Осколки. Мир первый: Деймос - Игорь Николаевич Конычев

взгляд его бегал, шаги были нерешительными. Озираясь, колдун приблизился. Я заметил, что он старается не смотреть на Хозяйку костей.

— Госпожа! Великая честь для… — Грант бухнулся на колени перед троном.

— Встань. — Жестко велела Хозяйка.

Некромант послушно выпрямился.

— Вы сражались против паладинов. Отнимали жизни и проливали кровь. — Хозяйка костей сделала паузу. — Как любой может пролить кровь врага, так лишь верный способен пролить кровь союзника…

Грант попятился.

— Скрепите клятву кровью. — Эти слова женщины предназначались уже не Гранту. Она обращалась ко мне и Реквиему.

Не знаю, требовал ли этого ритуал или же Хозяйка костей решила проверить меня, но я сделал то, чего хотел еще на заснеженной горной вершине.

Алым росчерком Реквием рассек воздух, и голова Гранта покатилась к подножью трона.

— Теперь вы едины. — Удовлетворенно кивнула Хозяйка костей.

Не успела она договорить, как Реквием впитал кровь колдуна. Свечение по кромке усилилось, да и сам меч изменился — он увеличился в размерах, став полуторным, а на клинке проступили алые символы.

Мы едины. Воля клинка больше не казалась мне враждебной. Он, наконец, успокоился в моей руке. Но надолго ли?

Я отпустил Реквием и тот исчез, в этот раз скрывшись в красном тумане.

Когда я отвел взгляд от испаряющегося тумана, то увидел, как тело Гранта поднимается, а его конечности с треском изгибаются под неестественными углами. Извиваясь и дергаясь, как уродливый паук, оно вылезло из окровавленной одежды и направилось в сторону трона, прихватив с собой и голову.

Роняя капли крови то, что совсем недавно было человеком, присоединилось к отвратительному трону Хозяйки костей, затерявшись в бесконечном сплетении обезображенных тел. Женщина только взглянула на валявшуюся на полу робу некроманта, как та вмиг сгорела в зеленом пламени.

Ничего в зале больше не напоминало о Гранте.

Жалел ли я его? Нет. Винил ли я себя в его смерти? Тоже нет.

— Что ты чувствуешь? — Хозяйка костей уставилась на меня.

— Ничего. — Спокойной ответил я.

— Хорошо. — Удовлетворенно кивнула женщина.

Больше она ничего не сказала. Просто сидела на троне и смотрела прямо перед собой.

Полагаю, аудиенция закончена. Еще не решив, что делать дальше, я еще раз склонил голову и собирался уйти, когда меня остановил голос Хозяйки костей:

— Мой муж… он сказал тебе что-нибудь прежде, чем отдал свой меч?

— Он сказал, что я должен убить Алого Стража, — я вновь повернулся к ней.

— Месть, — женщина удовлетворенно кивнула. — Она сладка.

— И еще… — я помедлил, размышляя, стоит ли рисковать. Но быстро решился — все или ничего. — Он просил меня спасти Катерину. — Закончил я…

…и стены зала содрогнулись.

Хозяйка костей вскочила на ноги, исчезла, будто ее и не было у трона, а потом появилась прямо передо мной. Черные глаза впились в мои, в нос ударил запах тлена, кровь похолодела в жилах.

— Он не мог этого просить. — Прошипел она, впервые продемонстрировав яркую эмоцию — злость.

— Я не осмелился бы лгать вам, — солгал я, надеясь, что она меня не раскусит.

Хозяйка костей еще несколько секунд пыталась прожечь меня взглядом, но я выдержал ее взгляд. Тогда она снова исчезла и перенеслась обратно к трону.

— После всего, что она сделала… — женщина облокотилась на уродливую спинку из переплетенных тел. — Он так и не смог возненавидеть ее… Аларик, мой бедный муж продолжил любить наше дитя, даже когда Катерина обрекла его на смерть. И даже в смерти он не забыл о дочери… — Хозяйка костей прикрыла глаза и замолчала.

Наверное, она обрадовалась бы, узнав, что это ложь. Но я не собирался давать этой ведьме повода для радости. У меня только один шанс помочь Катерине, и я им воспользуюсь.

— Оставь меня. — Не открывая глаз, приказала Хозяйка костей.

Я подчинился и покинул тронный зал, скрывая ухмылку — этот раунд за мной.

* * *

У ворот меня встретила молодая девушка с сединой в грязных взъерошенных волосах. Лохмотья едва скрывали ее молодое тело, которое покрывали синяки, ссадины и порезы. На тощей шее висел массивный ржавый ошейник. Она неотрывно смотрела в пол и изъяснялась только жестами призывая следовать за ней.

Позвав щенка, я отправился за незнакомкой. Призраком она скользила по темным коридорам, уводя меня все глубже в подземные катакомбы. Она молчала, и я не пытался начинать разговор.

Мы остановились у тяжелой двери. Девушка распахнула ее, жестом приглашая меня войти. Внутри оказалось не слишком просторно и уютно, но в каменной келье было все что требовалось для отдыха. Даже светильник в виде черепа.

— Спасибо, — поблагодарил я, и шагнул в помещение.

Девушка скользнула следом и уселась на кровать, положив руки на изодранные острые коленки.

— Эм… это моя комната? — поинтересовался я. не совсем понимаю, что происходит.

Она кивнула, не поднимая глаз.

— Ты тоже тут живешь?

Покачала головой. Значит, нет.

— Тебе есть куда идти?

Кивнула.

— Тогда иди к себе.

Замотала головой быстро-быстро. Шмыгнув носом, девушка легла на кровать, приглашая меня лечь рядом.

Теперь я понял, что значит «гостеприимство» некромантов. От осознания стало противно.

— Нет. — Сказал я куда жестче, чем следовало.

Девушка вздрогнула и вскочила. Она так и не посмотрела на меня. Подойдя ближе, я взял ее голову за подбородок и немного приподнял, чтобы рассмотреть лицо. Впалые щеки, сухие потрескавшиеся губы и полные ужаса глаза. Она даже не пыталась выдержать мой взгляд, глядя куда угодно, но не на меня.

— Как тебя зовут?

Качает головой. Никак? Или не хочет говорить…

— Ты не хочешь говорить со мной?

Снова «нет». Смущаясь, и дрожа от страха, она открыла рот и показала мне обрубок языка.

Я отпустил девушку, позволив ей снова спрятать лицо в волосах.

— Ты рабыня?

Кивнула. Уверенно. Один раз.

— Уходи. — Велел я.

Девушка опрометью бросилась к двери, но я окликнул ее:

— Стой. Ты голодна? Возьми, что хочешь.

Она замерла. Нерешительно приблизилась к столу. Осторожно взяла лепешку и спрятала в лохмотьях.

— Теперь можешь идти. Если некроманты спросят, то я скажу, что получил от тебя все, что хотел.

Девушка благодарно кивнула, а потом осторожно показала мне на кувшин на углу стола. Ткнула в него пальцем, потом указала на меня и покачала головой, сложив руки на груди.

— В воде что-то есть? Что-то