Илья Абрелин - Зеркала.

Первыми я показал избранные кадры из своего ритуального испытания, а когда зрители заинтересовались передачей и датчики показали, что ее смотрит добрая половина жителей Материка, я выступил сам:

– Те тяжелые испытания, что вы увидели, и что мне пришлось перенести – не пустая трата сил, не простое желание занять пост кланинга, а ступенька на пути к исполнению моей мечты – вывести кланы на внешние земли. У меня есть сторонники, которые поддерживали меня с самого начала, когда я еще был простым членом клана.

Я мог стать кланингом, построит клановый замок, а потом спокойно наслаждаться жизнью, постепенно набирая сторонников, но это не мой путь. Я избрал другой путь, увлекательный, но полный лишений и опасностей.

Сейчас строятся корабли, которые перенесут членов клана Белой Акулы на Луну, где будут построены поселения и лаборатории. Я не обещаю особых, привлекательных условий, а обещаю тяжелую работу. У меня и моих сторонников есть наработки, которые в будущем принесут большие деньги. На эти деньги каждый поддерживающий меня сможет реализовать задуманные им проекты, исполнить потаенную мечту. Но все это в будущем, а вначале нам предстоит тяжелый и упорный труд. Кто не боится трудностей и работы, прошу присоединяться к нам.

– Ты описал предстоящее слишком мрачными красками, боюсь, что желающих будет немного, – после выступления сказал Лукас.

– Посмотрим, время покажет, – возразил я, – нам нужны безумцы, на которых и рассчитана речь.

Я оказался прав, желающих поддержать меня, хватило с избытком.

Модулями занимался я, а нужным лабораторным оборудованием Лукас. Он отобрал семнадцать человек – молодых, подающих надежды специалистов и таких – же безумцев, как я и Лукас. Пятьдесят техников, которые полетят с нами, занимались проверкой и налаживанием оборудования, а всего в постройке модулей принимали участие более двух тысяч человек.

Ангары, поставленные на каменистой земле, постепенно заполнялись оборудованием. Корабли решено было построит в форме куба – легче в изготовлении и надежней. Каркас постепенно оплетался кабелями, обшивался листами силумина, связывался распорками с ангаром. Полет вместе с ангаром насоветовал Лео, он занимался орбитальными станциями и понимал в этом деле больше за меня.

– В космосе одна из неприятностей – метеорит. Они редки, но удар от столкновения с ними может нанести непоправимый вред, и лучше быть готовым к этому. Мои антигравитаторы могут поднять гораздо больший вес, а энергии на преодоление притяжения у тебя будет достаточно. Ты говорил о каком – то оборудовании, которое также необходимо подготовить, – сказал он.

– Чтобы быть автономным, не зависеть от поверхности Земли, мне необходимы три небольших станции накопителей, роботы для рытья укрытий, все есть в этом списке. Мне требуется много оборудования, но деньги на него у меня еще есть.

– Сначала можно обойтись одной станцией, запущенной на орбиту Луны и постоянно направленной на Солнце, а ангары покрыть ячейками накопления, что даст необходимую энергию, но будет намного дешевле, – посоветовал Лео.

Лучше все проверять самому, чтобы быть уверенным в том, что необходимое есть в наличии. Если что не возьмем, то потребуется дней шесть что – бы заказать и доставить с Земли.

Единственный, роботу кого я не проверял – Лукас, он неплохо справлялся и сам. Нанеся визит Сотору, он проверил приготовленное оборудование и неделю сам обучался всему необходимому в конструкторской лаборатории Кальмаров. Я подобрал специалистов, ему подобных – у которых идеи на первый взгляд безумны. Все новое и необычное кажется безумным. Со всех нас, уходящих в космос, сделали копии – не следовало игнорировать возможность несчастного случая. Эксперименты, проведенные на животных, доказывали полное соответствие ожившей копии погибшему оригиналу и давали надежду на оживление после гибели. Копии были помещены в питательном растворе в хранилище, к ним подведена сигнализация и велось постоянное наблюдение. О том, что со всех делают копии, знал я, Лукас и еще десять ведущих специалистов, а всем остальным было сказано, что проводятся обычные медицинские обследования.

Специально для этой экспедиции были разработаны и построены двенадцать космических флаеров. Выходить на орбиту и возвращаться обратно возможно и на обычных флаерах, но они не годятся для долгих перелетов в пустоте. Новые флаеры отличались от старых улучшенной герметичностью кабины, которая была больше, были установлены дополнительные топливные баки. На этой модели, переделанной из грузовой, для управления установлены компьютерные терминалы с радаром навигации, улучшена защита накопителей и пассажирского отсека от проникающей радиации.

Огромные модули с кажущей легкостью поднимались с поверхности Земли, но я знал, какая масса энергии уходила на их движение. Отсюда, со стороны, открывалась величественная картина опирающихся на языки пламени кораблей.

Включив автопилот, я полностью положился на него, и откинулся в кресле – теперь можно и отдохнуть, впервые за двое прошедших суток. Под ногами пронеслось легкое дрожание, потом шипение – заработали турбины, и быстро набирая скорость, флаер понесся к своей цели.

Небо постепенно темнело, пока не стало сплошь черным, в нем зажглись звезды – вот я и в космосе. Земля отсюда смотрелась голубым, беззащитным шариком, который постепенно отдалялся, уменьшаясь и скрываясь в пламени дюз. Впереди по курсу находилась Луна, светясь в пустоте каким – то белым безжизненным светом. Солнце находилось под днищем флаера, которое, отполированное до белизны, отталкивало его лучи, не давая им нагревать аппарат. Только тому, кто побывал в космосе, и испытал на себе действие солнечных лучей, идея Герлиша сбивать метеориты сфокусированными лучами света не покажется безумной.

За спиной тихо шипели турбины, с каждой секундой приближая меня к Луне. Сделаю пару оборотов вокруг нее, выберу место для посадки модулей, установлю маяки, и буду ждать их прилет.

Да, имея такую массу энергии, можно побывать и на соседних планетах – Марсе, например. Но это все потом, а в первую очередь необходимо найти место для посадки, и обустроив его, начать работу. Под ровное, успокаивающее шипение я уснул, а проснулся, лишь когда оно прекратилось. Шипение прекратилось, значит, флаер приближался к цели путешествия. Несколько быстрых вспышек и звезды поплыли перед глазами, меняя свое положение – разворот кораблика. Включился антигравитатор, тормозя флаер, и сохраняя на этом топливо – воду. Луна быстро приблизилась, и я, выключив автопилот, взял управление на себя – начал облет Луны.