Обещание Гарпии - Дмитрий Александрович Емец

– У них – баранец. С баранцом – есть шанс. Баранец – всегда – находит выход. И если кто-то с ним вместе, то – тоже может – найти.

– Одного не понимаю! – сказал Филат. – Как Фазаноль не боится протаскивать в наш мир существо, которое может всё изменить? Вдруг оно окажется у нас в руках, а не у него? Ведь оливковую магию нельзя отразить ни зелёной, ни жёлтой!

Албыч кивнул всем телом, поскольку шея у него почти не гнулась.

– Это – так, – признал он.

– Вот и я об этом! Оливковая магия баранца опасна и для самого Фазаноля! Всех запасов его рыжья не хватит, чтобы отразить какой-нибудь «копыто отбрыкус»! – Стожар, дёрнув пальцем, нечаянно вложил в заклинание пару капов рыжья. Стартовала искра – и сразу же с неба свалилась дохлая белая сова, несущая кому-то письмо. Ева посмотрела на Филата с укором. Тот смутился и буркнул, что не хотел.

– А это уже – не так. И Осьмиглаз, и Окипета, и твоя мама – заблуждаются. «Копыто отбрыкусом» – Фазаноля не уничтожить. Оливковой магией – баранца – не захватить – мир. Когда у русских – появилась «катюша» – война не была выиграна. Когда у немцев – появился танк «тигр» – война тоже не была выиграна. Никакое отдельное оружие не выиграет – войну. Оно лишь – подтолкнёт мысль противника – к созданию – более мощного оружия. Но если баранец – окажется у Фазаноля – он получит – хороший инструмент. Сможет открывать – любые хранилища. Обходить защиты. Перенастраивать артефакты. Обнаруживать – магические существа – сумевшие затаиться. Это сделает Фазаноля – ещё сильнее. Так что рискует – Фазаноль – не так сильно. Выиграть он может – намного больше – чем потерять. Хороший ход.

Ева подумала, что Албыч рассуждает как игрок в штосс. И Албыч подслушал её мысли. Вернее, предсказал их.

– Хороший игрок – в штосс – предугадывает – не только развитие событий. Он предугадывает их – с учётом того – что – его противник – тоже всё просчитал. Фазаноль – очень – хороший игрок – в штосс. Ведь это он сотворил меня – в первый раз. И талант – игры в штосс – его талант.

– Но он не предсказал появления души! – сказала Ева.

Огненный человечек полыхнул:

– Да. Моя душа – возникла – сама. Внезапно и неизвестно – откуда. Фазаноля – это взбесило. Он считал, что вправе творить – что угодно, у него много магии, он контролирует всё. Маги не любят, когда появляются – новые – вводные. Они ясно – показывают тебе – что не ты – главный. Ты – играешь в шахматы и – выигрываешь партию, и вдруг – у противника появляется суперферзь, выросший – из самой – слабой пешки. Новая фигура – которая делает – десять ходов подряд – по всем возможным – траекториям.

– И это душа?

– И это душа. Что – такое глина. Она пришла – и ушла. В Магскве – у меня была – другая глина. Её расплавили в бою – и она осталась где-то там. Я даже – не буду – её искать. Зачем – главное – не потерять это – ведь это единственно моё, – признал Албыч, и его глиняная рука бережно коснулась огненного контура.

– Фазаноль что-то задумал! – раздражённо сказал Филат. – Ведь он знает всё, что видел и слышал Осьмиглаз. И раз Фазаноль так умён, то у него все шансы обыграть нас!

Ева была уверена, что Албыч и на этот раз кивнёт, но тот даже и не подумал шевельнуться.

– Есть – одно исключение. Называется – «правило дурака». Ты предугадал – совершенно всё. На тридцать ходов – вперёд. А дурак – выпустил в лампу искру – на три капа – схватил со стола – рыжье – и убежал. Ха-ха-ха. Юмор. Очень сильная эмоция веселья, – выкатывая каменные шары слов, произнёс голем. – На его неподвижном лице играли блики лунного света.

По осыпающемуся глинистому склону карьера к ним, прихрамывая, спускался Аникей Ягнило. В руках у него была белая чёрточка посоха.

– Отыскал-таки! – восхитился стожар. – Нет чтобы порадоваться, что наконец-то избавился от магии! Живи теперь спокойненько и сажай на даче энергосберегающие цветочки! Так нет же – мчится за посохом, чтобы снова бороться с магией! Вот они, магоборы!

Глава 19

«Не трогай бабушку! У бабушки кастет!»

– Из-за тебя в квартире свинарник!

– Это потому, что я тебя люблю!

– Ты не умеешь готовить!

– Зато я тебя люблю!

– Ты некрасивый!

– Твоей красоты хватит на двоих!

– Тьфу! – сказала Настасья.

– Вот и я о том же! – хмыкнул Бермята довольно. – Ни одна девушка никогда не приведёт больше трёх аргументов. Женское мышление кратковременно и крайне нелогично.

В город их вёз Ягнило. Албыч остался в Вырице. Главный магобор восседал за рулём, а на сиденье рядом с ним в огромной фарфоровой ёмкости для алхимических опытов разместился малютка Груня. Недавно протоплазмий хлебнул столько энергии, что в банку уже не влезал.

У ёмкости, которая обнаружилась в багажнике у Аникея, был существенный минус: она не закрывалась сверху. Поэтому малютка Груня – милый кусочек всепожирающей протоплазмы – пребывал на свободе. Отведав настоящей еды, книжками он больше не интересовался. Когда стожар сунул ему комикс, Груня икнул и, разодрав его надвое, выбросил в окно. После чего принялся обстреливать молниями ворон. Выражение лица у деточки было не слишком интеллектуальное. Обозначились второй и третий подбородки, растянулся длинный прожорливый рот. Глазки, прежде похожие на мышиные бусинки, теперь торчали как два маленьких глобуса.

– Весь в своего папахена, от меня ничего не взял! – сказал себе под нос стожар. – Но я его перевоспитаю! Я облагорожу его искусством! Аникей, поставьте, будьте любезны, классическую музыку!

Ягнило коснулся посохом автомагнитолы – и в той мгновенно пробудился Бетховен. Причём словно и не запись, а живая музыка, лившаяся отовсюду. Малютке Груне звуки не понравились. Он протянул руку, вырвал магнитолу и сожрал её, отплюнув мелкую проволочку. Ягнило завопил, что магнитола была особенная и что он сейчас катапультирует Груню прямо в поле.

– Случай запущенный, якорный бабай! – признал стожар. – Кто у нас тут мамочка? Ева, сделай что-нибудь! Твоё чадо буянит!

Ева не придумала ничего лучше, как сунуть Груне свой смартфон. Груня стал тыкать в экран пальцем и натыкал какую-то игру. Игра эта захватила его всецело, и он ухнул в неё как в колодец. Ева удовлетворённо взглянула на Филата, но тот, кажется, не считал это победой.

– Это деградация, мама! – сказал он Еве. – Ты деградировала моего ребёнка! У меня он читал, мыслил, жил! А теперь посмотри, что с ним творится! Это же сине-зеленая водоросль!

Малютка Груня уткнулся в телефон так, что составил с ним единое целое. Рот приоткрылся. Если прежде у него было только два подбородка, то