Лишний - Анна Щучкина

партии девятьсот двенадцать лет, – хмыкнул он. – Но, раз мы закончили, тебе тоже пора.

Он помедлил, но встал и протянул мне руку.

– Погоди, – торопливо сказал я. При мысли о том, что я вернусь туда…

Еще немного. Да, мне нужно всего чуть-чуть времени. В голове назрел еще один вопрос.

– Расскажи, что произошло в то утро…

Дэниел замер.

– …когда был убит Александр.

В конце концов, я должен был узнать правду от него.

Дэниел отдернул руку и отвернулся. Его плечи пару раз поднялись и опустились. Он шагнул к окну и, не оборачиваясь, тихо начал рассказ.

– Меня в тот день не было во дворце. Все записи, как ты мог уже узнать, ведутся от лица нашего императора. Но я не верю, что Александр хотел занять трон моего брата. Зачем? В то утро он должен был прийти к Астраэлю и объявить о том, что расторгает помолвку с дочерью старшины.

Он резко повернулся ко мне. Его глаза ярко сияли.

– Он должен был согласиться на этот брак. Политика, понимаешь? А наш великий император должен был жениться на сестре Александра – Анисе. Но все пошло не… – он тихонько помотал головой, – все пошло не так. Анису убили. И тебя тоже.

– Меня? – тихо переспросил я.

Дэниел кивнул.

– Тебя.

Я шумно выдохнул. Провел рукой по волосам. Коротко усмехнулся. А затем встал и сделал шаг к нему. Я слышал эту историю уже во второй раз. И каждый раз чувствовал себя…

Дэниел с невозмутимым видом наблюдал за тем, как я подхожу. И с каждым шагом все громче говорил:

– Ты можешь в это не верить, но, если бы передо мной стояло огромное количество твоих двойников, я бы все равно почувствовал, кто из них ты. Дитто белого дракона! Я не встречал больше ни одного такого. Никогда. Ни одного перерожденца. И ты сам не понимаешь, насколько ценен!

Я уже стоял рядом с ним, всего в шаге, и мог видеть, как трепетали его ресницы, когда он моргал. Мы смотрели друг на друга не отрываясь.

– Но ты ничего не помнишь. А нужно лишь коснуться сестры – и все воспоминания вернутся. Вы, единоутробные брат с сестрой, особенные даже среди вашего рода, заряжаете друг друга не только жизненной силой, но и магией. Но твоя магия иссякла.

Я все так же не отрываясь смотрел на него. Снопы искр зажигались и кружились в его зрачках.

– Девятьсот лет ты не видел сестру. Но я решу этот вопрос, чтобы ты смог максимально безопасно вернуться вместе с сестрой. Я все сделаю, Александр. К нам вернутся дитто белого дракона и займут трон, как и полагалось им по праву крови.

И замолчал. Трон? То есть… как и говорили, он талантливый правитель и сделает все, чтобы защитить свой народ. Я вспомнил, с каким нажимом он говорил про Вильяма.

И вопрос, застывший в его глазах.

Ради чего жертвовать?

– Но это же измена, – наконец медленно отозвался я. Голос звучал как-то странно. Словно чужой. – На престоле твой старший брат. И ты сейчас планируешь вернуть дитто, чтобы что? Дэниел, я не хочу участвовать в этих закулисных политических играх, интригах и прочей чепухе.

Дэниел странно посмотрел на меня.

– Ты не понимаешь. Я не хочу и никогда не хотел править. Ты знаешь, насколько я силен? – Снопы искр погасли в его глазах. – Я хочу, чтобы мой народ перестал страдать! Чтобы существа Сожженных земель могли жить в мире. Мне не нужна корона этой насквозь прогнившей империи. Как и власть над стражами. Только спокойствие и мир… для близких. Ты можешь никогда не понять мои мотивы, Александр. – Он наклонился ко мне и тихо продолжил: – Почему на вас напали некроманты? Почему они восстали и не боятся сожжения?

Повисла тишина. Казалось, что в воздухе сейчас замелькают тысячи искр и молний. Напряжение натянулось тонкой нитью. А затем разорвалось словами Дэниела:

– Как бы я ни хотел… но тебе придется вспомнить все, Александр.

Меня опалило жаром открывшегося портала. И я заставил себя войти в огненный столб.

Глава 34

Влюбленный замечает лишь вторую личину артама.

Народная поговорка Таррвании

Эжен

Мы оказались на окраине деревни, в тени леса. Портал закрылся сразу же за моей спиной – вспышка, и как не бывало. В лесу заухала сова. Щелкнула ветка. Я оглянулся, но никого поблизости не заметил.

– Идем.

Мы прошли деревню насквозь. В таверне на выходе из деревни звучала громкая музыка. С гоготом двое стражей, стоявших возле входа, кинули вслед Асире парочку горячих пожеланий.

– Проклятые пьяньчуги, – пробормотал я. – Идите и проспитесь!

Асира молча прошла мимо них.

Может, это я пьян? Мне казалось, что поют сладкоголосые оссаклы и луна светит ярче обычного. А воздух? Был ли аромат слаще, чем сегодня?

Ее светлые волосы вспыхнули серебряным пятном. Рукояти двух мечей, закрепленных на спине, ритмично покачивались вслед легкой походке. Не помню, чтобы она с ними расставалась хоть раз.

Огни крепости оказались совсем близко. Мы уже были почти возле главных ворот, всего в тридцати шагах. Оставалось только перейти мост. Я молился, чтобы эти шаги тянулись как можно дольше.

– Не спеши.

Она поравнялась со мной. Боги-драконы, я что, уже истратил всю свою удачу?

– Помнишь, как ты рассказывал про свои поездки? Расскажешь еще?

– Но мне вообще-то не стоит говорить тебе об этом…

– Эжен. – Асира остановилась и тронула меня за локоть. В темноте ее золотистые глаза словно светились, отражая лунный свет. Я почувствовал, как вспыхиваю от кончика носа до самого затылка, и резко отвернулся.

– Д-да? – сглотнув, спросил я.

– Ты можешь ничего мне не рассказывать. Я все понимаю, эта просьба была лишней. Прости. Я… Ты знаешь, что я почти никуда не выхожу и путешествую только по Сожженным землям и к Бастарии. Нам больше никуда не дозволяется… Прости, я больше не буду спрашивать.

Я повернулся к ней и увидел, как она быстро провела рукой по глазам.

– Асира, я…

Но договорить я не успел.

– Эже-е-ен! Ну что, нагулялся, повеса?

От ворот крепости шагнул страж, чей голос был мне слишком знаком. Артур. Старше на два года, а мнения, как будто уже двадцать лет служит. Я поморщился.

– А нас не познакомишь с красоткой?

Артур подошел к нам ближе и кинул оценивающий взгляд на Асиру. А затем присвистнул.

– Ты зачем эту шлюху к нам привел? Не мог свои дела в деревне закончить?

– Ублюдок, как ты смеешь… – Я почти бросился на него, но Асира удержала меня.

– Эжен.

Асира повернула мое лицо к себе, а затем притянула. Я пораженно застыл, но