Одна из них - Катерина Ромм

унижать нас – это наш с вами общий успех. Я прошу вас помнить об этом, если вы вдруг услышите голоса недовольных в толпе. Понимаете, в мире всегда были и будут люди, которые не умеют или не хотят быть счастливыми. Наша задача – не дать им сломать то, что мы с вами создали вместе. Ибо мы не желаем ломать, мы желаем строить: для себя, для своих семей, для будущих поколений. Кстати, сердечно прошу поддержать организацию «Общее дело» в честь юбилея. Сейчас, к сожалению, вынужден заканчивать. Но мы услышимся или увидимся с вами завтра. Я желаю вам замечательного вечера.

В зале раздались аплодисменты. Экран погас. Вероника медленно закрыла глаза.

– Хорошая тема с «Общим делом», – заметил Тобиас. – Вика… ты как себя чувствуешь?

Она вздрогнула и отшатнулась. Пусть он был к ней добр, но не следовало забываться. Он не Кенжел и не Алишер и вовсе не на её стороне.

– Мне душно, – хрипло выдавила она. В горле совсем пересохло.

Не решаясь снова приблизиться к ней, Тобиас указал в сторону своего рабочего места.

– Ты присядь, я дам воды.

Она кивнула. Он налил ей полный стакан из графина – вода была застоявшаяся, тёплая, слегка солоноватая, но Ника выпила всё залпом.

– Бедняга! – воскликнул Тобиас. – Ещё будешь?

– Спасибо, больше не надо, – Вероника вымученно улыбнулась и вытерла пот со лба. Она была вся мокрая. В кармане брюк нашлась резинка, и девушка собрала рыжие волосы в высокий хвост. – Скажи, Тоби… Алишер здесь? Может быть, вместе с Кенжелом?

Тобиас прищурился, подумал пару секунд и покачал головой.

– Нет, извини. Кенжел уже давно не появлялся, а Алишер был пару дней назад, с тех пор я вроде бы его не видел. У него же экзамены сейчас.

О Ангел! Вероника вцепилась ладонями в колени, стараясь унять дрожь. Куда же они пропали? Перед глазами всё плыло; Ника откинулась на спинку кресла и зажмурилась. Тобиас оставил её на минуту, чтобы помочь младшекласснице – девочка брала книги на лето. Вероника вполуха слушала, как она зачитывает ему список, и гадала, стоит ли спрашивать у Тобиаса насчёт Джоан. Вряд ли он что-то знал, но больше ей не к кому было обратиться.

– Добрый день, Джинич! – где-то далеко-далеко от неё сказал Тоби.

– Тобиас Госс?

– Ну да. Как у вас дела, как отец?

– Отец… Как тебе сказать… Тобиас, прошу пройти со мной в участок. Вилмор Госс обвиняется в государственной измене. Нам необходимо тебя допросить.

Вероника распахнула глаза. Полиция! Полиция! Сердце бешено колотилось в груди. Что ей делать? Может, если она не будет шевелиться, они её не заметят… Вжавшись в кресло, она почти перестала дышать.

Тобиас растерянно перетаптывался с ноги на ногу, не зная, что сказать.

– Погодите, Джинич… что? Как же так?

Полицейский хмуро смотрел на парня. К своему ужасу, Вероника смогла разглядеть из-за стойки, что он не один. Ей хотелось убежать, но ноги были как желе.

– Вика… – Тоби внезапно обернулся к девушке и протянул ей руку. – Извини, тут… такое… Тебе уже лучше? Мне надо… отойти.

Она неохотно ухватилась за его руку и позволила вытянуть себя из уютной безопасности кресла.

– Пока, – пробормотала она, избегая смотреть в сторону полицейских. Шаг за шагом она осторожно обошла стойку и направилась к выходу.

– Погоди! – Джинич преградил ей путь. – Ну-ка, минуту. Тобиас, представишь нам свою подругу?

Слегка притянув её за локоть, мужчина чуть ли не дышал ей в затылок. Сквозь туман в голове Ника вдруг осознала, что забыла распустить волосы. Рыжие пряди скользнули по плечам, горячие пальцы коснулись шеи, и Ника зажмурилась, проговаривая про себя: «Р4.03.832.АВЭ».

– Она… троюродная сестра… – неуверенно глядя на Веронику, начал Тобиас.

– Нет! – из последних сил крикнула Вероника. Если её корабль идёт ко дну, она не будет никого тащить за собой.

Часть IV

α

«Вокруг так много воды», – думала Призрак, свесив ноги с разбитых плит набережной Ангоры. Она обожала воду, хотя так и не научилась плавать – до революции была ещё слишком маленькая, а после стало не до этого. О бедных Томе и Рофи и говорить нечего. Они и реки-то прежде никогда не видели, только море, застроенное доками, замаранное, запрятанное под причалами Индувилона. Призрак посмотрела на ребят, пристроившихся под боком. Томь лежал на спине и рассматривал небо, а Рофи сидел, ноги под пледом, уткнувшись в книгу сказок. Он то и дело поглядывал на воду, задумчиво кивал и снова возвращался к чтению.

– Проверяешь, на месте ли речка? – усмехнулась Призрак. – Так не убежит от тебя.

Рофи дочитал абзац, закрыл книгу и серьёзно сказал:

– Там рыба. Поймаешь?

* * *

Эльсона резала овощи для салата и смотрела в окно. Странное ощущение – это был её город, вот только она едва ли что-то помнила из своего детства. Какие-то обрывки фраз, рынок, бидон с молоком, солнечные блики, детскую раскладушку… Потом они вынуждены были уехать. Группа «Центр» ни разу не обменялась корреспонденцией с западными провинциями за последние несколько недель, так что Эльсона не могла написать родителям, что возвращается в Ангору. Впрочем, даже будь у неё такая возможность, она бы, наверное, не стала писать. Родители только расстроятся. Ничего, главное – это пережить… Эльсона снова прокрутила в голове план Бимбикен, представила, как они рано утром выступают в сторону Флоры, как пробираются в центр города и штурмуют тюрьму. По их данным, тюрьма находилась в здании бывшего городского правления.

– Ну, мои друзья-вегетарианцы, что сегодня на ужин? – Призрак ворвалась в кухню, а вместе с ней – запах каналов, цветов и плесени: странная смесь, одновременно притягательная и отталкивающая. Запах детства. Эльсона улыбнулась.

– Друзья-вегетарианцы предлагают вам овощи в ассортименте. Вот этот салат, такой и ещё вон тот, – она указала на три большие миски.

– А вот и нет! – воскликнул Томь, выныривая из-за спины Призрака. – Мы поймали огромную рыбу.

– Я поймала, – поправила брата Призрак. – Ну-ка подвинься, Эли, я почищу по-быстрому.

* * *

Нириаль и Анель закончили комплектовать полевые аптечки. Бинты и тампоны, порошки и пузырьки с лекарствами – казалось, всё было на месте.

– Одного жгута не хватает! – крикнула Ирель из соседней комнаты.

Нириаль осмотрелась по сторонам, но всё было убрано.

– Значит, без жгута будет, – она пожала плечами. – Да поможет нам Ангел…

Нириаль знала, что ждёт их завтра. Она хорошо помнила тот день, вскоре после того, как она присоединилась к ливьерам, когда Ляля Бимбикен с небольшой группой освобождали политзаключённых из тюрьмы в Набреге. Нириаль готовила ядовитые стрелы – тогда у них ещё не было пистолетов – и должна