Вильям Кинг - Победитель троллей

Феликс увернулся и ударил урода по руке прежде, чем лезвие ножа прорвало бы его кожу. Он схватил руку чудовища и, вывернув ее, ударил его же собственным секачом в голову. Зеленая жидкость полилась на ботинки Феликса, и тварь покатилась по земле.

Воспользовавшись небольшой передышкой, Феликс выхватил меч из ножен — тот, казалось, сам прыгнул ему в руку, готовый к схватке.

Огромная секира Готрека уже расчистила себе кровавую дорогу в гуще врагов. Одним взмахом гном убивал троих или даже больше. Кости трещали от его ударов, а плоть расползалась под острым, как бритва, лезвием. И вновь взлетела секира Победителя троллей, и вновь очередная отвратительная туша развалились на две части. А секира быстро и без предупреждения снесла голову другому мутанту.

Испуганные неожиданным сопротивлением, мутанты побежали. Некоторые из них пронеслись мимо Феликса и укрылись в чаще, а остальные развернулись и скрылись под землей, откуда и вылезли.

Феликс вопросительно посмотрел на Готрека, ожидая, что же тот будет делать теперь. Меньше всего молодому человеку хотелось сейчас разделяться и бегать за мутантами по лесу. Победа оказалась слишком легкой. Это могла быть ловушка.

— Пусть эти гнилые коротышки валяются здесь, — сказал Готрек, плюнув на тела мутантов. Феликс поглядел на них и согласился со своим другом: действительно, все нападавшие на них едва достигали груди Победителя троллей, и ни один из них не был выше его ростом.

— Пошли отсюда, — сказал Феликс. — Вонь отвратительная.

— Они даже смерти недостойны, — пробурчал Готрек Он был очень разочарован.

«Висельник» был одной из самых унылых гостиниц, в которых когда-либо бывал Феликс. Слабый невеселый огонек едва полыхал в камине. В комнатах пахло сыростью. Множество собак грызло кости, которые, казалось, уже несколько поколений пролежали на их соломенных подстилках. Хозяин был с виду сущей деревенщиной, его лицо украшали застарелые шрамы, а вместо правой руки был массивный железный крюк. Прислуживающий за стойкой мальчик был горбуном с бельмом на глазу и имел дурную привычку пускать слюни в кружку, в которую наливал пиво. Местные жители были очень недружелюбны. Чуть ли не каждый из тех, кто посмотрел на Феликса, сделал это так, словно бы собирался воткнуть ему нож в спину, но не совершил это просто из-за лени.

Впрочем, Феликс признал, что гостиница вполне соответствует той деревне, в которой располагается. Блатдорф был самым унылым местом на их долгом пути. Грязные хибарки, казалось, вот-вот развалятся, улицы были пусты и неряшливы. Когда они наконец-то уговорили (хоть и не без помощи угроз) пьяного стражника у ворот впустить их, с каждого крыльца на них смотрели заплаканные старухи. Казалось, что вся деревня погружена в печальный сон.

Даже замок, возвышавшийся над ней, был неопрятен и нуждался в ремонте. Его стены почти обвалились и выглядели словно после нашествия сопливых дикарей с заточенными палками — что было достаточно странно для города, который был окружен мутантами. «Впрочем, — подумал Феликс, — даже мутанты в этих краях походили на обыкновенных разбойников, нападавших на прохожих, но бегущих после первых же признаков сопротивления».

Он заказал еще кружку эля. Это было самое отвратительное пиво, которое он когда-либо пробовал, — его начинало тошнить, как только оно касалось его губ. Готрек откинул назад голову и одним залпом осушил свою кружку. Пиво исчезло так же быстро, как золотая монетка, замеченная попрошайкой на улице.

— Еще кружку «старой собачьей рвоты»! — весело крикнул Готрек и поглядел на местных посетителей. — И не оглушите меня звуками своего восторга! — прокричал он.

Посетители не желали встречаться с ним глазами. Они уставились в свои кружки, словно могли бы обнаружить там философский камень, хорошенько приглядевшись.

— Чего такие счастливые лица? — насмешливо поинтересовался Готрек. Хозяин принес ему очередную кружку пива. Готрек заказал еще. Феликс с удовольствием отметил, что даже Победитель троллей скривился, закончив пить. Это было совершенно необычным для гнома — раньше Феликс никогда не замечал, чтобы Готрек испытывал хоть какое-то недовольство или сомнения, перед тем как выпить пиво.

— Это все маг, — ответил хозяин. — Это его рук дело. Все было совсем иначе до того, как он поселился в старом замке. И с тех пор у нас постоянно неприятности. С мутантами на дорогах и вообще. Торговля заглохла. Никто к нам не ходит. Жители не могут спать спокойно по ночам.

Готрек тут же вскинул голову. На его лице появилась улыбка, демонстрировавшая остатки зубов. Ему это определенно по душе, решил Феликс.

— Волшебник, говоришь?

— Ах да, сударь, злой чародей.

Феликс заметил, что посетители как-то странно смотрят на хозяина, словно бы он сказал то, о чем нельзя было поминать или же чего от него никак не ожидали услышать. Феликс отогнал от себя эти мысли. Может быть, они просто испугались. Да и кто бы не боялся, имей он в собственной деревне слугу темных сил Хаоса?

— Страшен, как дракон с зубной болью. Так я говорю, Хельмут?

Но крестьянин, к которому он обратился за подтверждением, застыл, словно крыса, завороженная змеей.

— Так я говорю, Хельмут? — повторил хозяин.

— Ну, он не такой уж и плохой, — ответил наконец крестьянин. — Для злого чародея, конечно.

— А почему вы не нападете на замок? — спросил Готрек. Феликс подумал, что если гном сам не мог ответить на этот вопрос, просто посмотрев вокруг, то он еще глупее, чем кажется.

— Там чудовище, сударь, — сказал крестьянин, шаркнув ногой и вновь поставив ее на ковер.

— Чудовище? — переспросил Готрек, и в его глазу засверкало нечто большее, чем простое любопытство.

— Огромадное, сударь. Гораздо выше человека и изуродовано гадкой мут… мут… мут…

— Мутацией? — помог Феликс.

— Во-во, сударь, чем-то этаким.

— А почему вы не пошлете в Налн за подмогой? — спросил Феликс. — Храмовники — Белые Волки очень интересуются подобными пособниками Хаоса.

Крестьянин непонимающе посмотрел на него.

— Кто же его знает, что такое Налн, сударь. Никто из нас не был дальше нескольких верст от Блатдорфа. Кто позаботится о наших женах, если мы уйдем?

— Да еще мутанты, — вступил в разговор другой крестьянин. — Леса полны ими, и все служат чародею.

— И мутанты тоже? — почти радостно спросил Готрек. — Думаю, нам стоит прогуляться в замок, человечий отпрыск.

— Чего я и боялся, — вздохнул Феликс.

— Но вы же не собираетесь нападать на чародея и его чудовище? — сказал один из поселенцев.