Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ) - Мэннинг Майкл Г.

— Я знаю, что моя мать жила здесь с ним, и она не была из моего рода, так что у него должен был иметься какой-то способ позволять ей войти, — отозвался я. Не говоря уже о том, что защитные магии чуть не поджарили меня, пока я не убрал свой щит. Моей лучшей догадкой было то, что они не могли опознать меня, пока я был под щитом. Однако тут всё ещё должен был иметься способ позволять незнакомцам и гостям входить внутрь. — Я тут осмотрюсь немого, скоро вернусь.

— Радуешься небось, да? — спросила Пенни — она не была рада тому, что я оставил её снаружи. Я улыбнулся ей, и захлопнул дверь.

Прежде чем я успел сделать два шага, Пенни заколотила дверным молотком. Судя по всему, его ей касаться дозволялось. Я начал поворачивать обратно, но меня остановил чей-то голос:

— У двери женщина, — произнёс очень похожий на Бенчли голос, но мне было ясно, что доносился он от чар вокруг дома. Полагаю, в те времена тоже существовали подобные ему люди. Что ж, о вкусах не спорят.

Я был в настроении покапризничать:

— Узнай, кто она такая.

Немного погодя, голос ответил:

— Она говорит, что её зовут Пенелопа Купер, и что её сопровождает Роуз Хайтауэр.

Конечно, я поразмышлял над своими вариантами, но на самом деле не знал, каковы они были.

— Каковы мои возможные ответы? — спросил я.

— Вы можете отказать им во входе, позволить им войти, или приказать устранить их, — ответил сухой голос. Мне не понравилось, как прозвучало «устранить». Наверное, оно включало в себя такую же атаку молнией, которая чуть не обеспечила мне преждевременную кончину.

— Позволь им войти, — приказал я. Дверь распахнулась сама по себе, и я увидел стоявшую снаружи озлобленную Пенни.

— Не мог бы ты, пожалуйста, объяснить своей двери, кто я такая? — сказала она.

— Уже объяснил, входи… посмотрим, что будет на этот раз.

Они с Роуз обе смогли войти без проблем. Дверь вежливо закрылась, когда они обе оказались внутри. Сложность этих чар была вне всего, что я прежде воображал, но благодаря им мой разум закружился от новых идей. Между тем Пенни зыркнула на дверь, будто планируя отомстить.

— Надеюсь, что мне не нужно проходить через это каждый раз, когда я буду входить, — наконец сказала она.

— Что ты имеешь ввиду?

Она ответила мне со вздохом:

— Это теперь твой дом, Морт. Мы вероятнее всего будем жить здесь каждый раз, когда будем в городе.

Я до того момента об этом не думал, но она, наверное, была права. Если мы вообще вернёмся в Албамарл. Я сомневался, что вернусь в течение половины года, которая мне осталась.

— Эм, «Дом», у меня есть вопрос, — сказал я, обращаясь к чарам. Чары не ответили. — Дверь, можно ли впускать кого-нибудь без моего разрешения? — спросил я. Ответа по-прежнему не было — мне явно нужно было ещё многому научиться.

— Просто забудь об этом пока, Морт. Пойдём посмотрим, как выглядит дом, — прервала меня Пенни.

Мне всё равно не хотелось спорить с неодушевлёнными предметами в их с Роуз присутствии, так что я быстро согласился. Мы прошли через парадный зал, чтобы осмотреть остальную часть дома.

Глава 9

Король Эдвард Карэнвал сидел в своих приёмных покоях, глядя на стоявшего перед ним мужчину. Тому было за сорок, и он выглядел так, будто прожил тяжёлую жизнь. Он был шести футов росту, с тёмными волосами и глазами, хотя виски его поседели. Оружия при нём не было, поскольку он находился в присутствии короля, но что-то в его позе говорило, что у него должно было иметься оружие.

— Ты знаешь, зачем мы сегодня позвали тебя сюда? — начал Эдвард.

— Я бы предпочёл не делать поспешных выводов, ваше величество, но, учитывая моё прошлое, я бы подумал, что это как-то связано с Графом ди'Камероном, — поднял человек взгляд из своей коленопреклонной позы, посмотрев королю в глаза.

— Так и есть. Оказалось, что мы нуждаемся в твоём совете. Кто бы мог подумать, что сын Тиндала выжил? — сказал Эдвард, поглаживая свою бороду.

