Принцесса Трои - Гейл Карсон Ливайн

я до нее доберусь, на ногах живого места не останется – если я вообще до нее доберусь.

Когда я вошла в море, вода приятно приласкала измученные ступни. В преддверии рассвета небо начало сереть. Я зажала в зубах оставшиеся стрелы и поудобнее ухватилась за щит. С этой стороны волны были не такими сильными, да и я теперь была опытной морской брыкальщицей. Если представится шанс, я обязательно научусь плавать и все племя тоже заставлю этому научиться.

Волов, которые тянули деревянного коня, сопровождала пятерка греческих воинов. Наверняка им оставили лодку, и плыть они будут в этом направлении, так что мы вполне могли столкнуться друг с другом по пути в Трою. В этот момент я пожалела, что оставила копье на корабле.

Но когда я добралась до берега, лодки там не было. Я предположила, что воины спрятались вместе с быками где-то возле Трои. Зачем дважды ходить туда-обратно, если в этом нет необходимости?

Заткнув стрелы за пояс, я трусцой побежала вперед, но через несколько минут мне пришлось остановиться и ослабить ремешки сандалий, так как лодыжки начали кровоточить. На ступнях вздулись волдыри. Я снова двинулась вперед, но обувь стала натирать только сильнее. Тогда я сняла сандалии и зашвырнула их как можно дальше. Теперь, оставшись босиком, мне приходилось осторожно выбирать дорогу, и я все еще прихрамывала, но все равно так было во сто крат лучше. Небо над головой стало розоветь.

Наконец-то я увидела Трою. Пробежав еще немного, я смогла различить и силуэт коня, оказавшегося почти одной высоты с городской стеной. Еще через несколько минут я расслышала отдаленные голоса.

К тому моменту как я дохромала до стены, между лошадью и воротами уже собралась целая толпа. Кассандра и Эвр стояли в стороне от остальных, рука бога лежала у девушки на плече. Должно быть, она уже подала мне сигнал и не услышала ответа.

Если бы не конь и не грек, о котором предупреждала Кассандра, меня бы точно заметили: одетую в греческую тунику девушку с коротко обрезанными волосами и окровавленными ногами. Но сейчас кроме Кассандры и Эвра в мою сторону никто даже не посмотрел.

Я так привыкла к тому, что моя подруга знала о грядущих событиях, что совсем забыла, что она больше не может предсказать мое будущее, как и будущее Гелена. Когда она меня заметила, то улыбнулась так же широко, как после моего спасения.

Кассандра бегом бросилась ко мне.

– Я испугалась, что греки тебя убили.

Она так за меня радовалась, хотя ее собственная смерть теперь была неотвратима.

– У нас не было шансов, – добавила она.

Я не смогла придумать ничего обнадеживающего, поэтому просто ее обняла. Затем огляделась по сторонам.

Елена стояла под лошадью и улыбалась, глядя на ее брюхо.

Грек – лжец – говорил с Приамом. Он оказался худощавым молодым человеком с жидкой бородкой.

– …и вот как они со мной поступили! Царь, вы известны своей добротой. Возьмете ли вы меня к себе?

Приам кивнул.

– Ты достаточно настрадался.

К царю, опираясь на трость, приблизился пожилой мужчина, следом за ним шли двое юношей.

– Господин?

Приам обернулся.

– Да, Лаокоон?

Я помнила рассказ Кассандры. Старик, видимо, был жрецом Аполлона. Сердце забилось быстрее, Кассандра сжала мою руку.

– Мы с сыновьями сомневаемся в правдивости этой истории.

Люди вокруг закивали.

Старик продолжил:

– Я чувствую присутствие Аполлона, и он увещевает нас не доверять этому человеку.

Один из сыновей добавил:

– Какой вред может быть от того, что мы оставим коня за стенами на одну ночь? Он не сгниет настолько быстро.

Через мгновение произойдет то, что Кассандра не могла предвидеть, – событие, по ее мнению, посланное богом или совершенное Геленом, которое повергнет всех в ужас.

Приам кивнул.

– Осторожность не повредит. Пусть твои сыновья…

Земля изогнулась волной, словно мы были на море. Мы с Кассандрой и Эвром отступили к стене Трои. Сердце мое, казалось, готово было вот-вот выпрыгнуть из груди.

Люди в панике бросились бежать – к коню, прочь от него, сквозь ворота в Трою. Какой-то мужчина подхватил Елену на руки и помчался прочь от города. Последними из бегущих к воротам оказался жрец, один из сыновей поддерживал его, другой бежал рядом.

Ай! В нескольких шагах от наших ног разверзлась пропасть. О нет! Из разлома поднялись две змеи, я даже подпрыгнула от испуга. Покрытые пурпурной чешуей, с огненной гривой и копьями вместо зубов, каждая из них была длиной с греческий корабль. Бок о бок чудовища метнулись вслед за троянцами, бегущими к воротам.

Лаокоон прокричал:

– Посейдон!

Одна змея заглотила жреца и сына, который его держал. Другая проглотила второго юношу.

Твари нырнули под землю, и та снова сомкнулась за ними. Трава осталась нетронутой, словно ничего и не случилось.

Те, кто находился за пределами Трои, кричали и визжали. Я с трудом пыталась восстановить дыхание.

Кассандра, покачиваясь, держалась за голову, а смуглое лицо Эвра стало пепельно-бледным.

Троянцы уже принялись лихорадочно толкать коня к воротам: на это потребовался не один десяток мужчин, и их мышцы все равно раздувались от усилий. Голова коня оказалась всего на несколько дюймов ниже каменного потолка городских ворот.

Елена побежала к Трое, держа за руку унесшего ее мужчину.

Кассандра перестала покачиваться и опустила руки.

– Рин, я думаю, это дело рук Посейдона. Морские змеи подчиняются ему, и он покровительствует грекам.

И убивает ради них!

– Ступай к своему отряду. Когда я окажусь на корабле со своим поработителем, мне хотелось бы думать о твоей свободе.

– Скоро, – соврала я. За время, оставшееся до вечера, когда к городу подступит греческая армия, я принесу свой горит и побольше стрел, чтобы иметь возможность сражаться.

Мы втроем отстали от толпы, входящей в Трою. Я услышала отдаленный грохот, словно барабанный бой. Неужели греческие или троянские боги задумали что-то еще? Что еще они не успели разрушить?

Стоило нам оказаться в городе, к Кассандре тут же подбежала Майра. Конь полностью перекрыл узкую улицу. Как близко я могла к нему подобраться? Я мысленно проклинала неуклюжий греческий лук.

Троянцы выкатили коня на площадь перед дворцом Приама. Вынесли жаровню, зажгли благовония. Какой-то мужчина выкрикивал молитву, умоляя Афину простить их нерешительность. Еще трое поспешили во дворец и вернулись с барабанами, лирой и флейтой.

Я начала отходить от Кассандры и Эвра, но она это заметила и пошла следом, а за ней увязались и Эвр с Майрой.

– Рин!

Я подождала, пока она подойдет.

– Не надо!

– Гектор просил меня быть твоим другом.

– Но он не