Секта - Ваня Мордорский

да, — неожиданно быстро согласился Гарх, — Рабы такое хорошее оружие не носят.

Через минуту они уже шли вперед. К трущобам.

Если издали казалось, что трущобы — это сплошное нагромождение одноэтажных хлипких построек, шалашей и халабуд, без какого-либо разделения и плана, то вблизи это впечатление лишь усилилось, кроме одного нюанса — разделение было. Трущобы делились на кварталы, которые пересекала неровная линия.

— Там людь селится, — кинул Гарх, указывая на часть трущоб, располагавшихся ближе к стенам города.

Шли они ровно по небольшой разделительной полосе, шириной буквально в десяток шагов, где не строилось ничего. Там был голый камень.

— К ним не суйтесь, они вообще слабые, но их много. И у них есть связи со стражей. Мы стражу, конечно, не боимся, — заверил гоблин, — но связываться с ней лучше не стоит. Те еще гниды.

Друзья кивнули.

Чем глубже они заходили в трущобы, тем сильнее становилась вонь, тем грязнее становилось вокруг, тем больше дерьма и мусора валялось вокруг. Наконец, слева от разделительной полосы, начали появляться гоблины. Жилища тут встречались всё реже, потому что в полу были сотни дыр-тоннелей.

— Это наши пошли уже. Тут немного размытая граница. Но не ошибетесь.

Да, теперь пол слева выглядел продырявленным куском сыра.

В этом плане здешние гоблины мало чем отличались от его родного племени, которое тоже любило делать подобные отнорки-пещерки.

— Самое вонючее место в котором я был, — скривился Маэль, закрыв нос пальцами, когда они проходили нечто вроде небольшой свалки-нагромождения мусора в два человеческих роста.

— Пхах… — хохотнул Гарх, — Это ты еще у нелюдей не бывал, вот там вонь. Туда тоже не советую лезть. У нас тут еще чисто.

— А куда ты нас ведешь? — спросил Зур’дах.

— Так в центр, подальше от стражи и от города. Наши самые сильные в центре живут.

Ясно, нас он сразу определил как самых сильных. Хоть на это мозгов хватило.

— Вас надо показать вожаку. Вы чужаки. Новые. Так положено. — добавил он.

— К вожаку? — переглянулись Зур’дах с Маэлем.

— Ага, наш вожак — Шарк Камнебрюхий.

Маэль хмыкнул от такого прозвища.

— Ты б не смеялся: он сильный, тоже мутант, как и вы… Правда, другой… Он сильный, так что я б на вашем месте не выкобенивался. Его лучше не злить. Это вам не нас валять в грязи — мы ж обычные. И вообще — вы должны понимать, что здесь нет одиночек, вы либо под кем-то, либо…

— Либо?.. — спросил Маэль.

— Либо продадут.

— Куда?

— Не куда, а кому. Покупатель найдется на любой товар.

Товаром он назвал своих?

— Ну, это мы еще посмотрим. — заметил Зур’дах.

— Вы мутанты, с вами всё по-другому. Будете работать на Шарка, как и все мутанты, — в голосе Гарха, казалось, звучала искренняя зависть.

Зур’дах на мгновение застыл и оглянулся назад. На город. Еще вчера они были в роскошном особняке, где было столько красивых девушек-рабынь в прекрасных тонких одеждах, а сегодня они в трущобах, где повсюду сидят, валяются, и копошатся в грязи оборванцы гоблины.

Как быстро всё снова поменялось.

А ведь еще пару месяцев назад они выживали в Подземельях и даже не думали что им все-таки удастся выбраться на Поверхность. Это было какой-то абстрактной целью, к которой они шли, но никак не могли дойти. И вот они тут, на Поверхности, а радости от этого больше нет. Они пожили у Неларии, а теперь пришли в трущобы, и ни там ни там Зур’даху не нравилось. Это было все другое. Чужое.

Это были не те места, в которых он ощущал себя своим. Хотя между первым и вторым…трущобы казались все-таки поближе. Уже просто тем, что тут были тысячи гоблинов. Причем, судя по всему, не рабов. Но и жили они хуже изгоев его племени, ну или как минимум так же.

Зур’дах еще раз взглянул вокруг и вдруг отчетливо осознал, что Подземелье ему роднее. Эти пещеры, тоннели, монстры и подземные растения.

— Зур’дах? — окликнул его Маэль, который шел вперед с остальными гоблинами-трущобниками.

— Да, иду, — кивнул молодой гоблин и громко стукнул копьем об пол, словно отрезвляя себя, отгоняя эти мысли. И копье в руке напомнило ему о Ямах, о тренировках, о той жизни, которой больше не будет. Оно напомнило ему о рабстве. А взгляд на горы и на территорию секты Ордена Заката, располагающуюся над городом, заставил мысли вернуться к самой главной цели, о которой он частенько забывал. Об энергии, которой они владели. Энергии не Тьмы и не Крови. Энергии, которая была нужна ему для того, чтобы совместить несовместимое.

Зур’дах медленно шагнул вперед.

Что ж, — подумал он, наблюдая за ведущими их уже куда-то вглубь трущоб Гархом и его подчиненными, — посмотрим на вашего Вожака, и что он нам скажет.

Чем дальше они отходили, тем меньше в гоблинских трущобах становилось одноэтажных жилищ, и тем больше подземных тоннелей, явно связанных друг с другом.

На них глазели десятки, а то и сотни сидящих на полу гоблинов, в основном либо старики, либо старухи. Молодые гоблины встречались изредка, это были вооруженные чем попало отряды, которые, видимо, охраняли границы гоблинских трущоб.

Первое время не было и детей, но ближе к центру трущоб они появились.

Вскоре они остановились перед широким тоннелем, ведущим вниз.

— Сюда, — сказал Гарх.

— Первый иди, — ткнул его в спину тупым концом копья Маэль.

— Да и я так…собирался, — сглотнул он.

— Ага, расскажешь. — хмыкнул Зур’дах.

Когда отряд гоблинов-трущобников спустился вниз, за ними последовали оба друга. Вот только с копьем тут вообще не размахнуться. В лучшем случае можно было ткнуть впереди стоящего. Собственно, поэтому Зур’дах сразу приготовился к ближнему бою.

— А вы всех чужаков ведете к Шарку? — спросил он Гарха.

— Нет, конечно! — удивился тот, — Только мутантов, остальным мы сами скажем что и как делать. С мутантами разговаривает только ОН.

Шли они, видимо, по одному из основных подземных тоннелей гоблинских трущоб, потому что от него шли десятки ответвлений, в которых мелькали другие гоблины, и почти все с оружием, большинство самодельным, но были и с неплохими клинками, сделанными явно людьми.

— Сюда, — сказал Гарх и они свернули вниз по широкой винтовой лестнице.

Один виток лестницы — и они оказались перед широким коридором, в котором