С Федотов - Игры магов: выбор поля (дебют)

   - Ладно, это я понял. Уно - это плохо. Дальше-то что? - пожал плечами я. Разговор был интересен, но не то время, не то место.

   - Вот скажи мне, чем славиться наш мир? - неожиданно коротко спросил Тайлер.

   - Оружием, - ответил я, радуясь го переходу на более лаконичный стиль.

   - А что нужно, чтобы оружие развивалось быстрее?

   Я заткнулся. Ответ был так прост, что буквально лежал на поверхности.

   - Война...

   - Так точно, - кивнул Тайлер, словно учитель, радующийся сообразительности ученика. - Нескончаемая череда локальных конфликтов и всеобщая бойня в качестве экзамена и финального испытания, на котором под шумок можно и ядерную бомбочку испытать. Она же и войну закончит при желании. Вот такие дела. Но это не самое страшное.

   - Вот как?

   - Конечно, - грустно кивнул Тайлер. - Скажи мне, что испытывается спецами Уно сейчас на Оруж?

   - Оружие, наверное, какое-то новое? - постарался безразлично пожать плечами я, хотя разговор стал очень интересным, несмотря на всю нервозность обстановки.

   - Можно и так сказать, - грустно вздохнул Тайлер. - Но точнее будет сказать, что у нас оружие испытывают постольку поскольку. Основную сферу их экспериментов, наверное, проще всего назвать словом социология.

   - Не понял...

   - Знаешь, ни в одном мире не воюют столько, сколько у нас. Однако по своей сути человек существо не настолько агрессивное, чтобы уничтожать себеподобных в таких количествах.

   - Иии..., - чуть поторопил я примолкшего было Тайлера.

   - Как заставить целый мир балдеть от вида собственной же крови? Как заставить человека видеть в соседе врага, которого необходимо поднять на вилы? В последнее время, какие-то лет двести, у нас отрабатывается социальные технологии. Сейчас принято решение сосредоточиться на той, что известна тебе под названием Окно Овертона...

   Я лишь состроил непонимающую физиономию.

   - Понятно, ну, значит, не знаешь, - быстро поправился Тайлер, и тут же начал разъяснять мне основные положения технологии. - Для каждой идеи или теории есть "окно возможностей" в рамках которого то или иное явление может быть принято или не принято обществом.

   - Ну... пока вроде ясно, - пробормотал я.

   - У нас на Оруж учатся двигать эти самые окна, переводя идею из разряда "немыслимое", неприемлемое общей моралью, до разряда "правило", то есть поддерживаемое государством и оформленное законодательно. При этом это сложно назвать управлением общественным сознанием, ведь игра ведётся настолько тонко, что переход из очки "А" в точку "Б" происходит очень плавно, что воспринимается не как навязывание чужих идей, а как торжество прогресса и развитие общества. В итоге социокультурные различия достигают такого уровня, что достаточно небольшой искры для большого взрыва. Ясно?

   - Что-то не очень...

   - Возьмём в качестве примера возможность совершать кровавые жертвоприношения в рамках какого-либо культа. Вопрос: какие шансы, что прямо сейчас государство и само общество поддержат это... начинание?

   Я лишь усмехнулся.

   - Значит, согласно теории Окна Овертона, - продолжи Тайлер, - легализация человеческих жертвоприношений лежит в стадии "немыслимое" . То есть в нулевой стадии окна возможностей. Улавливаешь?

   Я кивнул.

   - Предположим, что перед нами поставлена задача не просто легализовать жертвоприношения, а сделать их защищёнными политическим курсом. Что нам нужно сделать? Согласно этой технологии, для начала необходимо сменить отношению к явлению с отметки "немыслимое" до отметки "радикальное". У нас свобода слова же! Мы можем об этом говорить! Какие-нибудь исследователи или те же социологи проведут семинар на тему , например, "Жертвоприношения в античной литературе и их символизм в рамках чего-то там". Проблема введена в научный дискус. Получены авторитетные оценки. И все в рамках научной этики. Обсуждение "при галстуках". Вот окно возможностей уже сдвинулось. В это же время какой-нибудь чудик или малая группа регистрирует в социальных сетях сообщество фанатов человеческих жертвоприношений. Их, естественно, замечают и цитирую все "честные и неподкупные" СМИ. Они становятся пугалом для людей, но в тоже время призваны эпатировать общество. Привлечь к вопросу внимание.

   - Кажется, я понимаю, - действительно задумался я. - Но продолжай. Мне интересно.

   - Ещё бы, - усмехнулся Тайлер. - Далее следует введение темы жертвоприношения в оборот и её массирования. Мол, в научном сообществе можно обсуждать всё, а кто не согласен, тот ретроград и вообще противник науки, а как следствие прогресса и процветания. В это же время происходит подмена понятий и вот уже жертвоприношение никакое не жертвоприношение, а "ритуальный обряд". К этому подберут какое-нибудь красивое, но непонятное научное название. Цель: "замылить" суть проблемы красивыми словесами. В то же время тщательно подбираются "прецеденты", чья задача донести до общества мысль, что при некоторых обстоятельствах жертвоприношение было легально. Хотя бы когда-то. Тут вспомнят ту же античную культуру, цивилизации ацтеков, инков, властителей пирамид фараонов и так далее.

   Странная ситуация: я столько охотился за этим человеком, а теперь сидел и слушал, как он рассуждает о человеческих жертвоприношениях. Тем не менее, я, повторюсь, сидел и послушно слушал, надеясь, что за разговором оппонент расслабится, и я смогу всё-таки задать вопрос, после которого с чистой совестью можно будет попытаться загнать ему пулю в голову.

   - Далее создаются два радикальных лагеря, - продолжал тем временем, не подозревающий о моих планах насчёт его головы, Тайлер. - Сторонников и противников. Оба из "уродов". Одни воинственно отстаивают право одних приносить в жертву других, другие столь же радикально выступают против этой точки зрения. Причём всех "умеренно" выражающих своё несогласие стараются записать именно в "радикальный лагерь". Как, например, сейчас всех несогласных с проведением гей-парадов записывают в ряды "гомофобов и противников свободы". В общем, всем противникам присваивают ярлыки фашиствующих, агрессивных, недалёких придурков. Реальные же сторонники "ритуальных" обрядов вроде как остаётся за кадром. В рамках "приличного диалога". "Карманные" СМИ и доморощенные эксперты, доказывают, что культура жертвоприношений заложена в человеке с древних времён и так далее.

   - Дай попробую догадаться, - попросил я. - Затем наступает время ток-шоу, популярных персон, музыкальных клипов и прочего? Тема становится популярной и дальше разносится сама. Верно?

   - Именно, - чему-то обрадовался Тайлер. - И так до тех пор, пока дискуссия не заходит в тупик. На этом моменте появляется Мега эксперт, который и объясняет обществу, что на самом-то деле всё совсем не так и делать теперь надо то-то. Оправданием сторонников жертвоприношений служат отвлечённые характеристики: "Он художник, он так видит", "Они не виноваты, их так воспитали", "Жертвоприношения позволяют жить дольше" и прочий бред в нужном ключе. Как только тема и народ достаточно "продавлены" на сцену выходит лобби в правительстве. Толерантное, то есть заранее подготовленное податливое общество, уже приняло новую идею, ведь "никому нельзя запрещать быть собой...", "они имеют право", "гонение меньшинств" и т.д. Общество сломлено. Идея внедрена. Вот так вот. Теперь навязываем абсолютно разные идеи народам, странам, обществам и получаем такую разницу мировоззрений, что взрыв неизбежен.