Артём Демченко - Ледяной коготь (трилогия)

Однако, у дракона появилась новая проблема: нужно было подняться наверх, причем быстро, чтобы не захлебнуться. А с глубоныром это сделать было невозможно, так как приборы показывали, что воздуха оставалось на минуту. Он чувствовал, что вот вот задохнется, потому что воздуха в его больших легких становилось все меньше и меньше. И тут в его голову пришла идея. Он быстро нащупал трезубец, схватил его зубами, снял с себя баллон, перевернул его вверх дном, ухватился за него и, собрав последние силы, задней лапой нанес удар по вентелю, который удерживал воздух в баллоне. Вентель отскочил, и из баллона стремительно начал выходить воздух. Как пушечное ядро, дракон понесся к поверхности, еле сдерживаясь от нехватки воздуха.

На поверхности все смотрели в темную непроглядную глубину в ожидании дракона. Кулиэль всматривался в темную воду водоема в надежде увидеть дракона или хотя бы пузырьки, свидетельствовавшие о том, что их товарищ был еще жив. Но ничего, даже малейшего пузырька, не было видно. И вот, когда все уже потеряли надежду, в воде показался странный объект, который приближался с каждой секундой к поверхности. Приглядевшись, Кулиэль разглядел в этом странном объекте дракона, который с каждой секундой поднимался к поверхности все ближе и ближе. Он держал в зубах трезубец и смотрел наверх своими рептильими глазами, которые были немного выпучены из-за страстного желания дракона вдохнуть воздух.

— Он жив! Он жив! Вот крыса сухопутная! Ха-ха! Эй, бегите скорее сюда!

Дракон был все ближе и ближе к поверхности. Еще чуть-чуть и он достигнет ее. Внезапно, у самой поверхности, воздух в баллоне закончился и дракон начал тонуть. Судорожно размахивая лапами, он пытался подняться наверх, но безуспешно: он медленно шел ко дну. Тогда он стал махать крыльями и медленно начал приближаться к поверхности. Воздуха в его легких оставалось все меньше и меньше, и он инстинктивно начал махать лапами из стороны в сторону. Казалось, его уже ничто не спасет, как вдруг чья-то рука схватила его за лапу и потянула наверх. Через несколько секунд его нос, а затем и пасть с трезубцем в зубах показались над водой, и он жадно вдохнул полную грудь воздуха. Все бросились к нему и принялись вытаскивать из воды.

Очутившись на береге, дракон наконец разжал челюсти и из них выпал неимоверной красоты трезубец Посейдона.

— Фух! — выдохнул дракон. — Это была та еще задачка!

— Что там было внизу? — спросил его Элендил.

— Там была гидра, которая имела большое желание меня убить и навсегда оставить на дне водоема, но, как видите, ей это не удалось… Хорошо, что воздуха в баллоне еще оставалось, а то бы захлебнулся…Фух…

— Ты просто молодчина! — сказал Кулиэль, похлопывая дракона по спине.

— Это моя прямая обязанность-спасать мир! — усмехнулся дракон и выпрямился в полный рост. Сняв очки и вытерев воду с морды, он обратился к Кулиэлю:

— Как обстоят дела с кораблями?

— В общем и целом, у нас осталось целыми 3 корабля: наш, гномий и орочий-сказал Кулиэль. — Четвертый мы разобрали на запчасти и заменили недостающие детали на двух других. В целом они готовы и мы можем идти дальше: за молнией Зевса.

— Тогда в путь, — сказал дракон, — чего мы ждем? Кулиэль-настал твой черед.

— Хорошо, — сказал Кулиэль и обратился ко всем. — Внимание всем участникам экспедиции: мы должны собрать все оставшиеся припасы и погрузить их на корабли ровно через 15 минут! В противном случае мы просто выбьемся из графика. Уже смеркается, поэтому нам нужно отплыть в полночь. Помните: ориентир-самая яркая звезда на небе. Идем строгим конвоем: первой идет трирема, за ней-фрегат, замыкающим идет дракар. Эльфы перейдут на нашу трирему. И помните: не отставать и не спешить, в противном случае мы не сможем друг другу помочь. Всем все ясно?

