Черничное королевство - Глеб Леонидович Кащеев

Они переглянулись, и Беска кивнула.

– Пусть живет, как хочет. Хоть она и попортила нам жизнь, но… смерти не желала. Думаю, она и так наказана тем, что произошло. Уедет обратно в свой Лондон или останется тут, у Оракула. Не имеет значения.

– Вот теперь я вижу, что к нам вернулась Лилит вместо Бески, – тихо заметил стоящий рядом Авгур.

– Нет. Беска такая же часть меня, как и мое детство. Она никуда не пропала. Я – это я. Такая адская смесь. Надеюсь, что мне больше не придется… становиться только Беской.

Слава нахмурился, ощутив дуновение вероятностей.

Заметив это, представитель ныряльщиков пошутил:

– Уж не хочет ли наш всевидец сделать какое-нибудь пророчество для нового периода правления короля и королевы?

– Я не настолько опытен, – покачал головой Слава, – разве что… а где та самая синяя дверь, к которой приводят мастеров?

– Ее нет сейчас в замке, – крайне серьезно ответил Нулевой. – Она не терпит ограничений, и когда замок пропал, то дверь отправилась в самостоятельное путешествие. Никто не знает, где она проявляется в данный момент, однако после бала, скорее всего, должна вернуться. Здесь ей самое место. Это строение выросло вокруг нее. Только… упаси тебя создатель от того, чтобы заглянуть за синюю дверь. Не все могут выдержать ее. Далеко не все. Даже у тщательно отобранных мастеров шанс выжить и сохранить рассудок чуть более половины. А что случится, если в нее заглянет всевидец, тонко чувствующий струны вселенной, мне даже в страшном сне представить сложно.

В этот момент у Славы все сошлось. Как щелкнуло в голове, и ниточки вероятностей сплелись в прочный канат, который уже ни порвать, ни изменить.

Ему придется искать не только среднюю сестру Бески, но и ту самую синюю дверь. Чтобы заглянуть в нее. Перед глазами промелькнули кадры очередного осеннего бала, на который не явились ни король, ни королева. Потому что Лилит опять наденет маску Бески и отправится на его поиски. Что будет раньше и что за чем следует, он понять не мог, поэтому просто промолчал и кивнул:

– Не будет никакого пророчества. И прошлое-то еле разгребли.