Черный лебедь, ставшая матерью принцессы-лебедя. Том 1 - Аперта

как управление домашними делами флигеля…

– И какой мне от этого прок?

– Или могу заняться выращиванием сада у озера…

– Кто-то разве говорил, что будет на это смотреть?

– …

Когда самые мои прочные навыки были отринуты простым покачиванием его головы, сердце у меня постепенно забилось быстрее.

– Я… я также хорошо готовлю.

– Что именно?

На этот раз он проявил некоторый интерес. Но я не могла ответить, что речь шла о корме для птиц. Если бы я это сказала, с меня, вероятно, сняли бы заживо кожу за обман императора еще до того, как я сумела бы найти то, в чем действительно хороша.

Мой полный тревоги взгляд моментально стал жалобным.

– Немного странно говорить это о себе самой, но я очень дружелюбная и общительная.

– Вот как?

Да-да. Именно так.

И я неистово закивала головой, чтобы он увидел. Должно было быть что-то, что придется ему по душе, чтобы в моих руках оказался способ жить. А теперь, когда у меня появилась дочь, я больше не хотела жить со сжимающимся от страха сердцем.

– Речь идет не только о людях, я также хорошо лажу с животными и растениями…

– Помимо этого больше ничего?

– …

– Нет ли чего-то более особенного?

Его взгляд над переплетенными, словно нити, пальцами рук стал острее.

Да чего ты от меня хочешь?

Но в отличие от моего растерянного вида, его глаза были спокойны, как озеро в зимнюю пору.

– Что-то такое, что превосходит способности природы, что не под силу обычному человеку…

– Однажды я купила цыпленка и вырастила его до размера страуса!

– Правда?

Теперь я уже просто наугад говорила все, что приходило в голову. Решив во что бы то ни стало завоевать расположение Ласида, я приподняла стул и, придвинув его как можно ближе, вновь села. В тот же самый момент он резко вздрогнул.

– А еще мои комнатные растения вырастают до потолка!

– …

– Мне говорили, что предел этих растений – до колен, но я усердно заботилась о них денно и нощно, словно они были членами моей семьи. Я сама делаю удобрения, поэтому все вокруг говорят мне, что я очень талантлива. Вообще я думаю…

– Довольно.

– …

Ласид прижал палец к уголку рта, словно сдавливая его. От беспокойства я не находила себе места, гадая, что делать, если ему и это тоже не понравится. Тут его щека дернулась, словно он усмехнулся.

– А…

Вообще-то я ни разу не шутила.

Мне хотелось заплакать, но я изо всех сил сдерживалась, копаясь в глубине своей души, пытаясь вспомнить хоть какие-нибудь комплименты, которые слышала в свой адрес в прошлом.

– Я хорошо считаю. А, точно, еще у меня есть актерский талант.

– Ха, ты сейчас называешь это своим достоинством…

– Так и знала, что вам ничего не понравится, – всхлипнула я. – И в самом деле, какой может быть от меня толк.

– П-послушай, что я такого сказал!

– Та-дам. Вот именно это я и подразумевала под актерской игрой.

Вы ведь купились.

И я взглянула на Ласида, который от моих рыданий мгновенно напрягся и опустил руки. Я сдержала рыдания и заставила себя успокоиться.

– Как бы вы ни пытались пристыдить меня своим взглядом, ничего не выйдет. Я к такому привыкла.

– …

Теперь император действительно потерял дар речи.

Его насмешки были невыносимы, но после того, как он в течение долгого времени молча смотрел на меня с неодобрением, я почувствовала, что мое лицо горит.

– Я совершенно честна: это все, что у меня есть. Я правда ничего больше не могу предложить… Но, хотя мне многого недостает, я буду пытаться восполнить это своими усилиями…

– Хорошо.

Он с готовностью произнес это разрешение, однако его вид, когда он лениво откинулся на спинку стула, был высокомерным, словно у царя зверей.

– Тебе ни к чему прилагать усилия, достаточно просто оставаться такой, какая ты есть.

– Простите?

– Я говорю, что от тебя требуется всего-навсего приходить сюда ежедневно и вот так проводить время со мной.

– …

Конечно, я и сама несу всякий несуразный бред, но ты явно меня переплюнул.

