Всадник на белом коне (СИ) - Горъ Василий

— Я такое не потяну…

— Вот и нам не хочется. Поэтому выкручиваемся, как можем, и заранее планируем спасение страдалицы из каждой подобной ситуации!

Последнее утверждение она озвучила отнюдь не для красного словца: минут через десять после того, как все девчонки, кроме Джинг, свалили куда подальше, Линда вернулась обратно и, сгорая от стыда, сообщила «доктору», что готова к процедурам. Китаянка деловито кивнула, напоила ее «свежеприготовленным» отваром, заранее перелитым в одноразовый стаканчик из термоса, уложила на диван, «украсила» десятком иголок и прочитала лекцию по правильному питанию на ближайшие дни. А в самом конце монолога «обрадовала» рекомендацией воздерживаться от резких движений и физической нагрузки хотя бы на сутки!

На мисс Доулан было больно смотреть: она искренне радовалась избавлению от неприятной проблемы и так же искренно страдала из-за того, что близость со мной придется отложить! Пришлось проявлять благородство и радовать несчастную женщину заманчивыми перспективами:

— Не расстраивайся, все неприятное уже в прошлом — завтра днем мы покажем тебе Москву, а вечером порадуем небольшим сюрпризом…

Глава 19

2 марта 2041 г.

…По дороге из «Лужников» пришлось заскочить в один из самых дорогих и пафосных отелей столицы «The Ritz-Karlton», в который Горин поселил «дорогую гостью». О том, что я являюсь «человеком» хорошего приятеля Ануара Утемуратова, охрану предупредили еще за пару дней до вселения мисс Доулан, она сама опиралась на мой локоть и светила серо-зеленым личиком в объектив камер, наблюдающих за каждым квадратным сантиметром холла, так что на клубный этаж мы поднялись без каких-либо проблем. А там пришлось чуточку пострадать из-за превратностей судьбы и расстаться «всего часов на десять-двенадцать».

Чтобы не травить себе душу, я задвинул это обещание куда подальше, в темпе спустился к машине, забрался в салон и дал команду двигаться дальше. А уже минут через двадцать тихой сапой просочился в слишком хорошо знакомый банкетный зал «Акинака» и почти сразу же попал в цепкие ручки Филиппа Эдуардовича, судя по всему, дожидавшегося моего прибытия.

Из всех лиц, делающих на мне деньги, он был единственным, чье второе дно внушало неподдельное уважение. Поэтому я без какого-либо внутреннего сопротивления поддержал предложенную игру и добрых минут пять-семь бродил вместе с ним по огромному залу, пропуская мимо ушей советы, высказываемые для окружающих, и вникая в то, что говорилось между строк. Если я правильно понял последовательные намеки, то Вильман поблагодарил за очередной инсайд, намекнул на то, что заработал хорошие деньги не только для себя, но и для меня, и сообщил, что завтра-послезавтра передаст их через Эрику.

Я приятно удивился. Ведь «инсайд» получили все спонсоры и еще ряд лиц, которых по тем или иным причинам решил облагодетельствовать Горин, однако поделиться доходами захотелось только совладельцу «Уробороса». Абсолютной уверенности в том, что намеки поняты правильно, у меня, само собой, не было, но я все равно поблагодарил за заботу и, подобно эстафетной палочке, переместился в захват следующего гостя вечеринки.

Этого я не знал. Вернее, видел на прошлом торжестве, вроде как, даже выслушал имя-отчество, но запоминать поленился. Пришлось изображать узнавание и почтение, а затем отвечать на десяток тупых вопросов о планах на ближайшее будущее, об ощущениях от превращения в медийное лицо и так далее. Последний вопрос, каюсь, чуть было не счел таким же проходным. Но вовремя заметил легкое напряжение, появившееся во взгляде мужчины, и как следует вдумался в то, что мне говорят:

— Большой спорт — это, прежде всего, война фармацевтики. А минуты, секунды или нокауты — лишь видимая часть айсбергов, дрейфующих в океане Большого Бизнеса и демонстрирующих наиболее эффектные результаты своей деятельности. Безусловно, в открытую об этом не говорят, но все заинтересованные лица в курсе истинной ситуации и, при наличии хоть каких-либо возможностей, стараются урвать себе кусочек этих «пирогов».

Как я понял из дальнейших объяснений, седовласый дядька с брылями, как у бульдога, приличным брюшком и неожиданно низким голосом считал, что мне «пора задумываться о будущем» и сделать ставку на команду, способную как обеспечивать самой продвинутой химией, так и прикрывать от «происков» функционеров WADA!

