Слишком много колдунов - Цогто Валерьевич Жигмытов

– зрелище это доставило ему пусть и краткое, но удовольствие. Но времени радоваться не было. Неясная в колыхающемся свете костров группа темных фигур выходила из леса на просеку и двигалась прямо к ним.

Колдун пошёл на прорыв там, где его меньше всего ждали – на юге.

5

– Кто это боится, – очень уверенно и насмешливо сказал Жак и спрыгнул на пол.

– Ладно, мы сами придём, – сказала Лия и крикнула в боковую дыру. – Девочки, сюда идите! Я тут! Не бойтесь!

Ни друзья, ни Прелати, ни Майя не успели произнести даже слова, как несколько женщин разного возраста в самых легкомысленных одеждах – одна была даже в мужских штанах! – выбежали из коридора и бросились с радостными криками к ней.

– Молодец!

– Умничка!

– Ну ничего, в следующий раз получится!

– Видела этих старух? Ужас, правда?

– А как там Жерар?

– Кто новый судья? Жакоб? Этот рохля?

– Кошмар-кошмар-кошмарики!

Трое друзей стояли в молчаливой неловкости; мадемуазель Прелати, обняв Майю, жалась к «Фуксии», на её лице было отчётливо написано сожаление о том, что выбралась наружу. Наконец, ведьма, которая летела перед ними, подошла к Питеру и сказала:

– Спасибо вам за то, что спасли мою сестру.

– Да я бы и сама, – сказала Лия Гаран неубедительно.

– …Хотя она этого не заслужила, – сурово закончила ведьма.

– Пожалуйста, – сказал Жак.

– Кто вы? – спросил Питер.

– Мы ведьмы, – сказала ведьма. – Я Суаль. Я тут вроде старшей.

– Ведьмы, – тупо повторил Питер.

– Я думаю, нам всем есть что рассказать, – сказала Суаль. – Пойдёмте к нам.

– Я никуда не пойду, – сказал Жак весело. – И никому не советую.

– Боитесь, уважаемый торговец? – прищурившись, спросила Суаль.

Аслан посмотрел на неё внимательно.

– Как вы узнали, что он торговец?

Та пожала плечами.

– Угадала. Давайте тогда присядем, что ли. Девочки, притащите скамеек мальчикам.

Девочки шумной стайкой скрылись в норе, и через минуту все расселись на скамейках, лишь одна из которых была скамейкой, остальные сиденья были ведрами, котелками и просто чурбаками. Питер почувствовал себя крайне неуверенно. Было похоже на фанты на какой-нибудь вечеринке – а он всегда ненавидел эту идиотскую новомодную игру.

– Расскажите, что тут у вас происходит, – сказал он. Ему казалось, что это будет верный тон. – В общих чертах.

– Средневековье у нас тут происходит, – сказала Суаль весело. – Инквизиция, чума, голод и полное отсутствие намеков на гуманизм.

Слова ведьмы были настолько неуместными здесь, что Питер едва удержался от того, чтобы потрясти головой; старуха Прелати за его спиной закашлялась. Так могла говорить какая-нибудь Дельфина де Жирарден, высокообразованная парижанка, писательница и хозяйка своего модного салона, но никак не одетая в рваньё ведьма, только что спрыгнувшая с метлы. Утешало лишь совершенно овечье выражение лиц остальных ведьм – похоже, что они не очень понимали свою старшую, включая и родную сестру, которой явно очень хотелось поковыряться в носу, но было нельзя, поэтому она морщила нос, терла пальцем щёку и таращила глаза на Аслана.

– Вот как, – сказал Жак. – Интересно.

– Ни черта интересного, – ответила Суаль так же весело. – Но скоро все они объединятся под знаменем веры и придут сюда. Вот тогда будет очень интересно, правда, недолго.

– Они не придут, – сказала Лия. – Они тебя боятся. Я слышала.

