Уровень 2 - Глеб Леонидович Кащеев

Дин тут же пошел с ним: уж очень ему не терпелось увидеть свое собственное жилище.

Семен, моя огурцы и помидоры, пояснил возмущение старосты:

– Ханка говорила, что город всегда растет вширь: дома для новеньких появляются строго на окраине, возле реки. А тут уже второе здание сокращает площадь возле башни. Дело неслыханное. Вот старейшина и всполошился.

– Кстати, все хотел спросить: может ты знаешь откуда все местные еду берут? Вот у тебя свежие овощи на столе, а грядок я тут в таком количестве, чтобы прокормить город, не видел, – спросил Илья.

– Дык на базаре. Я блестящую безделушку из особняка тут очень выгодно обменял. Знаешь, как туземцы были падки на стеклянные бусы, так и тут…

– На каком еще базаре? – приподнял одну бровь Илья.

Семен отложил овощи, повернулся к нему и удивленно и одновременно с нескрываемой иронией произнес:

– То есть никто из вас ни разу не обошел башню и не зашел в нее с другой стороны?

Илья недовольно поджал губы. Семен с удовольствием продолжил:

– Там базарный зал. Симметрично расположен относительно зала приемов. В нем народ с разных слоев торгует друг с другом. Как-то там все так хитрожопо устроено, что каждый приходит и уходит на свой слой, но внутри все пересекаются и могут общаться и меняться. На минус втором слое растят и пекут хлеб, на минус первом – много овощей. Наш слой в основном из ремесленников состоит и поставляет товары.

– И ты молчал? – наконец возмутился Илья.

– Так я даже подумать не мог, что вы таких элементарных вещей не знаете. Как вообще вопрос о том где достать пожрать может возникнуть только через несколько дней?

Илья с удивлением посмотрел на хозяина дома. У него сейчас появилось полное ощущение, что он разговаривает с местным жителем, настолько Семен органично вписался в город.

В этот момент прибежала Снежана – раскрасневшаяся, как будто из фитнес-зала только что выскочила. Новости ей рассказывать не пришлось: Эрлика с Дином она встретила по дороге, зато ошарашила Семена вопросом:

– Кстати, а ты не знаешь, кому твоя благоверная уже второго ворона за два дня отправляет? Когда я выходила из дома, она как раз к хранителю пришла.

– Нееет, – удивленно протянул тот и даже привстал из-за стола, за которым нарезал овощи, словно собрался бежать на улицу, искать свою девушку и требовать ответа.

– Ну ты расслабься, – небрежно посоветовала Снежана, – придет и расскажет. У вас ведь секретов друг от друга нет, правильно ведь? – последние два слова она чуть выделила голосом и остро взглянула Семену в глаза, отслеживая реакцию.

«Любо дорого посмотреть на прикладную психологию в действии, – подумал Илья про себя, – интересно, девчонка училась этому где или интуитивно действует? Может и правда этот ее лабиринт чему хорошему научить может?»

И тут у него мороз прошел по коже, от внезапного осознания сложившейся из паззла картины: его ежедневный ночной кошмар, на который он старался не обращать внимания и вчерашний рев рассерженного монстра-комнаты наложились друг на друга, и Илья с абсолютной ясностью понял кто именно был его соперником во сне. Что это за мастер разума, по сравнению с которым он был как щенок против льва. Подсознание подсказывало против каких сил он затеял игру и предупреждало, что если он ничего не предпримет, то шансов выжить то и нет. Охота на него уже начата и результатом будет растворяющееся в тумане дохлое тело. Может образ и иносказательный, но весьма понятный.

А что Илья может предпринять? Тщательно следить за тем какую дверь открывает? Почему-то у него было подозрение, что это не поможет. Охотиться за ним, похоже, начали всерьез. Требовалось как-то быстро прокачать свои способности, чтобы хоть что-то противопоставить сильному сопернику, а то сейчас он почти ничего и не может. И вот тут-то в голове и возникло слово Лабрис. Снежана утверждала, что тот как-то трансформирует дар. Пока, правда, все работало ровно наоборот: Семен ничему новому не научился, а Дин так вообще потерял то, что умел. Хотя был шанс, что оба просто еще не поняли, во что именно преобразились.

В любом случае, ему срочно нужны были сильные фигуры, потому что тем, что есть, партию против хищной комнаты не выиграть. Взять их по-быстрому можно было только в лабиринте. В конце концов, куда обращаться за защитой от угрозы одного мистического помещения, как не к другому не менее мистическому архитектурному сооружению?

– Проводишь меня в Лабрис? – просто спросил он Снежану. Вопрос застал ее врасплох: она аж поперхнулась и закашлялась.

– Что, друг, тоже хату нахаляву захотел? Квартирный вопрос вас, москвичей, очень испортил, – усмехнулся Семен.

– Нет, в отличие от тебя я тут обживаться и родню перетаскивать не намерен. Хочу обратно стать собой, а не инвалидом с половинкой мозга.

В это время в дверь вошла Надя.

– Я не поведу тебя, – сказала Снежана и кивнула на вошедшую девушку, – она справится лучше.

Глава 35

Дин

Он сидел на уголке жесткой кровати, на которой не было ни матраса, ни белья и пытался спрятаться от зябкого ощущения, что его найдут и здесь. Найдут и привлекут к ответу.

Дин пока не мог вообразить за что именно и в какой формулировке, но только потому, что вариантов было слишком много: от смерти Алекса, ведь суд по этому поводу еще не состоялся, и до масштабного обмана граждан новоприбывшим шарлатаном. Наобещал куче людей черти что, а потом сбежал, боясь… чего именно? Да всего! Дин всхлипнул и уткнулся носом в коленки.

Было бы одеяло, он бы спрятался в него с головой, но дом был пуст. Здание возникло сразу с мебелью и печью, но весь скарб нужно было раздобыть где-то еще. Также, как и еду. Потому что хозяйка, у которой он жил, вряд ли теперь подаст ему хоть кусок хлеба.

Когда Дин сгоряча честно шепотом признался ей, что ничего не чувствует и больше не может ничего предсказать, она, не моргнув глазом, посоветовала ему соврать: «Они-то почем знают, чуешь ты или нет. Все тебе уже верят больше, чем себе. Наобещай чего получше и дело с концом. Люди уже платить будут за любые слова. А за хорошие – вдвойне».

Тогда он замотал головой, отказываясь участвовать в столь гнусном преступлении и позорно сбежал, под удивленный взгляд очередных посетителей, что уже отдали хозяйке плату за вход к прорицателю.

Прибежал к друзьям за помощью, рассказал все Снежане, и что та сделала? Подумала, глядя в потолок, а потом вдруг заявила, что его хозяйка была права.

Предательница! Мало того, что из-за ее дурацкого Лабриса, он