Обещание Гарпии - Дмитрий Александрович Емец

– Пишмагер – это что?

– Формы магии могут быть любыми. Танцевальная, ритмическая, поэтическая, рунная, магия стихий – любые причуды за вашу зелень, а ещё лучше – за ваше рыжьё! Пишмагер – писательская магия. В два гусиных пера помещается одинаковое количество рыжья. Судьи – обычно это Талалай и Спех Лихарь – тщательно следят, чтобы не привлекалось стороннее рыжьё или сторонняя зелень. Дальше оба игрока садятся за стол – и бой начинается. Он ведётся на единственном листе, который игроки передают друг другу по очереди. Допустим, я пишу: «Еву схватило огромное чудовище и, ухмыляясь, распахнуло пасть». Ты не можешь отменить то, что я написал. Магия сгущается. Вот-вот чудовище тебя сожрёт. Но ты быстро дописываешь: «Это был заколдованный принц. А пасть он распахнул для поцелуя». И сразу же чудовище – уже принц… Вот это и есть пишмагер. Поединок ведётся либо до гибели одного из противников, либо пока кто-то не бросит своё перо.

С появлением великана и гнома в Башне Грифонов всё закипело. Посетители повскакивали с мест и окружили игроков. Великан Кудеяр смущался и хотел спрятаться. Гном Гопыч, напротив, купался в лучах славы. Выставил живот ещё больше, а бороду, чтобы не мешала, перекинул через плечо.

Феи вместе с примкнувшими к ним домовыми растаскивали столики по углам, расчищая центр зала. На площадку поставили круглый стол и два деревянных табурета. На стол положили два пера и лист бумаги. Кудеяр и Гопыч заняли свои места. При этом под гнома пришлось подкладывать справочник.

– Интереснейшие типажи эти Гопыч и Кудеяр! – сказал Филат. – Гопыч вырос в традиционной для гномов среде. Мама у него была земная женщина, похищенная с поверхности, а папа гном. Мама папу терпеть не могла и каждое утро посылала его на работу с киркой и мешком. «Иди собирай алмазы! Ты мне жизнь загубил!» Сыночка же мама, напротив, обожала. Обнимала его сто раз в сутки и всё время повторяла: «Ты гений! Ты у меня самый лучший!»

– Кошмар! – покачала головой Ева.

– Нету никакого кошмара! – возразил стожар. – Проблем с самооценкой у Гопыча, как видишь, не наблюдается. У Кудеяра же всё было с точностью наоборот. Родители держали его в чаще леса, никогда не обнимали и постоянно повторяли, что мир населён злобными кровожадными магами ростом по три метра. И он, Кудеяр, из всех самый маленький и слабый, не выдержит жизненной конкуренции. «С днём рождения, сынок! Чтобы получить свою шоколадку, перегрузи, пожалуйста, десять тонн горной породы! Мы с папочкой её в скалу вмуровали!» В двадцать лет Кудеяр сбежал из леса и постепенно понял, что всё не так ужасно. Вполне себе можно пробраться где-нибудь вдоль стеночки, чтобы никто тебя не убил!

– Но он же гигант!

– Ну да. И силач. И боевой маг. Но всё же получился очень ранимым! Всего на свете боится, а от любого прикосновения вздрагивает… В общем, вариант любопытный, особенно на контрасте с Гопычем!

Гном Гопыч схватил перо, деловито осмотрел его, чем-то остался недоволен и принялся орать, чтобы перо заменили. Кудеяр же, напротив, потрогал своё пёрышко мизинцем, точно стесняясь к нему прикоснуться, и отдёрнул руку. Потом опять потрогал и опять отдёрнул руку. Со стороны казалось, будто маленький мальчик знакомится с букашкой.

