Ковен избранных - Айви Эшер

остался незамеченным. С каждой минутой становится все темнее, и я надеюсь, что у ламий нет острого ночного зрения, а значит, мрак послужит нам на руку.

Садимся обратно на стулья, делая вид, будто по-прежнему связаны. План заключается в том, чтобы напасть на ламий, когда они зайдут в комнату.

Руны, усиливающие слух, по-прежнему активны, и ждать приходится совсем недолго, прежде чем я улавливаю приближающиеся шаги. Слышу, как ламии, переговариваясь, спускаются по лестнице и отпирают замок на двери. Дверь со скрипом открывается, и я молюсь, чтобы они не заметили ноги Талона, торчащие из-за угла.

Ламии уверенно входят, к моему облегчению, не замечая ничего подозрительного.

– Ладно, зверушки, пора подниматься, – объявляет один из них и наклоняется, чтобы развязать меня.

Голова его удивленно вскидывается, когда он обнаруживает, что веревки на моих лодыжках нет. Быстро пронзаю его шею коротким мечом, отсекая голову. Кровь брызжет мне на лицо и тело, комната погружается в хаос, каждый из нас атакует тюремщиков. Я обезглавливаю еще двух ламий, а Энох и Каллан приканчивают трех остальных. На наших глазах тела медленно превращаются в пепел.

Раньше к нам заходили восемь ламий, включая Фарона, и только что мы устранили шестерых. Скрещиваю пальцы в надежде, что между нами и свободой осталось не больше двух. Паркер поднимает Талона и закидывает к себе на плечи. По лестнице я иду первой, за мной следуют Энох, Паркер, Нэш и Каллан. На верхней ступеньке быстро оглядываю пространство.

Мы находимся в каком-то строении вроде бомбоубежища, расположенном посреди большого двора. По правую руку – темный дом. Метрах в пяти слева замечаю группу ламий, грузящих вещи во внедорожники. Обращаю внимание на еще одно скопление ламий, они справа, ближе к нам. Как только мы покажемся, с ними и придется драться в первую очередь.

Я наклоняюсь и, повернувшись к Эноху, жестами пытаюсь показать то, что увидела. Хотелось бы думать, что я демонстрирую сигнальные жесты спецназа, как в кино, но в реальности это, скорее, больше похоже на худшую игру в шарады за всю историю. Невольно думаю о том, насколько было бы проще общаться с ними мысленно, как с моими Избранными. И тут меня осеняет, что я идиотка: даже не попыталась связаться с парнями и позвать на помощь. Раздумываю о том, что надо быстро передать им сообщение, но хлопанье дверей и нетерпеливые голоса возвращают мое внимание к здесь и сейчас.

Призываю парочку метательных кинжалов и быстро выскакиваю наружу. Молниеносно кидаю кинжалы, пока мы бежим в направлении машин. Ламии падают и обращаются в пепел, прежде чем остальные начинают осознавать, что на них напали. Но осознание приходит быстро, и они обрушиваются на нас. Мы продолжаем бежать. Энох кидает огненные шары, а Каллан – светящиеся сферы. Я рублю головы и ругаюсь, когда из темного дома выбегает еще куча ламий.

Замечаю мелькнувшего за углом дома Фарона и наблюдаю за тем, как краснеют его глаза и выступают клыки. Отделяю еще одну голову от тела, и Фарон издает дикий рев. Призываю метательные ножи и кидаю в его сторону. Он уходит от смертельного удара, но острое лезвие все же вонзается в его плечо. Рана, по всей видимости, его не смущает, потому что он продолжает надвигаться на меня.

– Ничего себе, малышка Страж, а ты полна сюрпризов, – усмехается Фарон, замечая, что в моих руках нет оружия – я не успела его призвать.

Быстрее молнии он устремляется вперед и набрасывается на меня, обхватывая рукой за шею. Слава звездам, что он намеревался просто поймать меня, а не убить, иначе я была бы уже мертва. Призываю короткие мечи и вонзаю их в его грудь. Рассекаю мышцы, пока он пытается притянуть меня к себе. Из его взгляда пропадает самоуверенность, когда он понимает, что не вполне контролирует ситуацию. Когти на моей шее разжимаются и впиваются в мои запястья в попытке освободить от клинков.

Что-то бьет меня со спины, но щиты автоматически активируются, и, что бы там ни было, это отлетает от меня. Чувствую, как ломаются запястья, когда я пытаюсь вырваться из хватки его когтей, но заставляю себя игнорировать боль. Отпустив мечи, подношу руки к его шее. Затем снова призываю оружие, и клинки, материализовавшись, образуют крест у основания горла Фарона. Свожу мечи как ножницы и победоносно наблюдаю за тем, как голова ламии слетает с плеч.

– Это за Талона, – произношу я и оглядываюсь в поисках следующей угрозы.

Мое внимание привлекает крик слева, я вижу, как ребята жмутся к машинам. Бегу к ним, как вдруг на Паркера из ниоткуда набрасывается ламия, сбивая с ног. Паркер падает, и тело Талона отлетает в сторону. Бросаюсь к ним, но я слишком далеко и потому вынуждена беспомощно наблюдать, как ламия впивается клыками в горло Паркера и разрывает его.

От ярости и ужаса я кричу, изо всех сил спеша к парню. Моя магия бушует, внемля безмолвному зову, и из меня вырывается импульс, обращающий в пепел всех, кого я встречаю на пути. Подползаю к Паркеру и накрываю его изодранную шею руками, призываю целительную магию и начинаю вливать ее. Мои руки раскаляются добела, и я кричу Паркеру, чтобы он держался. В опасной близости от меня вспыхивает тело ламии, я вскидываю голову и вижу мстительное выражение на лице Эноха, который бросает огненные шары в тех немногих ублюдков, которые остались.

– Ну же, Паркер, борись! Я здесь, и я вытащу тебя, как и обещала, но ты должен мне помочь!

Рана на его шее затягивается, но Паркер по-прежнему не двигается, тело его обмякает. Я вскакиваю, чтобы защититься от двух ламий, подкравшихся со спины. Откуда они появляются? Я оглядываюсь и замечаю, что Каллан добрался до водительской двери черного «Субурбана». Он заводит двигатель, а я продолжаю рубить ламий.

Нэш подхватывает тело Талона с усыпанной пеплом земли и закидывает на плечо. На них прыгает ламия и успевает исполосовать Талона когтями, прежде чем Энох поджигает нападавшего. Талон кричит от боли, и Нэш спешно запихивает его на заднее сиденье внедорожника. Призываю руны на руках для дополнительной силы и, подхватив Паркера, несу его к машине.

Ко мне бежит Энох и забирает Паркера. Прикрываю их обоих, пока Энох не добирается до машины и не кладет Паркера внутрь. Нэш ныряет на пассажирское сиденье, а следом за ним назад быстро запрыгивает Энох. Он высовывается из открытой двери и поджигает стоящие рядом «Субурбаны», после чего захлопывает дверь и запирает ее. Я убиваю еще двух ламий и