Личный враг богини смерти (СИ) - Владимир Анатольевич Васильев

уже через тысячелетие мы будем выть каждый раз, вспоминая все прежние жизни после очередного перерождения. И видя что ничего вокруг не меняется.

— А ещё помня и все смерти, — зловещим тоном добавила Рита.

Я сначала даже удивился, с чего сильная и циничная девушка именно на этом акцентировала внимание, но вдруг заметил, что подруга кинула незаметный взгляд на Шилу, и сообразил, что Рита так в очередной раз убеждает полуэльфийку, что той стремиться в мои божественные жёны не стоит. Напоминает лишний раз, что это не благо, а проклятье.

И тут непонятно, чего больше. Или настоящего желания уберечь не особо умную девушку от будущих проблем, или же более хитрый интерес. Рита приняла реалии этого мира, и не показывает виду, что быть одной из нескольких жён — вовсе не то, о чём она мечтала. Но вот в следующих перерождениях конкуренток ей видеть не хотелось бы.

А мне и возразить нечего. Шилу я люблю, конечно, но и понимаю, что для неё, выросшей и сформировавшей характер в традициях средневековья, цепь перерождений с сохранением памяти может оказаться именно что проклятьем.

Это мы с Ритой люди из намного более развитого общества, и можем куда проще отбрасывать всякие предрассудки, и даже научиться ставить разум выше эмоций. А это придётся делать, чтобы не скатиться до переплетающихся в один клубок любви и ненависти, как случилось с Берегиней и Олафом. А ведь это может оказаться самым трудным в бесконечной цепи перерождений.

— Ладно! Продолжу постановку задач, — хлопнул ладонью по столу я, заметив, что на меня уставились все, но молчат, ожидая пока я вынырну из своих мыслей. — Итак, нам надо для начала решить две задачи. Первая — это разобраться с богами, но не думаю, что их надо уничтожить. В этом случае, боюсь, весь этот мир очень сильно изменится. И скорее всего в том, что все переселённые расы исчезнут… или вымрут вместе с богами. Именно они нас переселили и как-то обеспечивают перерождение всех смертных.

— Из этого утверждения логически следует, что энифели-то останутся. Если мир очистится от богов и от пришлых рас, то они заново начнут свой прогресс, — задумчиво протянула Линжа.

— Только нам это не нужно, — хмыкнул я. — Энифели я готов сочувствовать, но выпиливать ради них людей не собираюсь. Пусть здесь мы живём не пойми на каких основаниях, но… своя рубашка ближе к телу.

— Это радует, — улыбнулась пожилая эльфийка. — А то могли быть варианты. Прогресс ради прогресса, и всё такое.

— Не дождётесь, — усмехнулся я. — Но ближе к делу! К задачам. Вторая — это приструнить демона по имени Кром-Кигир. Мы про него знаем мало, но главное то, что и на него могут быть завязаны переселённые расы. Но это, отметим, уже маловероятно.

— То есть, на такой риск, что с его смертью исчезнут и люди, ты пойти готов? — улыбнулась Линжа.

— Я собираюсь его ослабить. И в этом случае его могут убить уже боги, которых он притесняет. Так что да, риск обнулить людей, гномов и эльфов остаётся. Но мы можем подумать, как его минимизировать, пока будем искать способы ослабить и богов, и демона.

— Мне, честно говоря, страшно, — прошептала Шила. — Нет! Я пойду с тобой до конца, Алекс, но всё равно аж поджилки трясутся. И ещё вопрос… А ты уверен, что нам вообще по силам победить таких сильнейших противников?

— Более-менее уверен, — улыбнулся я. — Нет, может не в этой жизни, но мы с Ритой имеем неограниченное время, чтобы что-то придумать. Проиграем один раз, попробуем снова и снова. И извините, что не обещаю остальным, что у вас точно будет возможность увидеть всю эту кодлу поверженными.

— А всё-таки? Как начать планируешь? — спросила Линжа. — И почему уверен, что это вообще возможно?

— Почему уверен? — пожал плечами я. — Потому что боги точно не всесильны. Первое — их заперли на Олимпе. Второе — они очень ограниченно могут влиять на смертных. Только через жрецов, по большому счёту. А демон… Этот Кром-Кигир точно не абсолют, хоть и приструнил богов. Но, во-первых, он их не убил, а значит они ему нужны для чего-то. А, во-вторых, он уязвим. Если бы был неуязвим, то не стал бы закрывать свои два континента от всех смертных разумных. И тут просто напрашивается вывод — если бы там жили люди, да и другие расы, то они могла бы сговориться и разом уничтожить все его элаганы. А демон от этих деревьев очень зависит, причём скорее всего, он и элаганы — это одно целое. Гигантские деревья, если хотите, это его тело или мозг. Так что нам надо начать с того, чтобы уничтожить элаганы.

— Разумно, — согласилась эльфийская учёная.

— И я готова спорить на уши и хвост, — улыбнулась Рита, — что ты уже придумал, как это сделать.

— Ну… — улыбнулся я. — Есть пара мыслей. Но я и вас хотел бы послушать сначала.

— Честно говоря, — проворчала брюнетка, — я наверное отупела от беременности, но пока ничего не придумала, хотя мы и из одного мира, так что я в принципе знаю всё, что и ты. Но я же спортом занималась пока ты науки в университете изучал. Так что тут сразу сдаюсь перед твоим умом.

— Подлиза! — неожиданно проворчал Зюйд.

— Просто умная и хитрая, — хмыкнула Рита. — Учись, мальчик.

Глава 26

Я снова хлопнул по столу, потому что Зюйд здорово напрягся, выдумывая ответную колкость. И как бы действительно по результатам остроумия не получил по заднице. А в нашей банде, вообще, насчёт него мнения разошлись. Я вижу в Зюйде мальчишку, и отношусь к нему как к мальчишке, а вот остальные считают Зю девушкой, причём взрослой. Ну подумаешь, возраст откатили, да и заклинание на ней, временно поменявшее пол. Просто заколдованная принцесса. Хорошо хоть никто даже в шутку не предлагал мне поцеловать его, чтобы расколдовать. Но это пока.

— Итак, — продолжил я, показав пальцем на балкон, выходящий во внутренний двор поместья, на котором стояло ведро с метровым саженцем добытого на запретном континенте деревца. — Прежде чем продолжить, хотел бы услышать от Линжи, что ей удалось узнать про элаганы. Наверняка у этих магических деревьев есть обычные родственные