Величайший из рода. Связующее звено - Евгения Киселева

Считаете, у него хватит храбрости предоставить мне ложные сведения, чтобы прикрыть своего нерадивого подопечного?

– Я… – задохнулся Макс, в груди все сжалось от мысли, что он подвёл не только себя, но и человека так много для него сделавшего. – Дело в том…

Юноша поднял глаза, заглянув прямо в лицо полковнику, их взгляды пересеклись. Только что в глазах Громова светилось торжество от того, как ловко он загнал мальчишку в угол, но сейчас… Он просто замер на месте, продолжая смотреть на юношу. И это был не его холодный и расчётливый взгляд, это были глаза человека способного на глубокие чувства. Но только Макс подумал об этом, как они вновь стали непроницаемы.

– Эта девушка так много значит для вас, что вы были готовы так рисковать ради неё? Или, может, подобное поведение у вас просто вошло в привычку?

– Я думаю, первый вариант больше соответствует истине. – взволнованно начал юноша. – Я совершил ошибку! Это только моя вина! Прошу вас, не вмешивайте в это Авдеева! Он ничего не знает о произошедшем.

– Допустим! – свысока взглянул Громов. – Но, что я получу взамен?

– Взамен? – удивился Макс. – Я не понимаю.

– Не понимаете? – усмехнулся он. – Я подскажу. Я хочу знать, что произошло в тот день, когда вы встретились с инопланетной расой. И имейте в виду, меня не интересует весь тот бред, что вы якобы спали. Я хочу знать правду! – с нажимом смотрел на него военный. – Решайте! На кону стоит не только ваше будущее!

Макс тяжело дышал. Он точно помнил, что велел ему по этому поводу Синичкин и не хотел его подводить., но…

– Что вы собираетесь делать с этой информацией? Передадите ее в Совет?

– Это не ваше дело!

– Знаете, если выбирать между отчислением и казнью, то я лучше выберу отчисление.

Громов не сводил с него внимательного взгляда.

– Можете не беспокоиться, все что вы скажете, останется в этой комнате. – наконец кивнул военный.

Макс молчал.

– Почему для разговора они выбрали именно вас, маленького мальчика, когда на борту линкора находилось множество грамотных и опытных военных?

– Я задаюсь тем же вопросом. И я не маленький!

– О какой помощи они просили? – усмехнувшись его высказыванию, продолжил допрос Ян Александрович.

– Откуда вы… – одним взглядом Громов дал понять, что это его не касается и, немного помолчав, Макс продолжил. – Они сказали, что мы должны объединиться или два мира окажутся в опасности.

– Это все? – продолжал сверлить своими черными глазами юношу военный. – Больше они ничего вам не говорили?

– Никаких комментариев на тему «всемирного господства», в чем обвиняет их Совет, они не излагали! Напротив, они просят мира!

– Кому ещё об этом известно? – Макс озабоченно отвёл взгляд. – Кроме генерала, разумеется? – хмыкнул Громов.

– Это он вам рассказал?

– Вы задаёте слишком много вопросов, а я жду ответа!

– Олегу. – стиснув зубы произнёс Макс.

– Олегу Юрьевичу! – поправил Громов.

– Да, ему.

– И вы полностью ему доверяете? – юноша кивнул. – Меня поражает ваша наивность!

– Он мой лучший друг!

– Как правило, именно лучшие друзья порой становятся нашими злейшими врагами! Подумайте об этом на досуге.

Взмахом руки Громов отпустил его, и Макс уже направился к выходу, когда тот, вдруг, окликнул его.

– Скажите, ваша мать…, как ее звали?

– Елена. – удивлённо произнёс Макс.

– Тогда ещё один вопрос. Чем вызвана столь глубокая привязанность к вам генерала Синичкина?

– С чего вы взяли, что он относится ко мне иначе, чем к другим?

Громов задумался.

– Полагаю, сегодняшний инцидент с вашим побегом больше не повторится?

– Нет. Не повторится. – озабоченно кивнул Макс.

– Больше я вас не задерживаю!

Тайна медальона

Чувство вины невыносимо жгло его с того самого момента, как он покинул кабинет Громова. Из-за своей беспечности он поставил под удар не только себя, но и близких людей! Пусть ничего нового Громову он не рассказал, но все могло выйти иначе. Поэтому скоро Макс предстал перед генералом с повинной.

Александр Андреевич внимательно выслушал его. Лицо его оставалось бесстрастным все время повествования, а когда Макс закончил, он сочувственно улыбнулся юноше.

– Макс, ты поступил так, как поступил бы любой подросток. Не спорь! – остановил его генерал, когда тот решил возразить. – Громов хороший психолог. Он застал тебя врасплох и поставил перед сложным выбором, да еще и ограничил во времени. Ты выбрал то, что было ближе! Ты пытался защитить себя и близких тебе людей. – Синичкин старался говорить как можно мягче, но Макс чувствовал себя только хуже. – Ты, конечно, совершил опрометчивый поступок, но, как мне кажется, урок ты вполне усвоил?

– Более чем! – уныло произнёс юноша. – Никудышный из меня разведчик.

– Я был уверен, что не найдя ответа на станции, Громов направится к тебе! – вздохнул генерал, поднимаясь с места и подходя к мальчику. – Я сам подтолкнул его к этому. Признаться мне было интересно, какие средства он изберёт. – Макс удивлённо поднял на него глаза. – Прости, если бы я предупредил тебя, моя задумка не удалась. Ещё спасибо, что не побоялся сказать, пусть и неприятной, но правды. Это храбрый поступок! Ты в очередной раз поразил меня своей честностью и преданностью!

– Это не меняет сути того, что я совершил! Я вас предал!

– Макс! – взял его за плечи генерал. – Ты когда-нибудь был на рыбалке?

– Что? – изумился тот.

– Влад ни разу не брал тебя рыбу ловить?

– Собирался, но нет, не брал. – помотал он головой.

– Это серьёзный промах! – улыбнулся генерал. – Что ты за солдат, если даже рыбу ловить не умеешь? Завтра же едем!

– Куда?

– Макс, очнись уже! – встряхнул его Синичкин. – Будь готов в пять утра! Да, захвати с собой Аникина! Ему бы тоже отдохнуть не мешало!

***

Владимир Сергеевич не понимал, почему Макс смотрит на него таким неуверенным и виноватым взглядом. Но генерал сумел-таки убедить его, что в юноше говорит лишь тоска по Еве. Синичкин был уверен, сообщать Авдееву о проступке Максимилиана было бы безумием.

– Макс, в конце концов, ты приехал отдыхать или нотации слушать? – протянул ему удочку генерал. – Лучше помоги другу!

Макс улыбнулся и обернулся к приятелю. Олег рассеяно разглядывал удилище и катушку, явно не зная, что ему предстоит с этим делать.

– Макс, как ее правильно держать? Так? – он вытянул руку с зажатой в ладони удочкой. – Или так? – закинул ее на плечо Олег.

– Я думаю, что так будет лучше! – пытаясь не рассмеяться Макс схватил свою удочку так, словно держал автомат.

– Эх, не додумался! – грустно вздохнул Олег и, переложив удочку нужным образом, направился к генералу. – Я готов! – объявил он.

Пока Синичкин и Авдеев недоуменно разглядывали юношу, Макс за его