Алекс Кроу - Неразменный Золотой

– Заткнись! Твоя болтовня мне надоела.

– Ну, тогда проводи меня к нему как телохранитель, - не унимался Ши Шелам.

– Ах ты, задница Бела, - рассвирепел Конан и так грохнул кулаком по столу, что кувшин из-под вина подпрыгнул и свалился на пол, - ты считаешь, что я должен охранять твою вонючую жизнь?

– Ты меня совсем не так понял, о храбрый лев, - поспешил объяснить свои слова Ловкач. - Я только хотел сказать, что если, не дай мне Бел, я встречу на улицах Пируса, он не раздумывая убьет меня, и лишь ты во всем Шадизаре сможешь меня защитить. А к старику мне надо сходить по нашему общему делу. Я чувствую, что он поможет мне быстрей придумать план, как нам добыть золотой.

Конан почесал затылок, повел плечами и только тогда принял решение:

– Ладно, пошли вместе.

Подавальщик рискнул появиться в зале только тогда, когда за неспокойными гостями захлопнулась входная дверь.

4

Марконий жил почти у самой городской стены между северными и восточными воротами. В этом районе селились люди, имеющие промежуточное положение между средним классом, чьи кварталы располагались вблизи четырех ворот, и дном общества, представители которого могли обитать, в сущности, в любом месте, где можно было преклонить голову, но в основном жили в Пустыньке. Впрочем, там, где поселился Марконий, можно было встретить домовладельцев разного достатка. Он выбрал это место из-за нежелания привлекать к себе лишнее внимание и врожденной скромности.

Именно к Марконию направился сопровождаемый Конаном Ши Шелам после того, как они покинули таверну Абулетеса. Ловкач сразу отметил, что течение времени не столь стремительно, как он думал, поскольку глаз Митры, хотя и покраснел, но висел над самым горизонтом, только-только собираясь коснуться его своим краем, а значит, старый Марконий еще не лег спать. Но нужно было торопиться, и Ши прибавил ход, смешно семеня ногами, тогда как Конан шел ровным широким шагом, и по его виду нельзя было сказать, что он идет быстро.

Родиной Маркония была Коринфия. Там он родился и там прожил почти всю жизнь, служа тайному магическому обществу, известному как Белый Квадрат. Старик имел чистую и благородную душу и никогда не жалел ни сил, ни времени для того, чтобы своей деятельностью способствовать претворению в жизнь идеалов Белого Квадрата. А только это магическое общество направляло свое могущество во благо людей. Маги Серого Квадрата полностью игнорировали нравственные аспекты во всех вопросах, связанных с магическими науками, а Черный Квадрат использовал свое мастерство только для обогащения и достижения различных степеней власти, начиная от городов-государств Коринфии до экспансии на всю территорию Хайбории. Но постепенно адепты всех Квадратов настолько погрязли во внутренних распрях и интригах, что чуть не все свои усилия стали тратить на то, чтобы парализовать деятельность себе подобных. Марконий тоже был втянут в эту борьбу, но не смог ее окончательно принять и ушел по Дороге Королей на восток, чтобы осесть в каком-нибудь понравившемся месте и использовать свои знания и навыки мага для помощи нуждающимся. Первым большим городом, что встретился ему на пути, был Шадизар, и старый чародей больше не стал испытывать судьбу.

В Шадизаре Марконий купил небольшой дом в зеленом квартале. Хотя средства позволяли ему приобрести в собственность хоть дворец, он их потратил на внутреннее обустройство жилища в соответствии со своими потребностями, и продолжил изучение магических наук, никого не посвящая в тайны своей деятельности. Однако если кто-нибудь обращался к нему по каким-либо вопросам, он всегда помогал. Правда, было одно крайне важное ограничение - в этих случаях бывший маг Белого Квадрата никогда не использовал собственно магию. Знания - да, но не заклинания. И еще, он отказывал людям, стремящимся с его помощью достичь каких-то низменных или корыстных целей. Как он их распознавал, оставалось секретом, но факт есть факт - Марконий знал, что у кого за душой, и никогда не ошибался.

Но самым странным было то, что слава о нем почему-то не шла по Шадизару, как идут от брошенного камня круги по воде. Уж тут точно не обошлось без чародейства, и, надо думать, Марконий хорошо постарался, чтобы с помощью магических средств и заклинаний оградить себя от толпы страждущих и алчущих людей. Оно и понятно. Во-первых, маг привык работать в одиночестве и не терпел суеты. Во-вторых, Марконий каждый день проводил по строгому распорядку - это касалось еды, сна, всяких занятий - и не любил, когда его режим грубо нарушался. В-третьих, маг считал, что, несмотря на меры предосторожности, предпринятые им, Митра всегда приведет к нему тех, кто действительно нуждается в помощи.

В доме Маркония, кроме комнат, в которых он спал и принимал пищу, были две кладовых (одна для хранения магического инвентаря и вспомогательных приспособлений, а вторая для книг и артефактов), лаборатория, кабинет и внутренний дворик, в котором маг читал звездные письмена. Про подвальные помещения ничего сказать нельзя, потому что в них никто не бывал, но ходили слухи, что они есть.

– Вот здесь живет человек, который нам нужен, - сообщил Ши Шелам, остановившись у двери, обитой крест-накрест двумя полосами железа, и нажал на штырек, выступавший из двери. Тотчас по ту сторону раздалось мелодичное позвякиванье колокольчика, который извещал хозяина о гостях. Вскоре дверь отворилась, и на пороге возник старик, чье смуглое лицо и руки резко выделялись на фоне белого халата и седины. Он внимательно посмотрел на приятелей, сложил пальцы в форме кольца и кивком пригласил их следовать за собой. Конан недовольно оскалился, но Ши Шелам умоляюще посмотрел на него и сделал несколько гримас не хуже вендийской обезьяны, чем вызвал у киммерийца приступ смеха. Но Конан сунул в зубы кулак и всего лишь пару раз хмыкнул, после чего они степенно вошли дом Маркония и, миновав три комнаты, оказались во внутреннем дворике. Четыре больших горящих светильника, установленных в его углах, разгоняли мрак надвигающейся ночи.

– Я вас ничем не угощаю, потому что осталось совсем немного времени до сна, а нарушать свой распорядок у меня нет никаких причин, - сказал старый маг, предложив гостям сесть на низкие табуретки, и сам опустился на такую же. Ши Шелам и Конан молча сели.

– Прости нас, Марконий, за поздний визит, - начал было Ловкач Ши, но тот перебил его.

– Ты уже однажды приходил, скупщик краденого, и я отказал тебе в помощи. Что тебя привело ко мне на этот раз? Могу предположить, что коль ты все-таки пришел, зная, что я не помогаю проходимцам и ворам в их грязных делах, значит, причина у тебя веская, не так ли?