Макс Аллан Коллинз - Мумия

Десять солдат, десять лучших телохранителей фараона Сети маршем входили через распахнутые ворота. В шлемах, юбках, прикрываясь щитами, полностью вооруженные, они представляли собой вполне реальную угрозу.

Солдаты смерти.

Мумии.

– Опаньки! – невольно вырвалось у Джонатана.  

Глава 22 «Армия тьмы»  

Десять солдат смерти вышли из распахнутых дверей и остановились. Они замерли в ожидании приказа, как и полагается хорошо вымуштрованному отряду. Перед ними был каменный мостик, перекинутый через пузырящееся черное болото. В конце этого пути стояли, обнявшись, О'Коннелл и Эвелин.

– А я еще думал, что твой братец не умеет читать на древнеегипетском, – сказал Рик.

Неторопливо спускаясь вниз по лестнице, Имхотеп пальцем указал на обнявшуюся пару, что-то приказал солдатам на своем родном языке.

– Он велит им... – начала Эвелин, но Рик оборвал ее.

– Я и сам догадался. – Он заслонил собой девушку и встал перед воинами, крепко сжимая рукоять тяжелого меча.

С идеальной синхронностью солдаты домаршировали до края зловонного рва, как будто собираясь преодолеть его вброд. Одним прыжком они перемахнули через преграду – длиной и пятнадцать футов! – и приземлились, не нарушив строя. Такими же четкими шагами они направились к влюбленным.

– Джонатан, делай хоть что-нибудь! – в отчаянии крикнул О'Коннелл приятелю, который был на другом конце огромного зала. – Ведь книга-то у тебя!

– Черт бы ее подрал! – кричал Джонатан, бегая с книгой по краю рва. – Я не знаю, что делать!

– Закончи фразу, которую ты начал читать! – подсказала сестра. – Если ты прочтешь заклинание до конца, то обретешь над ними власть!

– Правда? – Джонатан снова уставился на золотую обложку. – Тогда следует постараться.

– Да уж, – прошипел, стиснув зубы, О'Коннелл. – И поторопись.

Рик начал отступать, а десять мумий, прикрываясь щитами, изготовились к бою.

Эвелин, стоявшая за Риком, тоже отступала, а воины надвигались на них, беря противника в полукольцо.

Девушка не ожидала нападения сзади, поэтому испуганно вскрикнула, когда чья-то рука тяжело опустилась на ее плечо. Обернувшись, Эвелин увидела над собой занесенный жертвенный кинжал.

Но сжимала его не рука Имхотепа. Верховный жрец по-прежнему стоял на ступенях, как полководец, командующий войском.

Рукоять кинжала стискивали костлявые пальцы ожившей мумии Анк-су-намун.

Рик с Эвелин даже не заметили, когда она соскользнула с алтаря и завладела кинжалом. Чувствовалось, что Анк-су-намун решила взять дело по возвращению себя к жизни в собственные руки. Хотя глазницы серого черепа по-прежнему оставались пусты, бывшая наложница фараона прекрасно ориентировалась. Она нацелила острие кинжала прямо в сердце Эвелин.

Девушка отпрыгнула и врезалась в спину О'Коннелла. Смертоносное лезвие просвистело в каком-то дюйме от ее груди. И без того ошеломленный О'Коннелл удивился еще больше, обнаружив за спиной нового участника столь «занимательной» игры.

– Остановить ее придется тебе, милая, – обратился он к Эвелин и приготовился к новой схватке. – Конечно, у нее нож, но ты все-таки потяжелее.

– Девушке особенно приятно услышать такое, – огрызнулась Эвелин, отступая от надвигающейся на нее Анк-су-намун.

О'Коннелл обратил все свое внимание на солдат, которые, прикрывшись щитами, издавали дикий боевой клич. Он ответил нападавшим таким же диким ревом, стараясь смутить их. А Эвелин отступала туда, где по краям зала возвышались статуи. Там она рассчитывала обрести большую свободу для маневра.

Имхотеп вновь отдал воинам какой-то приказ. Пятеро из них взвились в воздух и, перепрыгнув через О'Коннелла, ловко опустились на крышку алтаря. Теперь Рик имел пятерых противников перед собой и пятерых готовых наброситься на него сзади. В такой позиции наилучшим решением было поскорее покинуть поле боя, то есть бежать куда глаза глядят, желательно в сторону...

В дальнем конце зала Джонатан по-прежнему мерил шагами край рва. В расстроенных чувствах он то и дело пинал попадающиеся под ноги черепа и кости мумий. Он сбрасывал их в кипящую черную жижу, и одновременно пытался разобраться в хитросплетениях иероглифов, бормоча:

– Хуташ им... Хуташ им-м-м... и что-то еще, черт бы его побрал!

– Поживее, Джонатан! – крикнула брату Эвелин, начавшая игру в кошки-мышки против вооруженной кинжалом Анк-су-намун.

Джонатан не видел, что Имхотеп, довольный тем, что его солдаты атакуют О'Коннелла, теперь медленно, но верно направлялся к нему.

– Я не понимаю этот проклятый последний символ! – пожаловался англичанин.

– Быстрей! – взмолилась Эвелин, уклоняясь от очередного удара кинжалом и перебегая от статуи Анубиса к другому богу. – Он уже идет к тебе! Имхотеп...

Хотя Эвелин и могла помочь брату, у нее не было времени для рассуждений. Ей приходилось уворачиваться от яростных атак бывшей любовницы Верховного жреца. Понимая, что уничтожает бесценный памятник культуры, Эвелин столкнула под ноги Анк-су-намун стоящую на пьедестале огромную вазу. Это позволило ей выиграть несколько драгоценных секунд.

О'Коннелл, преследуемый солдатами, побежал через зал. Он стремился добраться до угла, где с одной из колонн свисал канат, перекинутый через блок. К одному его концу крепилась металлическая клетка, являвшаяся когда-то, без сомнений, одним из орудий пытки. Сейчас она гарантировала О'Коннеллу спасение, пусть и временное...

Одним движением меча Рик перерубил канат и схватился за его конец. Клетка сыграла роль противовеса, и О'Коннелл вознесся вверх. Бросившиеся на него воины схватили лишь пустоту. Правда, один из них подпрыгнул на пятнадцать футов, стараясь уцепиться за беглеца, но промахнулся. В результате мумия ударилась о стену и расплющилась по ней, как жук по лобовому стеклу движущегося автомобиля. Спустя мгновение сверху грохнулась тяжеленная металлическая клетка, раздавив еще одного из оставшихся воинов в пыль.

Раскачиваясь, как Тарзан на лиане, О'Коннелл удачно перепрыгнул с каната на ступени лестницы. Он не собирался оставлять Эвелин в опасности и решил вернуться в зал. Предполагая, что пятеро уцелевших воинов отправятся за ним вверх по ступеням, он решил воспользоваться боковым проходом, по которому и проник в амфитеатр...

Придерживаясь этого плана, Рик преодолел уже половину пути, как вдруг неожиданно наткнулся на пятерых воинов, появившихся как будто ниоткуда. Очевидно, Имхотеп разгадал замысел О'Коннелла и послал этих живых мертвецов ему наперерез.

Круто развернувшись, Рик побежал обратно. Добравшись до лестницы, он поскакал по ней, перепрыгивая через три ступеньки. О'Коннелл пребывал в полной уверенности, что солдаты последуют за ним тем же путем. Но он и представить себе не мог, что эти твари, презрев законы тяготении, смогут, словно пауки, перемещаться по отвесным стенам и даже по потолку.