Дочь всех миров - Карисса Бродбент

ты это узнала?

Я немного побаивался ответа, поэтому вздохнул с облегчением, когда услышал:

– Я читала о них.

Но мое облегчение длилось недолго, потому что Кира тут же добавила:

– Но я, конечно же, не поверила, поэтому, когда в доме у тети Лизары нашла кокон, то разрезала его пополам. И знаешь что, книги не врали! Внутри была просто слизь.

– Наверное, мама и тетя Лизара пришли в восторг.

– Мама сказала, что у меня ужасные манеры.

– Мне она тоже так часто говорит.

Забавно, потому что нашей маме тоже явно не хватало манер, как бы старательно она ни притворялась.

– Ой! Чуть не забыла!

Кира отставила ящик с жуком, сосредоточилась и ухмыльнулась мне, щелкнув пальцами. Ничего не произошло, и она нахмурилась.

Еще один щелчок.

После третьего в воздух взлетело небольшое облачко голубых искр. Она повторила попытку – на сей раз ей удалось вызвать свечение, похожее на маленький осколок молнии.

– Смотри, как у меня получается! Я тренировалась.

Я не смог сдержать улыбку. Единственный повелитель магии в нашей семье, помимо меня. Как уместно, хотя и немного пугающе.

– Ты уже обдумала, где будешь проходить обучение?

Сестра наморщила нос, будто услышала несусветную глупость. Еще одно выражение, которое я часто видел в зеркале.

– Я пойду в армию, как ты и Нура.

Улыбка исчезла с моего лица.

Шесть месяцев назад я без колебаний рекомендовал бы ей идти по моим стопам. Именно так я и поступил, когда она впервые начала проявлять признаки владения магией, ведь тогда у меня не было причин считать иначе. Мне нравилось в армии. Нравился подход к обучению, похожий на соревнование, нравился стимул стремиться к большему, продвигаться по службе. Конечно, я добился большего, чем если бы отправился в небогатую хижину какого-нибудь солария и там в уединении тратил время на бессмысленные занятия.

Но последние месяцы – война, сражения…

– Фу, как ужасно здесь пахнет.

Дверь распахнулась, и в сарай заглянул Атраклиус. Очки в проволочной оправе перекосились, когда он с отвращением наморщил нос.

– Меня отправили за тобой. Отец уже теряет терпение.

Он ухмыльнулся. Когда он улыбался, казалось, что широкая улыбка делит лицо пополам. Она выглядела настолько заразительной, что невозможно было не улыбнуться в ответ.

– К тому же я голоден. И мне есть что рассказать тебе, Макс.

…У меня много историй, которые я могу рассказать тебе, Тисаана…

Я открыл рот, чтобы ответить, но не смог.

…Очень много историй…

Мир застыл. Затем растворился в черноте.

…Тебе нравится? Скоро в мою копилку добавятся и твои истории…

Глава 41

Тисаана

Мне становилось все хуже. Прошло несколько дней, а может, недель или месяцев. Лет? Часов? Я уже перестала понимать, кто я такая. Мне казалось, что мое собственное тело сражается против меня, что меня пожирают собственные мысли. Странные, яркие сны стали настолько реальными, что я перестала понимать, когда я бодрствую, а когда сплю, когда я в своем уме, а когда в голове кого-то из сотни незнакомцев. Что самое главное, я перестала понимать, кто я – Тисаана или Макс.

Большую часть времени я спала, видела сны или меня тошнило. Нура была единственной, кто проводил со мной хоть какое-то время, успокаивая меня перед сном или безуспешно пытаясь накормить. Она тоже часто появлялась в моих снах, хотя там она выглядела иначе: круглолицая, более живая, волосы распущены волнистыми прядями, а не собраны в многочисленные косички.

Но в большинстве снов я видела Макса. Не просто видела, а была им. Неужели я так отчаянно по нему скучала?

