Наука побеждать - Павел Вяч

плечу и вскочил на бортик крыши. — Удачи нам всем!

Толчок ногами, краткие мгновения свободного падения, и вот я уже качусь по земле, гася инерцию и смягчая силу удара.

Грань Волка на максимум, и вот я уже мчусь сквозь клубящийся туман к лазарету.

Не знаю как, но я должен остановить костяного дракона и нежить Зарыша!

Насколько я понял, Сеть ничего не делает просто так, а значит у меня есть шансы справиться с драконом и некромантом. Осталось только понять, что делать.

Грань Огня, к сожалению, отпадает.

Дикса недвусмысленно дал понять, что Зарыш озаботился защитой от огненной стихии.

Грань Некроса?

Только в самом крайнем случае, очень уж непредсказуем результат.

Нет, будь Кольцо Некроса не проклято, я бы не задумываясь рискнул. Но превращаться в слугу Бездны или Скверны — дураков нет.

Грань Волка?

Только если добраться до самого дракона… Мы с ним явно в разных весовых категориях, да и Аура Ужаса будет шибать по мне в два раза сильнее.

Грань Крепости?

Даже не смешно. Дракон плевать хотел на все мои усиления и просто порвет меня на две части.

Грань Жизни и Смерти?

А вот здесь нужно хорошенько подумать, что я собираюсь делать: Перехватывать у Зарыша контроль — однозначно Грань Смерти. Или попытаться развеять дракона — а вот тут не обойтись без помощи Грани Жизни.

Может быть с моей стороны наивно, но я делаю ставку на Жнеца.

Восьмипроцентный шанс упокоить любое немёртвое существо — раз.

Аура Смерти, которая при наличии Грани Смерти увеличивает шансы на упокоение в два раза — два.

В идеале мне бы каким-то образом совместить эти две Грани, чтобы получить максимум преимущества, но… там уж как пойдет.

Ну и последнее.

Я прямо на бегу снял с пояса кинжал фон Лютика и крепко сжал его в руке.

Когда я казнил Лар’Тарго, клинок удлинился, на мгновение превратившись в меч, и это, вкупе с описанием артефакта, наводило на раздумья.

Да и сам фон Лютик упоминал что-то про Смежное измерение, мол, ответ я найду именно там.

Но я, кажется, уже и так догадался, что кинжал фон Лютика после подтверждения факта владения может видоизмениться, к примеру, в посох.

Вот только проходить сейчас испытание на право владения совершенно нет времени.

Да и к тому же, судя по появившейся ауре Света, я уже почти на месте.

Подбежав к лазарету, я нахмурился. Несмотря на туман, я отчетливо слышал шум боя, а значит псы подобрались уже слишком близко.

А раз так, то стоит поспешить.

Вот только стоит мне зайти в лазарет, как снова начнутся эти дурацкие сцены прощания. Дан, Соня и Кир точно не упустят момента как-то меня поддержать, а то и вовсе навяжутся идти со мной.

Нет, заглядывать в лазарет я точно не буду, вот только как мне выловить фон Аэра…

К счастью, я зря ломал себе голову — воздушник ждал меня у здания, настороженно косясь на север.

— Лови! — Крик фон Аэр, не тратя время на приветствия, бросил мне свой амулет. — Де Грасс предупредил насчет тебя. Если выживешь, верни мне или кому-нибудь из моего рода.

— Хорошо, — кивнул я. — Как им пользоваться?

— Просто надень, — подсказал воздушник. — Я внес слепок твоей ауры в допуск. Вот только у тебя, в отличие от меня, будет минут пять, не больше.

— Насколько высоко смогу подняться?

— Все зависит от твоего резервуара, — фон Аэр пожал плечами. — Все, мне пора.

— Спасибо, — кивнул я. — Ребятам привет.

— Передам, — кадет не стал кочевряжиться, — а тебе удачи. Справишься с нежитью, дом фон Аэр будет у тебя в долгу.

— Разберемся, — проворчал я, надевая на себя амулет в виде расправленных крыльев.

Для меня оставалось загадкой, почему кадеты вешают на себя долги, хоть мы и делаем одно и то же дело.

Впрочем, сейчас как-то не до этого.

Прислушавшись к Биению жизни, я с силой оттолкнулся от мостовой и… взмыл в воздух!

Если бы не все мои вылазки и опыт использования зелья Грации, я бы сейчас точно влетел в стену — слишком непривычно было чувствовать себя в воздухе.

Но все же в последний момент я сумел сориентироваться и лишь кубарем прокатился по крыше.

Дурацкая, конечно, идея идти в бой с непроверенным артефактом, но других вариантов я не видел.

К тому же, я не собирался лупить по лапам дракона, нет. Будучи мультиком, я отлично понимал, что единственная возможность справиться с этой нежитью — это его морда.

— Вот только для начала, — пробормотал я, мгновенно находя приближающегося все ближе дракона, от которого так и шибало ужасом, — попробуем тебя переподчинить!

С силой оттолкнувшись от крыши, я взлетел в воздух, но на этот раз у меня получилось более уверенно.

Взлетев повыше, я на мгновение замер в воздухе, оценивая диспозицию.

«Заря», которую увел за собой Денебери, развязала руки псам, и они начали полномасштабное наступление.

Где было много свободного места, там песьеголовые шли ровными коробочками, прикрываясь щитами от стрел и арбалетных болтов. А вот в узких улочках легионеры пускали вперед безмозглую нежить.

Время от времени откуда-то из тыла песьеголовых прилетал импульс — эдакий тонкий изумрудный луч, который сначала попадал в дракона, а от него выстреливали сотни, если не тысячи, лучей.

Таким образом Зарыш единолично контролировал свою армию и постоянно обновлял указания.

Вообще, с высоты птичьего полета, картинка складывалась нерадостная.

Толпы гражданских валили в «подкову», а правая часть города уже практически полностью находилась под контролем нежити.

Казалось, Зарышу плевать на расстояния, и он с легкостью поднимал убитых кадаврами песьеголовых.

Печально, но три четверти Лютиков целиком и полностью находились под контролем псов.

А наш клочок земли держался исключительно за счет фон Короса — обойти выстроенные им баррикады было не так-то просто.

В общем, даже если убрать дракона, ситуация складывалась далеко не радостная. Более того, дракон, по сути, был сейчас не нужен. Псы при поддержке армии немертвых и так бы справились с оставшейся горсткой защитников.

Единственное, что до сих пор позволяло нашим держаться — это Сонина аура Света. Но, насколько я ощущал, девушка находится на последнем издыхании. Сколько бы зелий ни пить, как бы ни стимулировать свой организм, но ресурсы человека не безграничны.

Увы, но Лютики были обречены.

И Зарыш, видимо, прекрасно это понимал и