Личный враг богини смерти (СИ) - Владимир Анатольевич Васильев

— Почему часть людей всё-таки перерождается?

— Вероятно, богов изолировали, но осталась какая-то прореха, — нахмурившись, сделал очевидное предположение Зюйд. — Так же как через плотину перед мельницей может просачиваться вода.

Я кивнул. Вариант возможный, но… что-то в нём не сходится.

— Ладно. Тогда второй и куда более важный вопрос. Почему когда полтысячи лет вообще не было бога Смерти, который вроде как перерождением душ заведовал, человеческие расы вполне благополучно существовали?

— А вот на этот вопрос я тебе отвечу почти точно, — улыбнулась Рита. Она сейчас снова была в боевом настроении и трагичностью момента не грузилась. — Боги универсалы. Каждый может выполнять все их божественные задачи в этом мире. Но специализированные боги делают это на порядок лучше. Браки заключают в храмах нескольких богов, но как мы убедились, даже богиня Смерти прекрасно справляется с этой задачей. За магию отвечают всего несколько богов, но дать её хотя бы своим жрецам могут все. И представителей пришлых рас сюда таскали все боги, но именно бог Смерти делал это миллионами. Так и получилось, что пока бога Смерти не было, его задачи распределились на всех остальных. А вот когда изолировали всех богов, то всё… Перерождения прекратились.

— И из этого следует, — задумчиво добавил я, — что скорее всего сейчас остался не изолированным один из богов. Перерождать души он может совсем немного… И тут просто напрашивается вывод, что именно он как-то сумел подавить остальных.

— Очень даже возможно, — кивнула Рита. — И поэтому тебе в твоей миссии по спасению человечества надо быть предельно осторожным. Очень даже вероятно, что на Олимпе бегает один бог. Может и слабый, но многократно сильнее человека. А ещё дикий и по этой причине особенно опасный.

— Почему дикий? — прошептала Шила.

— Потому что одичал в одиночестве! — отшутилась моя божественная жена, хотя в её глазах веселья заметно не было.

* * *

На пятый день после визита инквизиторов я стоял около входа в Чёртову пещеру и смотрел на освещённые встающим солнцем вершины гор, окружающих тесную долину. Около полутора лет назад именно сюда я пришёл порталом из лаборатории Снелжи.

Всего-то полтора года, а как всё изменилось! Всего в нескольких километрах отсюда спешно отстраивается городок Шилия, и это не просто поселение, а мой, чёрт побери, город!

И операция, которая мне предстоит, в кои-то веки организована по всем правилам. С нормальной подготовкой и прикрытием.

Я окинул взглядом провожающих. Шила, конечно, настояла на том, чтобы проводить меня хотя бы до пещеры. Чуть в сторонке стоят Мирина с одним из её мужей. Да, мне пришлось посвятить эту гномку, собственно на гномку нисколечко не похожую, и Генриха в тайну моего и Риты иномирного происхождения.

И отряд сопровождающих был бы совсем не внушительным, если бы с другой стороны от меня не стоял Хунул, похожий на человека четырёхметрового роста, да ещё и покрытого ярко-розовым густым мехом. Как и все представители расы хелесе, он хорошо владеет магией природы, но ещё и очень умный и эрудированный, чему здорово способствует возраст около трёхсот лет.

Но Хунул не только мозгами хорошо работает. В руке у него зажата трёхметровая дубина, и при одном взгляде на такую, сразу начинаешь радоваться, что этот парень наш друг и соратник. Впрочем, гномы кидают на гиганта совершенно влюблённые взгляды, пытаясь напитаться впечатлениями от лицезрения своего кумира, ведь хелесе невероятно необщительны, и хоть Хунул и живёт теперь совсем рядом с Шилией, но увидеть его можно нечасто.

А кумиром коротышек он стал потому, что начал выращивать пивное дерево. Нет, гигант-маг-учёный занялся ещё и огуречным, и пирожковыми деревьями, но настоящим чудом гномы считали деревце, на ветвях которого вызревали плоды, на первый взгляд не отличимые от пивных кружек, в любую жару полных холодного и очень вкусного пива.

Ладно… что-то я отвлёкся… Пора уже и выдвигаться. Похлопал себя по бокам и поморщился. Нет! Рита молодец! Попросила гномов сделать великолепный костюм для переноса через транспортный портал. Сплошная серебряная кольчуга, с помощью кучи застёжек собирающаяся в единое целое, так чтобы между курткой с капюшоном, штанами и ботинками не оставалось щелей больше двух миллиметров. И всё это обшито тканью, чтобы не гремело. Одна беда, в этой одёжке дико жарко. Да и колдовать в сплошном серебре почти невозможно.

Ещё у меня с собой кроме обычного набора для путешествий есть кольчужный мешок, если вдруг надо будет пронести через портал кого-нибудь живого. Не сказать, что я уверен, что это понадобится, но на всякий случай пусть будет.

Я поцеловал на прощанье Шилу, махнул рукой остальным, вошёл в пещеру и приложил к одной из двух белых точек на стене клочок собственных волос, смоченных в моей же крови.

У моих сопровождающих, кстати, есть такие же почти артефакты, и первые два часа Шила будет вызывать портал каждые пять минут, на случай если мне потребуется быстро вернуться.

Да и в дальнейшем портал будут вызывать раз в час, потому что другого способа пройти через него я не знаю.

Кусок каменной стены просто исчез, и я шагнул в отделанную каким-то деревом комнатку, в которой кроме моих вещей с Земли в углу, по всему полу были набросаны засохшие яблочные огрызки и конфетные фантики. Снелжа всегда оставляет такой след, а в последнее время к порталам она ходила часто.

Дверь за моей спиной снова появилась, после чего я опустил на лицо сетчатое забрало, очень похожее на маску спортсменов-фехтовальщиков на Земле, и противоположная стена исчезла. Портал посчитал, что никого живого в нём нет, и перенёсся на место парковки — в портальный зал в жилище богов.

Я оглядел полутёмный зал, потому что на Олимпе сейчас только начинался рассвет. Самое время для проникновения в мирок богов. Вечерние и ночные развлечения закончились, и большинство богов имеют привычку именно в такое время спать.

Всё как и прежде… Как я много раз видел на видеокамере и несколько раз лично, когда спасал Риту. Тянуть причин не нашлось, так что вздохнул, сунул в рот капсулу с концентрированным огуречным соком и решительно прыгнул в зал.

И в середине полёта моё сознание отключилось. Сработала защита, вырубающая примерно на сутки любого разумного, кроме самих богов. Пришёл в себя я примерно через пять минут, когда капсула растворилась в желудке, и огуречный сок привёл меня в магическое состояние, заодно и выдернув из бессознательности.

Я встал, непроизвольно потёр