Безумыш - Андрей Олегович Рымин

тех, — кивнул Ло на продолжающих истреблять недобитого зверя воинов, — мы — охотники с Гора, недавние предзы. Все, кто выжил. Про тот полис я знаю немного, смогу отбрехаться. Вы с Китаром молчите. Ходили в поход, не успели вернуться, лоскут ускакал.

— А, если не примут? — поспешил я перевести разговор на насущное. — Возьмут снова в полон, как в Архе? Или прикончить решат?

— Тогда откупиться попробуем. Семян под две сотни.

— Отберут, — пробурчал Сепан.

Вот ведь Ло. Как читает людей. Знал хитрец, что охотника не пронять бесовщиной. Сёпу больше волнуют добытые нами богатства, чем какие-то древние колдуны, что меняют тела, как одёжу. Плевать ему на личность командира, если тот командир всем хорош для него.

— Может, и отберут, — согласился колдун. — И придётся отдать, если что. Жизнь дороже. Нам ведь главное — доказать свою ценность. Куриц, несущих золотые яйца, на суп не рубят. Уверен, вопрос я решу.

— Ну смотри, — пожал Сёпа плечами. — Раз ты мудрый такой, разбирайся. С именами что?

— А зачем их менять? Так и будем — Сепан, Китар и Дерхан. Кто нас знает?

— И звучат все похоже, — вставил я. — Можно сказать, что мы все с одного острова, с Муна.

— Так и скажем, если кто спросит. Только ты его отцом будешь, — указал на меня Сёпе Ло. — Чтобы меньше вопросов, откуда у пацана дары и троерост у потолка, как у нас. И у меня, если что, дар — дары свои прятать от видящих и возраст менять. Очень редкий дар. Но, то сам расскажу, если спросят. Давайте-ка вниз уже. Там как раз всё заканчивается.

И действительно, на краю лоскута забой подходил к завершению. Почти доехавшие до башен повозки вовсю поливали большими и обычными стрелами конец травяного поля, где скопился весь оставшийся зверь, никак не решавшийся на прорыв. В основном там собрались копытные. Лани, дикие козы, косули, олени, задевая друг друга боками, постепенно выдавливали друг дружку на отсыпанную щебёнкой полосу, что и так уже была завалена тушами.

На Земле зверя тьма. Что вся зелень тут в три раза быстрее растёт, что животные гораздо быстрее плодятся. За неполную седмицу, вон, сколько рогатых забралось в манок. Подозреваю, что следующая целиком уйдёт на восстановление хорошенько истоптанной и политой кровью ловушки.

— Ты смотри, какой хитрый! — не выдержал я, когда вынырнувший из высокой травы крупный муфр вместо того, чтобы самому бежать к лесу, на стену щитов, начал яриться у края отсыпанной камнем пустой полосы, лупя лапами всех, до кого мог достать.

Замысел хищника был очевиден. Обезумившие от страха копытные забыли сомнения и все разом бросились на людскую цепь рогатой лавиной. Живая волна налетела на стену щитов и, заваливая её дёргающимися в агонии тушами дала муфру возможность проскочить по себе. Зверь влетел на блеющую в предсмертном ужасе гору из тел. Могучий грациозный прыжок — и вот уже избежавший каким-то чудом копий и стрел котяра приземляется на лапы позади строя воинов.

— А вот и наш выход! — скомандовал Ло. — Живо вниз!

Мы спрыгнули с веток и, подхватив копья, рванули наперерез несущемуся к лесу хищнику.

— Внесём свой маленький вклад.

Но мы с Сёпой и так уже поняли, что задумал колдун. Притворимся, что мы только что вышли из леса и помогли, как смогли.

У Муфра не было шансов. Брошенное Ло копьё пронзило зверя насквозь. Подбежав, в два удара мы с Сёпой добили котяру. Дальше прятаться не было смысла. Оттащив от опушки добычу, мы остались стоять на щебёнке с деланым удивлением на встревоженных лицах.

Нас немедля заметили. Строй доделывал дело, но от ближней из башен в нашу сторону сразу же устремился отряд из нескольких воинов. По приказу колдуна мы опустили копья наконечниками вниз и приветственно замахали бегущим.

— Как вы здесь оказались? — ещё издали прокричал вопрос старший группы, на чьём шлеме, опоясывая его, краснела круговая полоска. — Где ваши провожатые?

Вести переговоры само собой взялся Ло.

— Доброго дня, уважаемые! — проорал он в ответ. — Безумно рады вас видеть! Мы не из вашего полиса.

— Понятно, что не из нашего, — фыркнул воин. — Бегом за нами! Заблудшим здесь не место. Как закончим, всё расскажите башенному.

Солдаты окружили нас, взяв под охрану, и мы, подчиняясь приказу, побежали за командиром воинов обратно к башне. Двери той по-прежнему были открыты. Внутри полумрак разгоняли зажжённые по вечернему времени фонари. Половина большого зала, занимающего чуть ли не весь первый этаж, заставлена столами и лавками, другая пустует, если не считать широкий скат лестницы, уходящей наверх и сокрытый в его тени проём со ступенями, уводящими вниз. Мало им самой башни — ещё и подвал нарыли.

— Ждите здесь, — указал воин на ближайшую лавку, а сам бросился наверх по ступеням. — Башенный скоро к вам спустится, — бросил нам солдат, поднимаясь.

Охрана оставлена — стоят у двери, переговариваются о чём-то негромко, косясь то и дело на нас — но оружие отбирать не спешат и своим в нас не тычут. Хороший знак. Человеческий нам полис попался, не Арх. Если к городу подвезут на своём многоколёсном чудовище, и вообще будет здорово.

— Он назвал нас заблудшими, — прошептал Сёпа. — К чему бы оно?

— Ну, так мы заблудились же, — поделился я своим мнением.

— Нет, тут дело в другом, — покачал головой колдун. — Это связано с верой. Здесь, у них, она явно своя. Встречавшие нас солдаты не поняли, кто мы. Подождём их начальство. Судя по всему, башенный — это командир гарнизона. А вот, кстати, и он.

Спускающийся по лестнице в сопровождении нескольких солдат человек от своих спутников отличался только парой красных полосок на шлеме. В остальном та же форма, та же кольчуга и тот же меч в ножнах. Мы встали.

— С какой смерти вас трое? — рявкнул башенный вместо приветствия. — И где провожатые?

Тот же самый дурацкий вопрос, на который у нас нет ответа. Кто у них тут кого куда водит?

— Прошу прощения, уважаемый, — поклонился колдун, — но нам непонятен вопрос. Мы — охотники из полиса Гор. Наш отряд не успел вернуться на лоскут до скачка. Мы трое — единственные, кто смог пережить ожидание нового полиса.

— Всемогущая Жизнь… — округлились глаза