…Просто его истории нравятся тебе больше всего. Мне они тоже нравятся больше всего…

Голос прозвучал в моих мыслях тише шепота. Такой слабый, что сразу же исчез в сознании клубком дыма. Так быстро, что я не успела ничего понять.

Однажды я подслушала, как Нура с кем-то разговаривает за закрытой дверью.

– Я беспокоюсь за нее. Когда это происходило с Максом, он переносил слияние не так тяжело.

– Волнуешься? – В приятном голосе Зерита сквозило недовольство. – Если даже ты выражаешь какие-то эмоции, помимо смутного раздражения, значит дело серьезное.

– Я не шучу.

– Я уверен, что она способна справиться с ним.

«Мы способны справиться, Тисаана? А мы хотим справляться?»

Сознание то и дело грозило соскользнуть в темноту, но тут я услышала нечто, что привлекло мой интерес, и я заставила себя сопротивляться сну.

– Возможно, он сможет помочь. Ты не получала от него весточек?

– С какой бы радости?

– Боже, – протянул Зерит. – Сколько разговоров и морального превосходства, а потом просто взял и исчез.

– Не злорадствуй так, Зерит. Даже тебе не свойствен такой уровень лицемерия.

«Думаешь, он вернется за тобой?»

Боги, я надеялась, что нет.

И могу поклясться, я точно услышала, как тихий, удивленный голос четко произнес: «Почему нет?»

И только тогда, в искреннем замешательстве от вопроса, я поняла, что услышанный шепот не померещился мне среди беспорядочно мечущихся видений.

Я осторожно села.

– Что? – выдавила я голосом настолько хриплым, что он напоминал треск ветки.

…Почему нет?..

На этот раз голос шел из глубин сознания. Я не могла определить, кому он принадлежит – не мужчине, но и не женщине, он не выдавал возраста, хотя сейчас подошел бы растерянному маленькому ребенку.

…Он тебе нравится…

В голове завертелись осколки воспоминаний, как страницы в книге, перелистываемые одним большим пальцем, когда невозможно ничего толком разглядеть за долю секунды. Первая улыбка, которую мы с Максом разделили. «А ведь тебе мог достаться этот ученик». Взгляд Макса, когда я поняла, что он принял решение обучать меня; первый раз, когда я услышала, как он смеется над моими шутками. «Если ты пойдешь, я тоже пойду».

Выражение его лица и голоса, когда он умолял меня уехать вместе с ним.

«У тебя есть я».

…И к тому же ты хочешь его…

Другой набор образов, ощущений: как я скольжу взглядом по его телу, как его тепло согревает меня в ту ночь, когда мы заснули рядом в саду, огненные отпечатки его пальцев на коже, когда он подарил мне ожерелье. Его губы на моей шее. Его грудь напротив моей. «Вполне может оказаться, что я создан для такого».

…Так почему же ты не хочешь, чтобы он вернулся?..

Я открыла рот.

Видимо, я сошла с ума.

…Не сошла…

Мой рот закрылся.

Тишина, нарушаемая только биением моего сердца.

Я продолжала ждать.

Ничего.

Голова раскалывалась от пульсирующей боли. Но стоило мне почувствовать, что я снова начинаю терять сознание, издалека опять донесся голос:

…Возможно, он вернется за мной?..

Кто ты?

Или правильнее было бы сказать «что»?

…Решайе… – просто ответил голос. – …У меня много лиц…

Нет, я определенно сошла с ума.

…Ты не похожа на других. Ты часто повторяешь сама за собой?..

«Оружие станет частью тебя», – сказал Зерит.

«Ты говоришь о нем так, будто это живой человек».

По спине жаром расплывалось осознание того, во что я ввязалась.

…Тебе понравились мои истории? Я могу много чего рассказать…

Существо покачивалось туда-сюда, как болтающийся на палке фонарь, свет которого отбрасывал яркие, изменчивые тени в глубины моего