Джулиан Мэй - Узурпатор

– Какие они, к черту, бабы! – повысил голос Дугал. – Ведьмы они – вот кто!

– Да какая разница! – отмахнулся Тони. – Нынче единственная ночь в году, когда они пойдут со всяким. Всего и делов-то – схватить в танце их венок.

– Хочу красную! – завопил кто-то. – Вон ту, в сапожках!

Оркестр гномов заиграл живее, и невесты завертелись в хороводе вокруг дерева. Гуманоиды выкрикивали какие-то фразы на своем наречии, а девицы откликались. Дразнящая перекличка полов длилась довольно долго, пока огненные плащи не закружились в сумасшедшем вихре. Наконец невесты с пронзительным криком раскинули руки, бросились к дереву и сложили под ним венки.

Затем они вдруг исчезли, и в небо взметнулся рой маленьких радужных светлячков. Каким-то магическим образом каждый блуждающий огонек прицепился к концу свисавшей с дерева ленты, после чего танец вновь стал плавным и чувственным. Ленты сплетались и расплетались, огоньки парили в воздухе, падали и кружились, мерцая. Напев перешел в низкое, заманивающее жужжанье. Разомлевшие женихи, раскачиваясь, подпевали.

Почти незаметно музыка опять понеслась вскачь. Девушки в костюмах, как по волшебству, появились на песке, и каждая держала в руках венок. В танце они приблизились к ожидавшим их ухажерам, и началось разделение на пары. Один парень за другим выхватывал венок из рук зеленой или красной избранницы и позволял увлечь себя на танец. Зрелище было великолепное: ураган красок, дурманный аромат цветов и музыка в ритме сладострастно бьющегося пульса.

Одна из миниатюрных красавиц возникла перед Тони Вейландом. Черные глаза сверкали ярче драгоценных камней на ее диадеме. Шаловливый майский ветер раздувал красно-золотые одежды, обнажая невероятно женственные очертания хрупкого тела.

– Пойдем со мной! – пропела нимфа.

– Нет! Стойте, милорд! – закричал Дугал, пытаясь оттащить приятеля.

Но Тони вырвался.

– Пойдем, пойдем!

Металлург схватил венок и закружился со своей красавицей среди других пар. Он заметил, что девушек в красном выбирали в основном первобытные. Как глупо со стороны фирвулагов, ведь красные несравненно красивее!

– Не ходите! – умолял Дугал. – Вы околдованы!

Тот действительно был околдован, причем по своей воле. Прелестная незнакомка в танце повесила ему венок на шею. Потом поцеловала его пальцы, прижалась к губам. Кровь забурлила у Тони в жилах. Предостерегающий крик Дугала потонул в звуках гимна торжествующей любви. Пары медленно проплывали вокруг майского дерева.

Толпа зевак у городских ворот расступилась. За семиметровыми стенами горели два огромных костра – до неба. Влюбленные торжественно прошествовали через этот огненный портал в озаренные лунным сиянием луга. Ветер доносил до них звуки музыки из Нионели.

– Меня зовут Ровена, – сказала нимфа. – Я люблю тебя.

– Меня – Тони. Я тоже тебя люблю.

Голова у него кружилась от коварного запаха цветов, обвивавших шею; хотелось скорее отойти подальше от остальных пар. Придя в прелестную беседку, он снял с нее звездный головной убор и наклонился к губам. Они сбросили одежду и занялись любовью – не один, а целых четыре раза. Она голосила в экстазе, он едва не терял сознание от блаженства, а под конец даже заплакал, а Ровена осушила его слезы поцелуями.

– То-они, любимый! – протянула она. – Теперь давай поспим.

Он почувствовал, как шелковая ткань прикрыла ему глаза.

– Ровена! Что ты делаешь?

– Тес! Тебе нельзя видеть меня во сне. Это приносит несчастье. Обещай, что никогда не станешь пытаться.

Ее теплые губы встретились с его губами, потом сквозь шелк она поцеловала его веки.

– Мой майский цветочек! Моя экзотическая крошка! Для твоего счастья… – Тони уже проваливался в сладкое забытье. Голос любимой куда-то отдалялся, забывались ее страстные крики, но только не гордость своей мужской победой, которую Ровена так пылко подтвердила. – Ради тебя я готов на все… Я не стану смотреть, моя глупышка…

– Это не ради меня, Тони, милый, а ради тебя.

Она нежно засмеялась, а когда он уснул, ему привиделся очень странный сон.

Проснувшись, Тони машинального сорвал с глаз повязку и обнаружил, что сон в руку.

– О Боже! – прохрипел он.

Она открыла один глаз и мгновенно превратилась в прелестную ночную фею.

– Ровена! – дрожащим голосом воскликнул он. – Что они сделали с тобой? И со мной?

Весело улыбаясь, она оделась и сняла остатки венка с его шеи.

– Нормальные фирвулаги видят сквозь наши маски. Они бы никогда не выбрали невесту в красном. А бедные мужчины остались не у дел… Ведь через ваши врата времени прошло очень мало женщин, да и тех тану заграбастали себе. Что же может быть разумнее?

Она потянулась к нему и страстно поцеловала. А он, несмотря ни на что, ответил на поцелуй.

– Лорд Грег-Даннет – такой душка – говорит, что уже первое скрещивание дает нормальных гибридов. А еще он готовит для нас целую программу генной инженерии, чтобы исправить мутации.

– Первое… скрещивание…

Луг, золотые цветы, поющие жаворонки – весь мир покачнулся у него в глазах.

– Наш ребенок будет неуязвим для кровавого металла, как вы, люди. Это добрый знак, верно?

– Ммм…

Она потянула его за руки.

– Вставай, милый. Все уже спешат в Нионель на майский утренник. Или ты хочешь его пропустить?

– Мм-нет…

– У меня чудесные родители, – сообщила она. – Вот увидишь, тебе понравится жить в Нионели. Бежим!

Рука об руку они побежали по росистой траве. «Что я скажу Дугалу?» – подумал Тони. Но среди множества пар, толпившихся у городских ворот, он заметил рыжебородого верзилу в доспехах с головой золотого льва на груди. Рядом выступала маленькая прелестница в красном. Тони понял, что зря беспокоился.

13

– Уже три ночи мы пытаемся взорвать золотого дьявола, когда он спит,

– проворчал Медор, – и все без толку! Не знаю, чем сегодняшняя ночь лучше. Он явно пользуется каким-то механическим устройством для защиты мозга. Передай мне заячье суфле.

Король Шарн пододвинул блюдо своему первому заместителю, а тот переложил огромный дрожащий кусок себе на тарелку и начал усердно его поглощать.

– Сегодня Эйкен не будет спать в замке, – объяснил Шарн Мес. – А в Майской роще он не сможет достойно проявить себя, если станет прибегать к защитным приспособлениям.

– Как это? – не понял наместник Шарна Мими из Фаморели, повелитель маленького альпийского народа.

– Наша хитроумная хозяйка придумала еще одну оргию. Называется она Ночь Тайной Любви. После пиршества всем надлежит отправиться в костюмерные шатры на той стороне амфитеатра и выбрать себе маскарадный костюм. Никакие иллюзии не допускаются. В полночь начнется костюмированный бал, а затем игры до рассвета в Гроте Свиданий. Что-то вроде веселого мальчишника в преддверии завтрашних бракосочетаний. И все женщины будут совокупляться в кустах с нашим врагом.