Джон Норман - Вождь

Отто подал знак Акселю, и тот принес узел одежды. Отто осторожно развернул его, вынул позвякивающие женские украшения, а другой рукой встряхнул платье, и все это показал посыльным.

— Узнаешь?

— Это украшения и одежда принцессы Геруны! — воскликнул Хендрикс.

— На «Аларии» я надел все это на рабыню, вот эту рабыню! — Отто указал на Янину, которая сжалась на полу, совсем не довольная таким поворотом дела.

— Ты осмелился надеть их на рабыню! — оскорбленно вскричал Хендрикс.

— Это верно, рабыня? — спросил Отто у Янины.

— Да, господин! — робко ответила она.

— На эту клейменую суку?! — вопил Хендрикс.

— Да. А сама принцесса Геруна шла передо мной, нагая, с завязанным ртом, на веревке. Она шла по коридорам «Аларии», как простая рабыня, перед сотнями воинов Ортога!

— Нет! — простонал Хендрикс.

— Наверное, ты слышал сплетни на своих кораблях — в залах, каютах, барах? — спросил Отто. — Об этом шепчутся даже ваши корабельные рабыни.

Хендрикс и Гундлихт переглянулись.

— Передай это Ортогу, — сказал Отто, протягивая вещи. — Пусть они послужат доказательством моей правоты. И скажи ему, что его сестра лучше всего выглядит без этой одежды — голой, какой я видел ее у своих ног.

— Пес! — вскричал Хендрикс.

Отто бросил ему узел измятой и запачканной одежды с завернутыми в нее украшениями.

— Передай вызов!

— Обязательно передам! — решительно ответил Хендрикс.

— А также мои приветствия принцессе Геруне, — усмехнулся Отто. — Скажи ей, что я нахожу ее тело вполне подходящим для рабыни и надеюсь когда-нибудь вновь увидеть ее у своих ног.

— Пес! Пес! — шипел Гундлихт.

Он шагнул вперед, но вольфанги тут же окружили его плотным кольцом.

— Пойдем, Гундлихт, — позвал Хендрикс. — Такие оскорбления можно смыть только кровью, с оружием в руках.

Посыльные резко повернулись и вышли.

— Что, не захотелось брать дань? — насмешливо закричали им вслед.

— Ну вот и все, — вздохнул Астубакс.

— Ты и правда пес? — усмехнулся Аксель.

— Когда-то был им, — ответил Отто, — а теперь я Отто, вождь вольфангов.

— Они и правда могут уничтожить нашу планету, — задумчиво произнес Астубакс.

— Этим они не смоют собственный позор, — возразил Отто.

— Да, — кивнул Аксель, — чтобы избавиться от такого позора, мало уничтожить целую планету.

Глава 22

— Здесь отличные леса, — проговорил Юлиан.

Он, вождь, Астубакс, Аксель и четверо рабынь, которые несли еду и питье, вскарабкались на плоскую вершину скалы, откуда несколько дней назад вождь — тогда еще просто боец, гладиатор, — рабыня Янина, Астубакс, Аксель и несколько воинов видели знак ортунгов, выжженный среди лесов. Пожарище чернело среди зелени, напоминая клеймо.

Отто взглянул в небо, где виднелись только пышные облака.

— Мы ничего не слышали уже несколько дней, — сказал он. — Интересно, дошел ли твой сигнал? — он повернулся к Юлиану.

— Он прошел, я уверен, — ответил Юлиан.

— Но все было так тихо, — возразил Астубакс. — Я ничего не слышал.

— У имперского флота и дризриаков слух гораздо тоньше, — заверил его Юлиан.

Астубакс поежился.

— Оставьте нас, — приказал Отто.

Все начали спускаться по тропе, оставив вождя наедине с Юлианом.

— Когда прибудут имперские корабли, ты, конечно, будешь свободен.

Юлиан кивнул.

— А рабыни останутся здесь, — продолжал Отто.

— Конечно, — согласился Юлиан. — Они же рабыни. Мы чтим закон.

— Империя удивительна, — задумчиво проговорил Отто, — я преклоняюсь перед ней.

— Она простирается на целые галактики, — подхватил Юлиан. — Это самое величественное государство всех времен! Оно не должно погибнуть.

— Империя вечна, — сказал Отто. — Она всегда была и всегда будет.

— Еще задолго до Империи, — проговорил Юлиан, — у ее истоков стоял мой род.

— Ты любишь Империю, — заметил Отто.

— Ей угрожает опасность.

— Она непобедима.

— Но ее следует защищать, — возразил Юлиан.

— Да, тогда никакой опасности не будет.

— Надо найти бесстрашных, истинных мужчин, чтобы защитить ее.

— Империя не нуждается в защите, — настаивал Отто.

— Империи угрожает натиск варваров, — объяснил Юлиан. — А граждане озабочены только своими привилегиями, богатством и совсем забыли об обязанностях и долге.

— Защитники всегда найдутся, — ободряюще произнес Отто.

— Это должны быть мужчины, способные противостоять варварам, — продолжал Юлиан. — Такие же жестокие и воинственные, как их враги.

— Варвары будут сражаться с варварами? — догадался Отто.

— Они будут сражаться за Империю, а не против нее, — пояснил Юлиан.

— Ты хочешь позвать волков, чтобы защитить овец?

— Это рискованно, — согласился Юлиан, — но я не вижу иного выхода. Овцы не могут защищаться сами.

— Почему ты говоришь со мной об этом? — спросил Отто.

— Ортог считал тебя отунгом.

— Верно.

— Мне хотелось узнать, кто такие отунги, — проговорил Юлиан, с любопытством разглядывая своего собеседника. — Наверное, и тебе это интересно?

— Да.

— Отунги из народа вандалов трижды терпели поражение в восемнадцатой имперской войне, при правлении Гальбана. Большинство их погибло. Остатки пленников разбросали по всей галактике. Наследников самого воинственного и опасного клана эльбов высадили на отдаленную и совершенно необжитую планету.

— С какой целью?

— Чтобы возделывать землю для Империи. Разве не удивительно, что рукам воинов, привыкших держать копье и меч, пришлось взяться за косу и плуг, чтобы выращивать хлеб для своих завоевателей? Но у меня есть причины верить, что эти люди, если они выжили, сохранили традиции — они рассказывали свою историю в песнях, воспевая воинские подвиги героев.

— Они ничего не забыли?

— Нет.

— Странно, — медленно проговорил Отто.

— Интересно, останемся ли мы в живых, — сказал Юлиан, глядя на небо.

— Не знаю, — пожал плечами Отто.

— Алеманны многочисленны, — вздохнул Юлиан. — В Империи их боятся.

— Империи некого бояться, — возразил Отто.

— А знаешь, как в Империи называют алеманнов? Аатами.

— Этого я не знал, — удивился Отто.

— На «Аларии» ты победил Ортога из народа аатов, или алеманнов.

— В следующий раз он не станет драться со мной, а выберет опытного бойца, — заметил Отто. — Боец решит драться тем оружием, которым я не владею.

— Но ты уже победил Ортога в поединке, — напомнил Юлиан. — Варвары понимают и уважают это. Такая победа значит больше, чем борьба в космосе за тысячу миль друг от друга.