Ошарашенная его словами, я могла лишь моргать. Только не говорите мне, что этот мужчина… Неосознанно я прикрыла обнаженную ключицу. Губы Ласида самодовольно скривились над сложенными вместе руками, хладнокровно подпиравшими подбородок.

– Посуди сама.

– В-ваше величество.

– У тебя в меру высокий титул, умеренное количество свободного времени и… ты достаточно бесстыжа.

– …

Качества, которые он одно за другим перечислял, были сказаны таким же высокомерным тоном, как и его глаза, которые с недавнего времени пристально смотрели на меня.

– И поэтому ты будешь оправданием того, почему я остаюсь на Севере.

⁂

– Что это значит? Вы планируете остаться на Севере?

– На то есть веские причины.

Ласид поднял чашку чая и скрестил ноги. Хотя я примерно догадывалась, о каких причинах идет речь, но, когда я услышала эти слова непосредственно из его уст, мое дыхание участилось.

– В-вы не собираетесь в ближайшее время уехать?

– А разве ты не этого хочешь?

– …

Его губы, которые еще недавно широко улыбались, спустя мгновение снова застыли. Император отодвинул стул и подался ко мне, и по воздуху бесшумно распространилось давление, похожее на шаги крадущегося зверя.

– Ты в любом случае скоро все узнаешь, поэтому я скажу сейчас…

– …

– Моя младшая сестра.

Кто бы мог подумать, что слова «младшая сестра» будут звучать столь устрашающе. Я уже буквально находилась на грани нервного срыва. Ласид медленно поднял указательный палец:

– Она пропала.

– Ох!

Я должна удивиться, да? Мне следует выглядеть удивленной, правда?

Как будто испытав шок, не похожий ни на что в этом мире, я посмотрела на него пустыми глазами, отпрянула назад, а затем поднесла руку к губам. И полагала, что сделала все идеально, но император был чертовски внимателен.

– Кажется, ты удивилась немного запоздало?

– Никоим образом. Просто эта новость слишком неожиданная.

– Хм.

Словно это уже вошло у него в привычку, он опустил взгляд на меня, будто оценивая, а затем разразился тяжелым смехом. У нас уже возникли отношения, в которых ни одна из сторон не считала другую нормальной. Но главным было то, что, несмотря на всю свою проницательность, он даже вообразить себе не мог, что я забрала Ханиэль к себе.

– Поскольку принцесса исчезла, ее необходимо найти.

– Но почему именно на Севере…

– Потому что ее последний след был обнаружен здесь.

– …

– Ты будешь постепенно введена в курс дела. Так или иначе, я намерен оставаться здесь до тех пор, пока не найду принцессу. Поиски проходят в условиях строжайшей секретности. Никто не должен знать об этом.

Его глаза, полные недвусмысленного предупреждения, скользнули мимо меня. Но никто не уловил бы лучше суть дела, которое развивается в условиях строжайшей секретности.

– Ваше величество…

А все потому, что это я держу в тайне тот факт, что взяла твою младшую сестру под свою опеку.

– Во-первых, на данный момент она, похоже, находится в безопасности, но я должен убедиться сам, жива она или нет, цело ее тело или нет.

– Что за ужасные слова вы говорите!

– …

Задыхаясь, я с укором посмотрела на него.

Я же ее мама!

Мне никак не удавалось унять свое бешено колотящееся сердце. Как может он столь небрежно говорить такие страшные вещи?

– Я… я имею виду… Этого быть не может!.. Поэтому не следует с такой легкостью даже представлять что-то подобное!.. Нужно быть осторожным даже в словах…

– Неужели ты испытываешь чрезмерную привязанность ко всему на свете?

– …

– Даже к принцессе, которую ни разу не видела.

Он не вкладывал в эти слова какого-то смысла и не пытался у меня что-либо выведать. Но этого присущего только ему недовольного тона было достаточно, чтобы напугать любого.

– Я хочу сказать, что, конечно же, принцесса империи должна быть в безопасности. К-когда вы найдете ее…

– Тогда придет смерть, которая будет длиться дольше, чем время, которое она прожила.

– Нет! Да в чем вообще провинился ребенок!

– Я имею в виду того ублюдка.

Да что ты