— Такая вероятность была всегда. Ведь не нашли ни её тела, ни тела её сына.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мы понимаем, что если волшебник умер, то носитель его пакта умирает вместе с ним, — сказал король с любопытством во взгляде.

— Они разорвали узы перед его смертью, ваше величество.

— Это возможно? Тогда в чём смысл? — спросил Эдвард.

— Это возможно, ваше величество, но, согласно историям, прежде этого не случалось. Обе стороны должны согласиться на это, а Анас'Меридум клянутся никогда не отказываться от уз. Я могу предположить, что они согласились сделать это, чтобы она могла бежать с ребёнком.

— Са́йхан, ты участвовал в обучении Элейны, но откуда тебе знать, что она порвала узы, а не просто умерла?

Сайхан ответил:

— Когда формируются узы, создаётся самоцвет. С того дня он хранится у инструктора. Он светится, покуда узы целы, и распадается в пыль, когда связанные узами умирают, — произнёс он, засовывая руку в карман, и вынув оттуда тусклый красный самоцвет. — Самоцвет Тиндала и Элейны потускнел, но не рассыпался, указывая на то, что они порвали узы перед смертью.

Эдвард наклонился вперёд, чтобы посмотреть на самоцвет:

— Почему об этом не было доложено?

— Об этом было доложено, ваше величество, — сказал Сайхан, ровно, без колебаний глядя королю в глаза.

— Не важно, — махнул рукой Эдвард, — мы, должно быть, забыли после того, как нас достигли новости о смерти Камерона. С новым учеником ты должен справиться лучше. Мы не можем позволить ещё одной ошибки, как с Элейной.

— Согласен, ваше величество, хотя если бы не эта ошибка, то не было бы и нужды снова обучать Анас'Меридум, — сказал Сайхан, переступая рамки дозволенного, но он всегда был нахален.

Эдвард резко взглянул на него:

— Следи за своими словами, а то они доведут тебя до беды. Если бы Элейна исполнила свою клятву, то нам больше не нужно было бы волноваться о том, что несвязанные узами волшебники уничтожат мир. Завтра ты встретишься с Мордэкаем. Ты вернёшься к нему домой и позаботишься, чтобы он поскорее сделал свой выбор. Если он откажется — немедленно сообщи, прежде чем пытаться… исправить ситуацию, — сказал король. Как именно ситуация будет исправляться, он оставил недосказанным, но они оба знали, что существовала лишь одна возможность.

— Да, ваше величество, я с нетерпением жду встречи с ним. Я так понимаю, он был свободен уже больше года. Вы видели в нём какие-либо признаки безумия? — спросил Сайхан. С волшебниками всегда было труднее управиться, если они уже стали неустойчивыми.

— Мы и не знали бы, что искать, но он казался довольно вменяемым, — ответил Эдвард. — Можешь идти. Сам вынесешь решение, когда встретишься с ним завтра.

* * *

Дом Иллэниэлов меня заворожил. На верхних этажах было по меньшей мере семь отдельных спален, семь гостиных и, к моей вящей радости, библиотека. На первом этаже была большая гостиная, мастерская, и обширная кухня. Одна из дверей в мастерской выходила на крутую лестницу, которая вела в какой-то подвал. Сам дом вроде бы имел фундамент из цельного камня, и ступени были грубо вырублены в этом самом камне, спускаясь вниз. Что странно, они оканчивались тупиком в скале под домом. Рельеф тупика указывал на присутствие двери, но в граните не было швов или промежутков. Судя по всему, это была ложная дверь.

Наверху Роуз жадно изучала библиотеку, в то время как Пенни осматривала хозяйскую спальню. Я в одиночестве смотрел на странную каменную дверь — если тут и впрямь была дверь. В отличие от остальной части дома, здесь не было никаких чар или других магических отметин. Скала была гладкой и нетронутой. Я открыл свой разум, чтобы изучить камень, пытаясь увидеть, лежало ли за ним пустое пространство, но мир исчезал в камне. Мои мысли тонули в нём, не находя опоры.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— «Он пришёл, но видит ли он?»

Отлично, тот голос вернулся. Его было легко отличить от физического голоса, который использовала дверь наверху. Этот же был полностью ментальным, почти воображаемым. Я и сам начал сомневаться. Мне показалось, что я ощущал, как камни вокруг меня пульсируют, почти как биение сердца. «Я теряю рассудок», — подумал я про себя. Донёсшийся сверху крик вернул меня к реальности.