Легенда о Чжаояо. Книга 2 - Цзюлу Фэйсян

Возможно, мир никогда не изменится и всегда будет что-то, что ей неподвластно…

Теперь, когда она засыпала, ее губы больше не растягивались в улыбке, а легкий смех, казалось, превратился в тихий вздох.

Шици решила отказаться от самосовершенствования. Она перестала медитировать и читать книги о культивации, пока однажды ночью ей не приснился сон, настолько реальный, что она усомнилась, действительно ли еще спит.

В своем видении Шици вошла в туманный бамбуковый лес. Там тихо сидел кто-то в белой, залитой лунным светом одежде, играя в вэйци[32] против самого себя. Поняв, что это не кто иной, как Цинь Цяньсянь, которого она страстно желала снова увидеть, девушка рассмеялась.

– Воплощенный бодхисаттва! – позвала она его и тут же помрачнела: – Культивация не помогла мне, а значит, это сон. Лишь так я могу увидеть тебя.

Шици села скрестив ноги напротив Цинь Цяньсяня и уставилась на него. Он же не сводил глаз с игральной доски.

Посидев так некоторое время, он произнес:

– Вскоре я, возможно, спущусь в Земное царство, чтобы пережить испытание.

Он говорил так же просто, как прежде, когда они сидели вместе и болтали.

– О, ты вознесся всего несколько лет назад и уже собираешься спуститься в Земное царство? – удивилась Шици. – Разве в книгах не говорится, что бессмертные проходят испытания раз в сто или тысячу лет? Ты такой красивый, неужели тебе достается больше, чем другим?

Рука с камешком замерла. Цинь Цяньсянь наконец поднял голову на девушку. Его лицо, как всегда, выражало безразличие, только в уголках глаз таилась легкая улыбка и в черных зрачках отражался силуэт Шици.

– У меня есть несколько желаний, с которыми я все еще не покончил, – ответил он.

– Ох, – кивнула Шици, хоть и не совсем поняла, о каких желаниях говорит Цинь Цяньсянь.

– Не бойся, – похлопала она себя по груди и пообещала: – Мы не можем свидеться на Небесах, но, как только ты спустишься сюда, я найду тебя. Никто не причинит тебе вреда.

С легкой улыбкой Цинь Цяньсянь положил камень на доску:

– Спасибо за беспокойство, Шици.

– Все в порядке. Ты мне нравишься, поэтому я обязательно помогу.

Он наконец позволил себе рассмеяться:

– Ты все такая же открытая.

Однако Шици мгновенно сменила тему. Она посмотрела на игральную доску Цинь Цяньсяня:

– Играешь против себя?

– Мм, – сухо улыбнулся он и положил черный камень на доску.

Шици некоторое время наблюдала, а потом вынесла вердикт:

– Черные победят.

– Да, – кивнул Цинь Цяньсянь, не сдержав легкий вздох сожаления. – Я хотел, чтобы победили белые.

– Ты играешь против самого себя и хочешь, чтобы белые выиграли, но победа все равно достается черным? – недоумевала Шици.

Цинь Цяньсянь помолчал, а потом сказал:

– Воле Небес тяжело противостоять.

После этих слов Шици незаметно проснулась. Оказалось, что уже почти полдень. Сияя от радости, девушка бросилась к Лу Чжаояо и рассказала, как во сне увидела Цинь Цяньсяня и что он собирается спуститься в Земное царство. Когда она заявила, что немедленно пустится на его поиски, Лу Чжаояо не стала ее останавливать, и Шици с надеждой в сердце отправилась в путь. Только вот как в таком огромном мире найти его? Кем переродится Цинь Цяньсянь и где? Как будет выглядеть и станет ли мужчиной или женщиной? Единственное, в чем она не сомневалась, – что он появится на свет как-нибудь необычно. Недаром же Цинь Цяньсянь особенный и сумел вознестись на Небеса!

Шици долго бродила по Цзянху, пока не осознала, что в одиночку заниматься поисками плохая идея. Она вернулась на гору Праха и попросила Чжиянь помочь.

В огромном мире она искала необыкновенных детей. За десять лет Шици услышала бесчисленное множество легенд и нашла бесчисленное множество малышей. Некоторые истории были правдивы, другие оказывались выдумкой. Троих ребят похитила сама Шици, но отпустила, поняв, что они совершенно не похожи на Цинь Цяньсяня.

А потом она узнала о наследном принце Северной Ци[33]. Поначалу девушка не поверила. После стольких ложных историй и легенд Шици стала осторожнее относиться к слухам. Она даже засомневалась в своем сне и в том, что Цинь Цяньсяню предстояло некое испытание. Но, несмотря ни на что, Шици решила проверить. Что еще ей оставалось делать? Она не могла совершенствоваться, а значит, и вознестись на Небеса. Если Цинь Цяньсянь спустится в Земное царство и она его не найдет, то лишится последнего шанса увидеться с ним в этой жизни. Ей необходимо попытаться, вопреки всему.

В день двенадцатилетия наследного принца император Северной Ци устроил роскошное празднество для всего народа. Он велел сыну отправляться в пагоду Белоснежных облаков, чтобы отдать дань уважения небу, земле и предкам. Пагоду и императорский дворец соединяла самая широкая и прямая дорога во всей Северной Ци, саму пагоду венчал длинный шпиль, который почти достигал неба. На нем-то Шици и сидела, наблюдая за наследным принцем в величественном паланкине. Вот только лицо его никак не удавалось рассмотреть.

Когда последователи небесного пути подошли к пагоде Белоснежных облаков, они заметили ее. Кто-то даже узнал:

– Это же властительница Восточной горы! Властительница Восточной горы из школы Десяти тысяч убиенных!

– Лу Шици, Лу Шици!

Все всполошились, не зная, почему она здесь, и поспешили окружить паланкин, защищая наследного принца.

Когда человек в паланкине услышал шум, он раздвинул занавески, высунул голову и посмотрел вверх. Даже взгляда издалека оказалось достаточно, чтобы Шици все поняла. Ошибки быть не могло, это он, Цинь Цяньсянь.

Мальчик выглядел совсем иначе: между бровями появилась родинка цвета киновари и черты лица еще не потеряли детской округлости и мягкости, но Шици знала его, знала этот взгляд, это врожденное безразличие. Она отыскала Цинь Цяньсяня.

Пагода Белоснежных облаков ярко сверкала в лучах палящего солнца. Шици ясно видела наследного принца, а он ее – нет. Мальчик различал только смутную тень в ореоле ослепительного сияния. Это были очертания женщины, однако она отличалась от придворных дам, которых юный принц знал с детства. От нее веяло кровью и злом, и в то же время – чистотой.

– Ваше Высочество, будьте осторожны, – участливо предостерегли его слуги.

Тут с неба, словно сокол, скользнула черная тень. Спрыгнув со шпиля пагоды, Шици наткнулась на защитную формацию бессмертных, но без труда пробилась и вошла в паланкин. Внутри было тесно. Испугавшись, что она возьмет принца в заложники, никто не осмелился действовать опрометчиво. Кроме того… они прекрасно знали, что их сил не хватит, чтобы справиться с властительницей Восточной горы.

Шици протянула руку и бесцеремонно ткнула пальцем прямо в киноварную родинку меж бровями наследного принца.

– Цинь