– Поэтому и придут, – равнодушно сказала Суаль. – Мужчины, они такие. Извините.

– Ничего, – сказал Питер. – Вы сказали – чума. У вас была чума?

Ведьмы оживились и завздыхали.

– Ну не чума, хотя я не знаю, может, и чума, – сказала ведьма. – В общем, мерли все как мухи, причем главным образом мужчины. Вот, собственно, мы так и появились.

В её голосе была горечь. Питер быстро глянул на Прелати. У мадемуазель было непроницаемое лицо, и слушала Суаль она с вежливым интересом. Скучающе так.

– Мой муж умер, потом у Жанин, потом у Сесиль, потом… Мы помогали друг другу чем могли, потом решили съехаться в один дом, но тут на нас ополчилась инквизиция…

– Надо было трястись в своих домах до самой смерти, или идти в любовницы к кому-нибудь, – сказала другая ведьма. – А я не хочу так. Я детей хотела. Семью.

И почему-то с вызовом добавила:

– Имею право!

Суаль усмехнулась.

– Право… Научила на свою голову. – И продолжила. – Потом появились диаволы, и от нас немножко отстали, и даже взяли под защиту. Диаволы, то есть автокапсулы, охотились только за женщинами. Так и получилось, что мужиков повыкосила чума, а женщин диаволы.

– А что вы знаете об автокапсулах? – вдруг спросила Прелати.

– Говорят, в замке в Британии живёт колдун, Синяя Борода, – сказала Суаль. – Он и похищает женщин. Мы в это не верим.

– А во что верите? – с любопытством спросил Аслан.

– Это древние, – сказала ведьма. – Ихние штучки. Не знаю. И знать не хочу.

– А что было дальше? – торопливо произнёс Питер.

– А дальше был доктор Зойль, – сказала ещё одна ведьма, совсем молоденькая.

Женщины глухо, угрожающе забормотали. Голос Суаль был ровным и спокойным.

– Он догадался, что диаволы нападают только на полностью здоровых женщин. Тех, у кого не было руки или ноги, нечисть не трогала. Тогда он и придумал Очищение.

– Отрубать… руку? – спросил Аслан медленно.

– Или ногу, – ответила Суаль просто. – Быстренько, чик и готово. Зато автокапсулам ты не нужна.

– Но Суаль не далась, – сказала Лия с гордостью.

– Я не первая была, кто отказался, – уточнила Суаль. – Но первой, кого не сожгли. Я улетела.

– А! – сказала Прелати неожиданно.

– На метле? – не удержался Жак. Суаль усмехнулась.

– Она может летать и без метлы! – опять гордо объявила Лия. – И я тоже смогу.

– Ты ещё маленькая, – сказала Суаль сестре. Лия увяла. Суаль снова обратилась к Питеру. – Да, могу и без метлы. Метла, она для смеха.

Питер наконец-то спросил то, что давно хотел:

– А как вы… Как вы летаете?

Ведьма посмотрела на него и пожала плечами.

– Понятия не имею. Я на костре стояла. Больно было ужасно, я ничего не помню. А когда очнулась, я уже была далеко.

– И уже умела летать! – снова вмешалась Лия.

– Понятно, – вежливо сказал Питер.

– Ну тут уже было ясно, что начнется резня. Я сразу собрала всех, до кого дотянулась и мы сбежали сюда. Пока что к нам никто не лезет. Уже восемь лет.

– Но скоро полезут, – сказал Аслан полувопросительно.

Ведьмы закивали согласно.

– В Кале недавно умер судья, мы думали, что можно будет вернуться… Дуры. Там появился новый, Жакоб.

– Это тот, что в балахоне? – наморщив лоб, вспомнил Жак.

– Их там двое в балахонах, – сказала Лия Гаран. – Второй – нотариус Жерар.

– Урод, – сказала Суаль. – Лучший друг покойного доктора Зойля, гореть ему в аду.

– Покойного? –