Украинский гамбит - Михаил Юрьевич Белозёров

как на похоронах, выпили и принялись за еду.

– А тебе нравится это всё? – спросил Костя у лейтенанта, после того, как первое чувство голода прошло.

– Что ты имеешь ввиду?

– Ну вот я твой враг и с тобой обедаю и пью твой алкоголь?

– Ну и что? – удивился Билл. – У нас всё цивилизовано.

– А у нас тебя бы посадили в холодный подвал и кормили бы кашей без масла, – громко сказал Игорь, набивая рот едой.

Видно было, что он, как бывалый солдат, делает это с большим удовольствием.

– Понимаете, в чем дело, – ответил лейтенант, разливая виски, – наши политики и военные руководствуются высшей целесообразностью, которая сродни Божьему промыслу. Поэтому я в это не суюсь. Не моего ума дело.

– Божий промысел – это непрестанное действие всемогущества, премудрости и благости Бога, – как по шпаргалке процитировала Завета.

Все с удивлением посмотрели на Завету, а Костя подумал, что она не перестает его удивлять. Где она такого нахваталась?

– Что-то вроде того, – подумав, согласился Билл Реброфф.

– То есть ты хочешь сказать, что ты сегодня с нами пьешь, а завтра на рассвете нас расстреляешь? – удивился Костя.

– Я думаю, что до такого исхода не дойдёт… – признался Билл Реброфф и отчаянно улыбнулся.

Несомненно, он старался сохранить лицо, но ничего не понимал в тонкостях русской речи.

– А как же Гуантанамо? – напористо спросила Завета.

Лицо от виски у неё раскраснелось, и Костя невольно залюбовался ею.

– Но вы же не террористы? – удивился Билл Реброфф. – Вы наш противник. А противника надо уважать.

– Ничего не понял! – воскликнул Игорь. – В общем, вы будете делать своё дело при любом раскладе.

– Да, у нас есть военная этика, да, мы с вами воюем, да, мы вас покорим и заставим жить по меркам цивилизованного мира. Вы чуть-чуть похожи на варваров. Но ваши идеалы изменятся. Никто уже так не живет, как вы. И заметьте полмира уже лежит у наших ног. Это ли не триумф американского стиля жизни, его идеалов, бизнеса. Покоритесь, и у вас тоже будет такое же пиво и такое же мясо.

– Идиот… – пробормотал Сашка за спиной у Кости. – У нас давно точно такое же пиво и такое же мясо.

– Это метафора, – объяснил Билл Реброфф.

– Очень точная, – по-прежнему иронично заметила Завета.

– Многие так начинали! – вдруг отодвинул от себя поднос Божко. Одна из бутылок в соком упала на пол и разбилась. – Но известно, чем они кончили. И вы кончите точно так же!

– Это кто же? – очень спокойно осведомился Билл Реброфф.

– Да хотя бы Александр Македонский или Гитлер!

– Гитлер тебе нравится? – непосредственно, как у первоклассника, спросила Завета.

– Нет, не нравится, – согласился Билл Реброфф. – Но сейчас другая ситуация. Демократия наступает на всех фронтах. Ничего с этим не поделаешь.

– Да что ты заладил, демократия, демократия! – наконец закричал Бажко, и Костя подумал: «Долго же он крепился». – Демократия нужна только вам. Но вы давно забыли, что это такое! Или напомнить?!

– Нет, не надо, – всё так же спокойно ответил лейтенант.

Здорово его выдрессировали. Настолько здорово, что он не понимал очевидные вещи. И сама очевидная из них та – самая простая, которая заключается в навязывании человеку чужого мнения в масштабах всего мира.

Виски допили одним махом. Билл достал ещё бутылку. Игорь Божко произнёс довольным тоном:

– Вот это по-нашему, по-русски!

Лейтенант достал откуда-то ещё и эмалированные кружки. Сашка сказал:

– Ох! – выразив тем самым восторг юной души.

