Блэйд Хок - Дар Крома

Узнав направление у ближайшего прохожего, Брол направил лошадь по рекам из грязи и навоза — местным дорогам (хреново зима начиналась), к местному трактиру. Заведение внешне оказалось подозрительно похожим на то самое, где его обокрали. Когда хмурый замориец вошел в помещение, он невольно нахмурился еще больше — здешний хозяин также чем-то напоминал трактирщика того злополучного места. Заставив себя нацепить приветливую улыбку, Орфус поплелся к стойке.

— Здравствуй, добрый человек, — начал он.

Хозяин мрачно кивнул.

— Я проделал долгий путь, — продолжил Брол, — и являясь чужаком…

— Заметно, — перебил его трактирщик, — чего надо-то?

— Мне нужно где-то провести ночь и я подумал…

— Пять медных монет. Комнату можешь любую занять. Все пустые.

— Отлично! — воскликнул будто бы довольный замориец, играя простодушного недотепу. — Назови мне ту, что поуютнее.

— Там, — трактирщик показал на ближайшую дверь настолько быстро, что стало ясно, что она не самая уютная, а самая первая, что пришла ему на ум (скорее всего потому, что была ближайшей ко стойке). — Дверь открыта, заплати и иди вселяйся. Что еще? — сказал хозяин, увидев, что гость колеблется.

— У меня пара вопросов еще к тебе, добрый человек.

Трактирщик закатил глаза к верху и бросил:

— Задавай.

— Благодарю, — слегка улыбнулся замориец. — Скажи мне, кому принадлежит это замечательное поселение?

— Так известно кому, — ответил хозяин, сменивший выражение лица с мрачно-холодного до аж светящейся-довольного, услышав как назвали его глухомань. Видно было, что чем-чем, а захолустьем своим свой он гордится. — Властительнице Хельхельде, да будет здорова она и плодовита.

— А дворец этот величественный, что в центре — древний наверное? — продолжил лить масло Орфус Брол.

— Нет, — ответил вконец подобревший трактирщик, — его Хельхерик-могучий, отец Хельхельды возвел. Да, как и весь наш город.

— А-а-а, — протянул замориец, — так у вас молодое гос…, гра…, княжество? То-то я смотрю место то ваше, необычно отличается от остальных!

— Да, ты прав незнакомец, — трактирщик достал кувшин с пивом, две кружки и налил себе и гостю. — Хельхерик собрал нас, самых лучших людей этих богом забытых земель. «Мы создадим самое великое княжество севера», сказал он нам. И, тысяча клыков Нергала, у него это получилось!

Медвежий угол этот, на взгляд Орфуса, мало чем отличалось от подобных местечек Пограничья. А уж сравнивать с Немедией или Заморой он даже не решился. Мало ли — вдруг еще рассудок помутится. Поэтому «что там получилось» у старины Хельхерика, Брол не понял, однако вместо того, чтобы делиться своими наблюдениями, кратко сказал «да» и кивнул с серьезным видом.

— Хороша выпивка! — похвалил кислятину, что с трудом проваливалась в его желудок, замориец.

— Сам варил, — похвалился трактирщик.

— А скажи мне, — спросил Орфус, — ты вроде бы не старый человек. А говоришь так, будто вместе с Хельхериком город возводил.

— Да, так и есть, — гордо кивнул трактирщик.

— Получается, что и Хельхерик должен быть сейчас в расцвете сил. Как же случилось, что правит вами теперь его дочь?

— Погиб он на охоте. Напился пьян, упал с коня и шею сломал. Дурацкая смерть для такого мужа. Сколько раз я ему говорил! Ай! — махнул рукой хозяин. — А теперь на малышку Хельхельду весь груз ответственности упал.

— А мать, братья? Никто не помогает?

— Никого больше нет у нее. Кроме ее народа, — трактирщик почесал у себя в затылке. — Да еще и замуж никак не выйдет.

— Как так?

— Да как тебе сказать… Красивая (при этом левая бровь Орфуса поползла наверх), молодая (правая бровь последовала за левой), не бедствует — в конце концов, наше княжество самое богатое в округе (при этих словах жадная ухмылка тронула губы Брола). Невеста — всем на зависть.

— И что, несмотря на это, никто не свататается?

— Куда там, толпами приезжают.

— И что?

— Что, что, как приезжают, так обратно возвращаются. Никто нашей Хельхельде не нужен, никто ее не устраивает! Не хочет замуж и все. Всем народом уговариваем — не обращает внимания. Упрямая, как киммериец на пытках. Хотя, знаешь, ну и бог с ней. Главное правит мудро.

— Видимо хорошо тут у вас, — широко улыбнулся замориец.

— Не жалуемся. Тебе то что?

— Да так. Ищу место, где бы осесть, остепенится, а такой земли чудесной, — Орфус на мгновение замолчал — кто-то открыл входную дверь, но видимо решив не заходить, тут же ее закрыл — ветер принес с улицы навозную вонь, — еще не видел, — продолжил он свое вранье. — Ты не знаешь, могу я на службу к Хельхельде устроится?

— Не знаю. Человек ты необычный. Остальные все что делают, так это город наш оскорбляют и врут, хуже ваниров. Например, вот недавно услышал очередные россказни. Можешь ли ты поверить в городские стены высотой в три человеческих роста?

Орфус Брол отрицательно покачал головой.

— Вот и я не верю. Так что вроде хороший ты человек, честный. Я думаю так, Хельхельда сейчас пирует — очередной жених явился, — и трактирщик, понизив голос, быстро проговорил, — и если чудо случится, у нас может князь появится. В общем, — продолжил он уже нормальным голосом, — ступай к замку, объясни все страже — они тебя наверняка запустят внутрь, а там уж и выясняй.

— А вещи можно у тебя оставить? В сохранности будут?

— А то! — усмехнулся трактирщик. — Вот гарантия! — он вытащил из-под стойки тяжелый замок и положил его перед заморийцем. — Тебе, так уж и быть бесплатно. Как звать то тебя?

— Беллардо, — ответил Орфус Брол.

— А я Рейлих. Ну, беги. И успеха тебе. Буду рад такому соплеменнику.

«Ага, — подумал замориец, — Помечтай!».

Но, тем не менее, с будто бы счастливой улыбкой сказал хозяину «спасибо».

Несмотря на вроде бы небольшое расстояние до замка, Орфус Брол доползал дотуда минут пятнадцать — недавно прошел дождь, и дорога совсем раскисла. Задыхаясь от вони, испачкавшись чуть ли не по колено грязью и нечистотами, замориец выбрался на замощенный камнем участок земли перед замком. А затем долго чистился найденной неподалеку веткой, под взглядами равнодушно наблюдающих за ним стражников. Стражники были специфическими, как раз под стать всему этому месту — просто два мужика в простой крестьянской одежде с копьями в руках. Недослушав до конца объяснения Орфуса, они пустили его внутрь. Оказался он в коридоре без окон с единственной дверью (входной), очень грязном, украшенном только паутиной в углах и еле освещенном парой цедящих факелов, ведущем прямо в общий зал. Дойдя до которого Брол понял, что тот является одновременно и тронным и, что не удивительно, залом для трапез.