Нет, кидать Алексея Алексеевича и падать под эту самую команду мне не требовалось. Надо было просто поддержать пару вопросов «изнутри» демонстрацией недостаточно хорошего восстановления после сверхнагрузок подготовки к боям и чем-то там еще. Алгоритм рекомендуемых действий в подобных случаях до меня доводили не раз и не два, так что я без особого труда нашел взглядом охранника, отслеживающего именно мои перемещения, и по-боксерски сдвинул голову вправо-влево. Затем задал собеседнику уточняющий вопрос, вслушался в красочный и чертовски убедительный ответ, а буквально через полминуты был спасен подоспевшим Гориным:

— О, а вот и наш победитель! Миш, прости, но Дениса я у тебя заберу — у нас с компаньонами возник спор, требующий его присутствия…

Этот самый Миша возражать не осмелился, и Алексей Алексеевич повлек меня в сторону Голикова и Бахметева, стоящих возле фуршетного столика и смакующих что-то алкогольное. А пока вел, поинтересовался, чего от меня хотел Тихомиров.

Я объяснил. В меру своего понимания. И вызвал у собеседника довольный смешок:

— Хе-хе, зашевелились!

Объяснений, чем так радует появившийся интерес, я, естественно, не дождался. Зато получил довольно подробные объяснения логики поведения при дальнейших беседах, постоял рядом со спонсорами минуты три-четыре и был передан компании каких-то расфуфыренных теток с самомнением выше Останкинской телебашни. И очень скоро пожалел о «бегстве» от Тихомирова — эти особы, вцепившиеся в меня, как бездомные собаки в брошенную кость, принялись рвать на части, интересуясь всей гаммой вопросов, начиная с «кошмаров жизни в детском доме» и заканчивая еще не реализованными сексуальными фантазиями! Увы, каждый бит полученной информации они анализировали как бы не лучше своих супругов-бизнесменов и зачастую делали настолько неожиданные выводы, что уже к середине беседы с ними я почувствовал себя слепцом, оказавшимся в центре минного поля, а к концу даже взмок. Надо ли говорить, с какой радостью я встретил появление Комлева, неожиданно возникшего на нашем пути и рванувшего мне навстречу, раскрыв объятия?

Ощущение некоторой нервозности в его поведении зацепило за душу уже после того, как он отбил меня у группы самоходных полиграфов в парадно-выходной маскировке и отвел к ближайшему окну:

— Как я понимаю, празднование победы уже порядком осточертело, и ты жаждешь оказаться где угодно, лишь бы не в этом зале?

— Борисыч, а можно без лирики? — раздраженно выдохнул я, сообразив, что меня вот-вот начнут разводить на какую-нибудь редкую хрень.

— Можно… — покладисто заявил он, лихо опрокинув в себя содержимое бокала, который до этого момента баюкал в правой руке. И, конечно же, начал ездить по ушам: — Помнишь, в Вегасе, перед знакомством с мисс Доулан я предсказывал, что знакомство с ней принесет хорошие дивиденды? Не прошло и двух месяцев, как она продавила тебе бой с Масато Окано, пятым номером рейтинга полутяжей «Овердрайва», до которого без ее помощи ты бы полз как минимум год. Сегодня я нашел еще одну влиятельную бабу, с помощью которой можно надежно прикрыться от происков покровителей абсолютного большинства твоих будущих противников.

— Блин, Борисыч, а по-другому никак нельзя⁈ — стараясь не сорваться на крик, прошипел я. — Я чувствую себя дешевой проституткой, которую подкладывают под кого не лень!!!

— Я чувствал себя проституткой на протяжении целых шести лет: для того, чтобы ты мог тренироваться, драться и побеждать, мне приходилось прогибаться перед всеми, кто обладал хоть толикой власти, упрашивать дать тебе шанс, месяцами напоминать о нашем существовании и т. д. Да, это безумно неприятно, но результаты ты видишь своими глазами: мой прогиб перед Сухоруковой дал тебе возможность забить на обычную жизнь в детском доме и заниматься только собой; прогиб перед Рощиным позволил попасть в группу личных учеников у одного из лучших тренеров России по боевому самбо; прогиб перед Решетовым подарил возможность выступать на первенстве Москвы по боксу среди юниоров; прогиб перед Гориным всего за полгода вывел в топы Эм-один. Денис, задумайся — пока ты тренируешься и балдеешь со своим гаремом, я ношусь по городу, как ужаленный в задницу, и выискиваю тебе те самые шансы, которые гарантированно выстрелят! Смотри, Голикова дала тебе первоначальный импульс. Да, их пока всего три. Но какие! Доулан подарила переход в элиту самого раскрученного промоушена планеты. А Разумовская защитит от неслучайных случайностей, способных сломать карьеру и превратить все мечты и амбиции в дым!!!