Глаза у Заветы сделались веселее.

– Мне немножко, – сказала она.

Чокнулись, выпили и с жадностью закусили. Теперь виски не казались такими вонючими.

Вдруг лейтенанту позвонили. Он вскочил:

– К сожалению, вызывают. Я быстро вернусь.

– Надо бежать! – встрепенулся Игорь, когда за лейтенантом стихли шаги. – Немцы нам танковую дивизию так и так не простят. А бандеровцы выпустят кишки, стоит попасть им в руки.

– Я сейчас… – вдруг пробормотал Сашка Тулупов и, пошатываясь, ушёл на разведку.

Было слышно, как он освобождает желудок возле палатки. Через минуту он вернулся с красной физиономией:

– Трое перед входом, двое за палаткой…

– Если кинуться всем разом… – предложил Игорь и вопросительно посмотрел на Костю.

Костя потрогал под мышкой «глок», который у него так и не отобрали, и кивнул Божко. Игорь тоже пошёл на разведку, он не облегчался возле палатки, а вернувшись, сев на место и потянулся к бутылке.

– Это всё из-за меня!.. – горестно воскликнула Завета.

– Ничего не из-за тебя! – сказал Игорь. – Просто так сложились обстоятельства. Будем ждать момента.

– Чёрт! – выругался Сашка и от нечего делать стал крутить ручку настройки приёмника, который, вероятно, принадлежал Биллу.

Приёмник свистел, кряхтел и что-то важное сообщал по-английски. Сашка, воровато оглянулся на вход палатки и ещё покрутил ручку настройки. Голос диктора хоть и был паническим, но стал громче и разборчивее. Костя уловил целую фразу и насторожился. Речь, несомненно, шла о ядерной бомбе в сто мегатонн, хотя ему показалось, что он ослышался. Бомба в сто мегатонн никогда ещё не взрывалась на Земле. Это сообщение было из области абсурдов. Однако всё то же нервный голос сообщил что-то такое, связанное с Нью-Йорком. Костя попросил:

– Найти нашу станцию.

А потом они услышали:

– Город Нью-Йорк практически сметен с лица Земли. Погибли, по меньшей мере, пять миллионов людей…

– Что, что случилось?! – встрепенулся Игорь и мотнул косичкой.

Сашка вращал ручку настройки.

– Восьмидесятиметровая волна движется в сторону Европы… Мировая катастрофа… Америка в смертельной опасности…

– Над городом жуткий радиоактивный гриб, достигающий стратосферы… кажется, что горит и плавится сам воздух. По предварительным данным разрушены все ближайшие города: Ньюарк, Клифтон, Джерси-Сити… Болота Нью-Дженси превратились в бескрайнее море. Залив Гудзон переполнен телами мёртвых и умирающих. Люди спасаются в реке, их выносит в море. На землю рухнуло сто сорок самолётов. Потонуло две тысячи катеров и лодок. Пыль, сажа, радиоактивные осадки… В Йелоустонской долине проснулся древний вулкан. Штаты Айдахо, Монтана и Вайоминг уничтожены. То, что творится там, похоже на ядерную войну.

Сашка повернул ручку дальше и нашёл следующую станцию.

– Море бушующего огня. Горит всё восточное побережье Коннектикут. Горят нефтеперерабатывающие заводы и газопроводы. Порваны нефтепроводы на Аляске и в штате Иллинойс. Из-за землетрясения в Мексиканском заливе вспыхнули все нефтегазовые вышки. Горят и взрываются военные базы на западном побережье. Не менее пяти стратегических подводных лодок США выброшены на берег или пришли в негодность. Повреждены три авианосца, включая современнейший из них «Джордж Буш» и самый огромный в мире – «Энтерпрайз». Стратегическая авиация США поднята в воздух. В стране объявлена высшая степень готовности. Населению приказано прятаться в бомбоубежищах. Массовая паника. Американцы