– В пишмагере они тоже абсолютно разные! – продолжал стожар. – Кудеяр пишет подробно, с состояниями. «Он лежал и смотрел в потолок. В его голове уже третий час шевелилась неразрешимая мысль: один кусочек сахара положить в чай или два? Внезапно в комнату ворвалась прекрасная вампирша. За пухлыми губами поблёскивали тонкие белые клыки». А Гопыч – тот прямо сюжет рубит: «Ехал воин. На него набросились сорок хмырей. Он всех покрошил, но они успели сожрать его коня. Тогда он взял мешок и дальше потопал пешком».

– А мешок зачем?

– Так Гопыч же гном! Гном без мешка – это как таксист без прыгающей магшины.

Гопычу принесли новое перо. Спех Талалай и Лихарь взвесили перья на весах, смахивающих на старинные аптечные. Магию измеряли придирчиво, с точностью до капа.

Зрители делали ставки. Принимал их Спех Талалай. Закладную магию он накапливал себе в браслет. Стожар толкнул Еву локтем, показывая ей на кого-то глазами. Ева поначалу не поняла, на кого, а потом узнала главу магоборов Аникея Ягнило – чернобородого красавца с пронзительным взглядом. Опираясь на посох, Аникей внимательно наблюдал за приготовлениями к игре. Потом бочком приблизился к Спеху Талалаю и сделал ставку.

– Разве магоборам можно принимать участие в азартных играх? – поинтересовалась Ева.

– Магоборам всё можно. Он скажет, что с ними борется!.. А ставки делает, чтобы другие не выиграли и не развратились азартными играми! – объяснил стожар.

Лихарь вырвал у одного из охранников сглаздамат, дал короткую очередь в потолок, после чего перебросил оружие обратно охраннику. Пальба в башне не понравилась златокрылым грифонам, и один, спикировав сверху и не разобравшись, кто стрелял, вцепился в вопящего охранника когтями и унёс. Никто не обратил на это особого внимания.

Поединок начался. Кудеяр был в ударе. Писал с таким рвением, что от пера летели золотые брызги. После первой же его фразы в зале появился отряд стеклянных воинов. Гопыч выпустил против них боевой молот – и воины разлетелись осколками. Кудеяр опять атаковал, на этот раз чем-то заковыристым, вроде огромной, быстро мелькавшей змеи. И опять Гопыч отбился, натравив на Кудеяра чудовище, выдыхавшее такую дрянь, что многие из зрителей упали в обморок. Кудеяр отразил чудовище логической загадкой, и оно напало на самого Гопыча. Гном уничтожил его, но потратил много магии. Видя, что дело складывается плохо, он атаковал Кудеяра длинным глагольным рядом в стиле «двинул, забежал, отпрыгнул, уклонился, заколдовал, метнул, пригнулся».

Зрители зашумели, требуя от судей вмешаться. Спех Талалай и Лихарь заспорили между собой.

– А что не так? – спросила Ева.

– Подлый приём! – объяснил стожар. – Нельзя вбрасывать ряд глагольных угроз с жёсткой последовательностью их отражения.

Кудеяр не растерялся. Быстро вписал нужные глаголы, после чего ответил гному Гопычу не менее длинной чередой прилагательных. Он ещё писал, а на Гопыча уже набросилась девушка с двумя мечами, про которую было, в частности, сказано, что она «загадочная, красивая, ужасная, благородная, страдающая, мстительная, волнующая, противоречивая, мудрая, одинокая, таинственная, несчастная, сама себе непонятная». При всех своих качествах девушка не забывала крошить направо и налево мечами. После пятьдесят пятого прилагательного гном не выдержал – отбросил перо и стал биться головой о стол. Его увели.

– Якорный бабай! Психологией додавил! – восхитился стожар. – Нет, у Кудеяра выиграть нереально!

– Э-э… Ну да… И это всё? – спросила Ева.

– Что «всё»? – не понял Филат.

– Немного графомании – и всё? Или тут всё дело в подборе заклинаний?

– Да нет, – сказал стожар. – В пишмагере не в заклинаниях суть. Тут надо, чтобы голова варила.

Ева опустила глаза. Филат посмотрел внимательнее.

– Может, тоже хочешь рискнуть? –