордостью и любовью. Смотрю на Вона и улыбаюсь ему, когда он замечает мой взгляд. Отец улыбается мне в ответ, и у меня сжимается сердце, когда я вижу те же гордость и любовь в его взгляде.

– Суверен Финелла, ты выбрала членов Кворума? – спрашивает Таув, и его вопрос эхом разносится по залу.

– Да, – отвечает она, и снова воцаряется тишина.

Сурин оглядывает толпу и улыбается, когда находит взглядом Ори.

– Трон слева от меня займет Ори Ларк, – объявляет она, и в зале поднимается волнение.

Я едва удерживаю смешок, потому что выбор очевиден. Ори, однако, нерешительно смотрит на Сурин, и та машет ему рукой, чтобы он шел к подиуму.

– Почему он так удивлен? – тихо спрашивает Сабин у Тока.

– Э-э-э, дело в том, что когда-то Стражи поработили его предков, а теперь он на самом верху, – объясняет Ток.

Теперь уже я удивляюсь тому, что услышала.

Ори медленно подходит к подиуму, опускается на колени, и Таув берет с него клятву верно служить своему народу.

– Так кто он? – растерянно шепчу Току. – Я-то была уверена, что Ори – Рожденный Светом, Чистокровный, а не отмеченный Страж.

– Ори наполовину Оуфе, наполовину Грифон, – тихо отвечает Ток, когда раздается: «Клянусь».

Грифон?

– Теперь понятно, откуда крылья… – бормочу я, и Ток кивает. – Черт, а я-то надеялась, что крыльями можно обзавестись с помощью рун…

Услышав меня, Бастьен с Ноксом прыскают в кулаки.

Поднимаю руку, чтобы потереть руну под подбородком, но останавливаю себя. Я все еще не могу заставить себя активировать ее, чтобы выяснить, для чего она.

Ори с короной на голове занимает трон по левую руку от Сурин, и зал снова ликует. Я тоже не могу удержаться, пусть даже этот чувак полный придурок. Новоиспеченный член Кворума улыбается и качает головой – он не ожидал такого принятия. Выглядит он польщенным и озадаченным одновременно, что совсем не похоже на его обычную самоуверенную маску провокатора. Хотела бы я знать, что сейчас творится у него в голове.

В зале снова воцаряется тишина, и Таув выжидающе поворачивается к Сурин.

– А справа от меня… – начинает она и смотрит на Таува.

Я киваю, одобряя ее выбор: Таув поможет разобраться с проблемами и направит, когда нужно.

– …будет Винна Айлин, – объявляет она, и у меня подпрыгивает сердце.

Стоп. Что?

Все мои Избранные застывают, и даже Ток и Марн смотрят на меня так, словно не ожидали этого. Я пытаюсь понять, какого хрена происходит. Сурин хихикает, и этот звук выводит меня из ступора. Как и в случае с Ори, она машет мне, и это выглядит так, словно меня только что заарканили,