Джорджия Лэнгтон - Карела Рыжий Ястреб

Ордо удивленно захлопал глазами.

– По-моему, – сказал за спиной Карелы визгливый голос, тот самый, что раньше призывал к расправе. – По-моему, эта красотка болтает своим язычком еще шустрее, чем сабелькой! А это уже лишнее, мы оставили ей жизнь не для того, чтобы она мешалась в мужские дела!

– Я просто быстрее шевелю мозгами, осел! – огрызнулась Карела, резко оборачиваясь на голос. Глядя прямо в чьи-то зеленые глаза, она добавила: – Клянусь Деркэто, тебе лучше послушаться меня, если хочешь вернуться к этим кострам на ночлег, а не собирать по степи свои косточки!

– Почему, Карела, ты считаешь, что шестерых дозорных маловато? Мы всегда так делали. Караван останавливается, и люди в панике устремляются назад. Пользуясь замешательством, мы давим их, вот и все, – сказал Ордо, недовольно хмурясь.

– Да что ты уговариваешь ее, Ордо? – возмутился зеленоглазый разбойник. – Эта крошка дождется, что наше терпение снова лопнет. Веди нас, Ордо, и поменьше слушай, что болтает женский язык!

– Стой, Ордо! – снова воскликнула Карела, видя, что чернобородый готов сорваться с места. – Этот караван охраняется отрядом Домарана. Это тебе что-нибудь говорит?

– Да как же не говорит? – пробормотал Ордо. – Известный человек. Уважаемый. Личный враг доброй половины лихих людей на всех караванных дорогах от Турана до Аргоса. Но Домаран много берет, а Ардарус – скряга. Сомневаюсь я, чтобы они сторговались при найме.

– Даже скряги иногда умнеют! Так последуй и ты их примеру, Ордо! – настойчиво сказала Карела. – Домаран поставил в голову каравана усиленную часть своего отряда, и не бежать в панике они будут, а прорываться вперед с боем. Твой дозор сомнут, Ордо, и ты лишишься не только добычи, но и головы, клянусь Деркэто!

– Выдумщица! С чего ты это все взяла? – пожал плечами Ордо.

– Знаю, с того и взяла! – сказала Карела. – Бери и ты половину людей. Только ту половину, которая прочно держится в седле, а я с остальными зайду с тыла.

– Прыткая ты, Рыжий Ястреб, – засмеялся Ордо. – Но не будет такой человек, как Домаран, выдумывать разные там штучки. Он просто хороший солдат, но сколько мы с ним ни сталкивались, он всегда делает одно и то же.

– Именно так он думает и о вас, и знает вашу тактику, как свои пять пальцев! – Карела даже руками всплеснула. – Почему ты не хочешь слушать хорошего совета, Ордо? Тебе не кажется, что нам стоит сегодня разочаровать Домарана?

– Да брось ты, женщина, выдумывать разные сказки, – отмахнулся Ордо и, понизив голос, добавил: – Лучше сделай, как я тебе велел. Спасай свой хорошенький зад и больше не попадайся разбойникам.

Он оглядел шайку и скомандовал:

– Дозор, давай за мной!

Шестеро всадников устремились вперед и довольно быстро растаяли в темноте.

– Нам придется атаковать не с тыла, а с боку каравана, так, чтобы мы могли в случае чего помочь этому безмозглому упрямцу и его людям! – решительно сказала Карела, оглядывая оставшихся.

– Когти Нергала тебе в глотку, – фыркнул один из бандитов – Ты что это раскомандовалась здесь?

– А то, что слушайте, когда вам дело говорят! – вскипела Карела и стремительно вынула саблю из ножен. – Я что-то не вижу здесь второго человека, знающего, что делать! Нечего там в хвосте каравана брать! Там одни невольники, которые и так никуда не денутся, потому что Ардарус заморил их до полусмерти! Запомните, что Рыжий Ястреб говорит только тогда, когда знает! Если уж я говорю, значит слушайте! А ну, за мной, а не то упустим момент, и тогда, клянусь Деркэто, гиены поутру вами позавтракают!

Она вырвалась вперед и помчалась через гребень холма к степной дороге. Разбойники немного помедлили, но догнали ее уже на вершине холма. Довольно широкой цепью десятка два вооруженных всадников пересекли освещенную полной луной равнину и с пологого склона холма обрушились на растянувшийся по дороге караван, в голове которого уже вовсю рубился Ордо со своими людьми. Оттуда слышались крики и звон оружия.

– Быстрее, быстрее, олухи! – закричала Карела, с лета врезаясь в караван и принимая на себя первый удар сабли ближайшего к ней охранника.

Она не успела даже толком сообразить, что она такое делает. Только звон металла стоял в ушах. Перед глазами мелькали то чьи-то налитые кровью глаза, то сверкающий клинок чужого оружия. Карела, словно заведенная, отражала удар за ударом, вертелась во все стороны, дергая левой рукой поводья старой лошаденки, а правой без устали поднимала и опускала верную саблю Деркэто.

Передышки не было. Охранники из отряда Домарана оказались подготовлены ничуть не хуже, чем солдаты старого Клоруса, отца Карелы. Тот по сто потов спускал со своих подчиненных. И Домаран, вероятно, в перерывах между караванными переходами занимался со своими людьми тем же, поэтому отряд его оказался на высоте.

Когда вдруг вокруг Карелы оказались только трупы, и она едва вывела лошадь на чистое место, вырвавшийся из общего месива мужчина на белой лошади устремился к ней, взмахивая мечом. Он был в шлеме и кольчуге, но Карела разглядела, что то множество ударов разбойничьих клинков, которое уже выпало принять стражнику, прямо-таки разлохматило легкую кольчугу. Тем не менее, если стражник и был ранен, то не тяжело, потому что на Карелу он налетел стремительно, как коршун.

Не давая скучать своей легкой сабельке, Карела принялась уворачиваться, отшатываясь в разные стороны и только иногда подставляла свой клинок, чтобы отразить скользящий удар. Мужчина сражался не просто умело, а великолепно. Но вот Карела повернула лошадь так, что на лицо девушки упал лунный свет. И противник вдруг дрогнул и отшатнулся. Он не испугался, нет. Он всего лишь удивился.

– О боги! Женщина! – услышала Карела его сдавленный вскрик.

– Легче тебе от этого не будет! – буркнула Карела, резко наклоняясь и пронзая мужчину точно так же, как совсем недавно проделала это с Таниусом.

Изрубленная кольчуга не спасла стражника. Выронив оружие, мужчина стал заваливаться набок и сам соскользнул с клинка под ноги лошади. Он упал вверх лицом, и Карела узнала его. Это был Домаран.

Что тут можно сказать? Случайность, чистая случайность. Дерзкой самоуверенной девчонке просто повезло, что куда более опытный боец позволил себе удивиться и поплатился за это. Что и говорить, везет частенько не тем, кто того заслуживает. Карела в этот день славно поморочила головы и людям, и тем, кто с небес зорко за ними следит, и непонятно было, чем она заслужила свою удачу.

День-то давно закончился, но ночная битва на караванной дороге была в разгаре. Поэтому Карела, окинув взглядом пестрое месиво, снова бросилась в самую гущу событий.