Война марионеток - Екатерина Леснова

котором живут, и наша внутренняя магия тоже. Оборот ведь больше магический, чем физический. Дед многое нам рассказывал, хотя сразу сказал, что полноценным оборотнем мне не стать, а брату и вовсе не достался дар. И почему-то тогда он не сказал мне, что обретение спутницы даст такой эмоциональный толчок, который совершит полный оборот и все вытекающие особенности оборотнической крови.

- Почему же он этого не сказал, ведь ты мог найти кого-то раньше?

- Думаю в этом и есть смысл. Мы не должны этого знать, чтобы всплеск эмоционального фона был достаточно силен для пробуждения дара.

- Интересный подход. Чем-то похож на рождение темной искры дара.

- Никогда не сравнивал, но ты права, что-то общее есть.

Мы незаметно дошли до противоположного края лагеря и откуда-то потянуло чем-то вкусным. Рядом на огне в большом котле вар или мясную похлебку, а за столами обедали солдаты, еще несколько человек и эльфов стояли в короткой очереди за своей порцией. Взглядом оценив, что свободные места еще есть, я предложил:

- Желаешь отобедать? – шутливо пригласил девушку широким жестов показывая на полевую столовую.

- Наша десятка обедает позже.

- Брось, иногда хорошо быть знакомым с бывшим начальником тайной канцелярии, - я подмигнул Исе и утянул ее в конец очереди.

Император Георг

Сегодня был первый ужин, с тех пор как Регина прибыла во дворец, когда я ел в одиночестве. Жена сослалась на плохое самочувствие и заперлась в своей комнате. Ужинать в одиночестве было неожиданно непривычно, хотя времени прошло не так уж и много от нашего совместного проживания. А еще меня мучили два противоречивых чувства. С одной стороны обида, ведь я прекрасно понимал, почему Регина сегодня себя так повела, а с другой понимание, что она имеет на это право. Ведь это ее родитель, с которым ее связывают теплые чувства, очень редкие в аристократических семьях и еще более редкие среди эльфов. И к пониманию примешивалась досада, ведь моих родителей давно уже нет рядом. Иногда я вспоминаю отца, он был строгим, властным, но, тем не менее, не сгибал мой характер и давал иногда волю. А вот мать не помню совсем. Она умерла, когда я был маленьким. Я мог бы помнить ее, но видимо проводил с ней мало времени, чтобы в памяти отпечатался хоть какой-то образ, кроме портрета в галерее.

Регина не то чтобы обиделась, скорее таким образом она выражала свой протест. Не по нраву ей пришлось решение отца и то, что я отказался встать на ее сторону. Недавно я объяснял ей, что есть наши чувства, а есть долг перед страной и людьми, которые в ней живут, тогда она поняла меня. Значит, понимает и сейчас, что такова необходимость. И посещение князем Кайлом княжеского круга – это наилучшее решение для прекращения войны. По крайней мере мы с ним одинаково рассчитывали на то, что ему удастся убрать хотя бы какую-то часть противников. А те, что останутся будут считаться причастными к бесчеловечным экспериментам над подавлением сознания и созданием марионеток.

Думаю, что князья, отзовущие войска гораздо быстрее пойдут и на другие уступки. А в планах у меня согласовать с эльфами создание эльфийской академии магии, которая впоследствии даст учет и некую регистрацию ментальных магов. Заяви я такое напрямую, и новой войны не избежать. Но ведь можно воздействовать по-другому. И об этом я пока Регине не скажу. Не думаю, что она сходу воспримет всю мою идею целиком, а не так как могут подумать другие эльфы. Это не попытка ущемить права эльфийских магов, а всего лишь шанс избежать волны магических рабов из темных марионеток. Слишком лакомый кусок для многих, а искоренить саму идею может оказаться невозможным. Такой своеобразный учет и уход от личного наставничества даст возможность небольшого контроля, точно такого же, как контроль над темными магами в империи.

Теперь стоит подумать, как взбодрить Регину и снова наладить семейную жизнь. Как то я привык спать в одной постели со своей женой. Хорошо, что Рейв не только отправил с князем лучших тайных агентов, но дал тому переносной переговорный аппарат. На связь мы еще не выходили, но время как раз подходит к условленному с князем.

Поблагодарив лакея за накрытый ужин и попросив передать мою благодарность поварам, я пошел за своей надувшейся женой. Постучал в соседнюю со своими комнатами дверь.

- Георг, я устала и уже легла, давай завтра поговорим, - донесся приглушенный голос из-за по прежнему закрытой двери.

Как минимум это невежливо, а как максимум я тут император, и это вообще-то мой дворец. Поэтому толкнул дверь, та легко поддалась, потому что не стала бы Регина запирать ее на ключ, да и ключ ей скорее всего горничные не отдавали.

- Если легла, то вставай, - я спокойно миновал гостиную жены и прошел в спальню.

Регина слукавила, она еще не ложилась, а сидела в тонком халате перед зеркалом и расчесывала волосы.

- Георг…, - растерянно обернулась она ко мне.

- Ну, если ты не рассчитывала, что к тебе может войти кто-то другой – то да, это я. – Сам не понял, то ли пошутил, то ли внезапно приревновал без повода.

- Да нет, - быстро собралась жена, отбросив растерянность, - я просто хотела побыть одна и лечь спать, у меня голова болит.

- Глова болит, - протянул я извечную женскую уловку, - а может ты недовольна, что я не стал отговаривать твоего отца?

Регина поджала губы, но в целом больше никак не выдала свой протест. Продолжила расчесывать волосы. Я подошел и вынул из ее руки расческу и сам стал медленно проводить по ее длинным волосам, любуясь ей в отражении зеркала.

- Ты и сама знаешь, что это его решение, а я хоть и новоиспеченный родственник и союзник вашего княжества, но никакого силового воздействия на него не имею. На тебя вот могу воздействовать, - кривовато усмехнулся, ласково проведя от длинного изящного ушка по шее вниз до плеча прикрытого тонкой серебристой тканью халата. Регина вздохнула, но