— Еще бы было не ясно! — сказал гном.

— Тогда вперед: погружайте припасы на корабли.

— А глубоныр брать? — спросил Элендил.

— Не надо: он уже бесполезен. Зачем нам лишний груз?

— Верно, — сказал Элендил и оставил поломанный агрегат на пляже.

— Давай, залезай-мы отплываем, — сказал Кулиэль и направился к шлюпке.

К полуночи всё было готово к отплытию: припасы были загружены в трюмы, команда была готова к исполнению своих прямых обязанностей. Кулиэль, стоявший на капитанском мостике, наблюдал за деятельностью команды, которая ожидала приказа капитана. Погружённый в свои мысли, он не заметил, как к нему подлетел дракон.

— Все в порядке? — спросил он, сложив крылья.

— Да, в полном, — ответил Кулиэль. — Знаешь, даже смешно как-то получилось.

— Что именно?

— Ты, не умея плавать, полез в воду, несмотря на свой небывалый страх перед ней. Подумать только: тот, кто в принципе плавать не умеет и жуть как боится воды, вдруг согласился нырнуть в непроглядную бездну и достать что-то для блага других. Я никогда не понимал, как можно жертвовать собой ради остальных.

— Я и не знаю, что сказать на этот счет. В те времена, когда мне было 100 лет, по вашим меркам 15, я потерял все, чем дорожил, и всех, кого любил в одночасье. Стоял холодный, морозный день. Отличная погода по моим меркам. Я тогда сидел в кузнице. Да, это может показаться смешным, но у нас действительно было ремесло. Я очень устал от работы и решил прилечь на часок другой. Раздувая огонь в печи, я не заметил, как уснул под мягкий треск углей. Проснулся я от грохота, криков и странного шума. Я быстро выбежал из кузницы и моему взору представилась страшная картина: темные драконы, по-видимому прорвавшиеся через потайной и главный выходы, убивали всех на своем пути. Я выбежал из кузницы, принялся надевать доспехи, чтобы дать бой, но взрыв позади меня, откинувший меня от кузницы, помешал мне это сделать. Я быстро полетел к выходу. С разных сторон раздавались взрывы и город, несколько минут назад напоминавший рай, превратился в огромный пылающий костер. Обернувшись, я увидел, что дворец короля был объят пламенем. Чтобы не видеть всего, что происходило вокруг, что естественно меня, 100…хм…15-летнего мальчишку, напугало очень сильно, я устремился к выходу. Рядом с ним дежурили темные драконы, которые убивали каждого, кто осмелился бы вылететь из города. Но, к счастью, меня не заметили и мне удалось улететь. Последнее, что я видел, перед тем как потерять из виду город, было обрушение главного входа и силуэты темных драконов, выносивших все ценное через главный вход. Затем я скитался по лесам, рос, использовал магию превращения в человека, чтобы не пугать окружающих. Затем я нашел город людской город Разергард, в те времена являвшийся столицей могущественного королевства людей, который после 200 лет был переименован в Штомград. Там у меня, как и везде в принципе, не было постоянного места жительства: я переходил из одного района в другой, прикидывался кузнецом. Там как раз я и повстречал твоего отца и его друга, Гилроя, которому стоит памятник в Эльдорасе. А затем, в один день началась война, которая длилась год, Великая Война. После обороны Эльдораса, мы с твоим отцом некоторое время находились в Лориэле, где он впервые познал горечь войны: лежа в лазарете, он узнал от меня, что его друг погиб. Мне очень не хотелось ему об этом. На следующий день я стал Хранителем Добра и совершил первый поступок на этой должности: вылечил твоего отца от ранения. Он был счастлив, как никогда, хотя я был счастлив гораздо больше. Затем уже битва на Кельтерийских равнинах, праздник, на котором меня не было, женитьба твоего отца, твое рождение, смерть Эзраэля… В течение этой войны я понял, что самое большое счастье для меня-счастье остальных. И когда родился ты, и я увидел счастье на лице твоего отца, я был рад больше всего, потому что знал, что все-таки я справляюсь со своей должностью. Вот так, отказавшись от своего счастья, можно познать еще большую радость за тех, кто обрел свое.