Блуждающий дух. Ветра прерий - Татьяна Кагорлицкая

рисуя на её поверхности простой узор, который тут же исчез, поглощённый набежавшей волной. Если бы Джейн путешествовала одна, то непременно искупалась бы. Ей и сейчас нестерпимо захотелось окунуться, несмотря на риск попасться на глаза кому-то из мужчин.

Со стороны лагеря послышалось требовательное ржание. «Кому-то ещё не терпится освежиться? – улыбнулась она. – Хм… Бурбон проделал долгий путь, он тоже заслужил отдых». Недолго думая, Джейн вернулась за мустангом. Пока она отвязывала его, Бурбон пристально наблюдал за каждым её движением.

– Что? – она вскинула бровь. – Оцениваешь, достаточно ли я хорошо справляюсь с тем, чтобы развязать узел?

Раньше ей казалось, что по морде лошади невозможно прочесть, что она думает. Точнее, Джейн вообще не взялась бы утверждать, что лошади в принципе способны думать. Теперь ей пришлось пересмотреть своё отношение к этому вопросу, поскольку Бурбон, вне всяких сомнений, на всё имел своё мнение и в настоящий момент поглядывал на хозяйку с весьма коварным видом. Джейн провела ладонью от его лба к носу. Чёрная блестящая шерсть ощущалась почти как шёлк.

– Ты ведь не замыслил ничего такого? – спросила Джейн. – Хотя не признаешься, даже если замыслил.

Она сняла упряжь и повела его к озеру. Мустанг послушно следовал за ней, впрочем, попыток сбежать он и не делал с тех пор, как Куана нашёл к нему подход. Завидев озеро, Бурбон припустил быстрее. Его ноздри раздувались, а лёгкое дуновение колыхало гриву, заплутав в чёрных прядях.

– Вижу, и тебе здесь нравится, – улыбнулась Джейн. – Давай-ка сполоснём тебя хорошенько.

Сняв обувь, она зашла в озеро по колено. Прохладная вода заколола кожу. Бурбон, внимательно прощупывая дно копытом, последовал примеру хозяйки. День выдался почти безветренным, поэтому и волны поднимались совсем не высоко, не мешая стоять. Джейн вытащила из дорожной сумки тряпицу, намочила её и принялась растирать коню бока.

– Ты у меня станешь самым красивым скакуном во всей Америке!

Мустанг вытянул шею и слегка пожевал губами, словно хотел сказать, что он и так самый красивый. Ухаживать за ним было Джейн в удовольствие. Она отчистила его шерсть, а потом ласково пригладила гриву.

– Вот, только полюбуйся!

Будто догадавшись, о чём она говорит, Бурбон ткнулся мордой в своё отражение. Вода пошла мелкой рябью. «До чего смышлёный! – умилилась Джейн. – А ведь если бы не он, я бы сейчас лежала с перерезанным горлом… Когда Карла подкралась с ножом, Бурбон почуял угрозу раньше меня и не убежал, попытался защитить!..»

Закончив с мытьём, Джейн вывела жеребца на берег и отпустила побегать вволю. Она знала, что он обязательно вернётся к ней. За недели, проведённые в пути, Бурбон стал ей верным другом, хоть и не упускал случая продемонстрировать вредный нрав. Примостившись на плоском валуне, Джейн опустила ноги в воду. Слушая шёпот волн, она представила, что находится вне времени и пространства, в волшебном месте, где нет ни погонь, ни борьбы, ни опасностей. На несколько минут все мысли улетучились из головы. Под руку подвернулся небольшой гладкий камешек. Джейн бездумно повертела его в пальцах, а затем, взглянув вниз, заметила ещё несколько таких же рядом. Все они, плоские, обточенные водой, походили друг на друга. Она попробовала установить один поверх другого. Затем – третий. С четвёртым дело пошло уже сложнее: он начал покачиваться и едва не соскользнул. От усердия Джейн даже высунула кончик языка, не замечая этого. «Теперь пятый… – Выверенными, аккуратными движениями она прилаживала камешки. – Получилось!»

Её охватило приятное воодушевление. Так она радовалась ещё ребёнком, когда удавалось смастерить новую игрушку. Маленькая хрупкая пирамидка, чудом хранящая равновесие, показалась ей напоминанием о беззаботных днях, оставшихся в давно минувшем детстве. «Как будто я дома… – А следом пришла и другая мысль. – Я действительно дома? Возможно…

Отчасти». Эта догадка стала неожиданностью для Джейн. Она не без удивления осознала, что за время путешествия не только привыкла к новой действительности, но и успела немного проникнуться ею. «В этом мире по-прежнему много чужого и непонятного… Однако мне нравится в этих краях, – призналась она себе. – Я всегда считала, что не привязана ни к одному месту, а здесь мы как раз в движении, кочуем от стоянки к стоянке. Это требует большой выносливости, зато сколько нового и впечатляющего я увидела!» Отправляясь с отцом и братьями через океан, Джейн верила, что сможет обрести дом, создать его своими руками. Теперь же она задумалась о том, что, возможно, её судьба – это странствия. «И всё же надеюсь, что дверь в прошлое не закрыта… – Вздохнув, Джейн подобрала ещё несколько камешков и машинально опустила в сумку. – Лишь бы Куане удалось узнать, как управлять артефактом».

* * *

Вечером на лес опустилась прохлада. Чтобы не замёрзнуть, Джейн устроилась у костра. Пламя уютно потрескивало, искры поднимались вверх, рассеиваясь в сумерках. Наблюдать, как они вьются в воздухе в причудливом танце, можно было бесконечно. Мужчины уже поужинали и разошлись по палаткам, но Джейн, обычно не имевшая ничего против уединения, на этот раз не хотела коротать время в одиночестве. Сердце просило, чтобы спутники разделили с ней этот тихий вечер под открытым небом. Позвав их, Джейн с улыбкой наблюдала, как Джереми, Куана и Ривз с некоторым недоумением возвращаются к костру, гадая, зачем понадобились все разом.

– Что-то стряслось? – сразу обеспокоился маршал.

– Ничего. Просто подумала, почему бы не посидеть у огня вместе?

– И раскурить трубку мира? – Джереми покосился на Куану и фыркнул.

– Можно сделать так, как ты говоришь, Джейн Хантер, – спокойно проговорил тот. – Духам угодна твоя просьба.

Индеец без лишних слов опустился неподалёку от неё, скрестив ноги.

– Не собираюсь я тратить время на посиделки с краснокожим! – сразу же заявил Джереми.

– Хотя бы раз попробуйте обойтись без таких комментариев, мистер Бейкер, – попрекнула Джейн. – Хватит делить нас на тех, кто достоин вашей компании, и на тех, кто не достоин.

Пока он недовольно прохаживался взад-вперёд, Ривз сел рядом с Куаной.

– Только недолго, мисс Хантер. Темнеет и холодает здесь быстро – не заметите, как застудите спину.

– Вам лишь бы побурчать, – беззлобно подколола она маршала, на что он молча покачал головой.

Наконец, Джереми тоже занял своё место у костра. Все погрузились в молчание. Поначалу – натянутое, неестественное, словно никто не понимал, почему находится здесь и как себя вести. Но с каждой минутой природа этого молчания менялась. Наблюдая за языками пламени, дрожащими на слабом ветру, путники перестали думать о том, насколько разношёрстной получилась их компания. Питер придвинулся к источнику тепла, ощущая, как застарелые раны начинают ныть меньше. Куана расслабленно созерцал танец огня, вспоминая о