Призыватель нулевого ранга. Том 2 - Дмитрий Валерьевич Дубов

— Короче, Макс, приходи, мы тебе всё расскажем, а ты там сам будешь принимать решение. Хорошо? — голос Дэна был серьёзным, без капли иронии или двойного смысла.

— Хорошо, — я снова вздохнул, понимая, что отдохнуть мне предстоит ещё не скоро. — Когда подойти?

— Чем раньше, тем лучше, — ответил Дэн. — Когда сможешь?

— В течение часа, — ответил я и дал отбой.

— Ничего себе, — сказал на это Кир. — У тебя полиция помощи просит⁈

— Пока договариваемся, — ответил я уклончиво. — Так что возьмёте с собой прибор измерения времени? — и только потом подумал, что такой прибор называется часы. Нет, тут надо было что-то более серьёзное. — Такой прибор, чтобы можно было бы сравнить течение времени снаружи и внутри.

— Да, — кивнул Кир. — Возьмём. Я понимаю, что обижаю вас своим неверием, но всё это настолько… удивительно, что это выше моего воображения.

— Ничего, — усмехнулся я. — Там всё поймёте.

* * *

— Я не совсем понимаю, как это всё вам рассказывать, — начал Кир свою речь перед группой призывателей, которых собрал для экспедиции в данж. — Но для начала позвоните своим родным, и скажите, что вернётесь через неделю-две.

— Это ещё зачем? — прокричал самый молодой, но наглый призыватель. — Мы договаривались на двое суток.

— Значит, на месяц, — уже себе под нос произнёс Кир, а громче добавил. — В данже есть временная аномалия. Из-за этого по данным время внизу идёт гораздо медленнее, чем тут?

— Это тебе кто сказал? — снова выпендрился молодой, который только в этом году стал призывателем и сразу — третьего ранга.

— Макс Грушин, — ответил ему Кир.

— Это тот убийца что ли? — скривился молодой.

— У вас устаревшая информация, — начальник группы сразу стал серьёзным. — Он спас несколько человек, а обвинения с него сняты. Он — герой.

— Ага, — молодой сплюнул под ноги. — Смог подкупить судью и сразу герой. Я тоже так могу. Давайте посмотрим, кто на что действительно горазд!

Необходимую аппаратуру всё-таки взяли. Шли по коридорам достаточно долго. Но Кир пользовался подсказками, которые нарисовал ему Макс Грушин. И подсказки эти работали на все сто процентов. Столь подробной карты данжа начальнику группы видеть ещё не приходилось.

И в какой-то момент они дошли до «вонючего» туннеля, как обозначил его Макс. Но они взяли специальные маски, чтобы нивелировать запахи. А затем и спустились вниз со специальным устройством, чтобы никто не поранился.

Разговор в пиццерии оказался настоящим подарком для группы. Всё, что можно было предусмотреть, было сделано. В таких условиях работать было куда легче, чем в неизвестности.

И когда все спустились в зал, сделанный неизвестными предками, призыватели замерли. Перед ними раскинулось поле битвы. Мерзкая жижа, а из неё торчат кости. Иногда целые части скелетов выпирали наружу.

И молодой призыватель, который до этого постоянно понтовался, вдруг осел.

— Это чего, — произнёс он дрогнувшим голосом. — Это он тут всех завалил? Макс этот?

Ему никто не ответил. Все в находились в глубоком шоке, видя, поле битвы. Тысячи, десятки тысяч тел. Расплавленных и уничтоженных.

— Мог ли это сделать человек? — наконец, выдавил из себя Кир.

Глава 19

По пути из пиццерии, где мы встречались с новым командиром группы призывателей, к следователям, я думал.

Мне было очень некомфортно, и причиной тому был только один предмет. Артефакт, поднимающий мертвецов. Который просто так лежал у меня в духовке, внизу, в дальнем углу у форсунок.

Насколько я понимал, этот камень мог принести серьёзные проблемы, если не всей империи, то, например, Канду — точно. Одним словом — стрёмная штуковина, как иногда говорил Лёха.

И лежала она в квартире, в которую за последний месяц уже дважды наведывались неизвестные люди. Нет, артефакту там не место. Но где мне его хранить?

Доверить кому-то я не могу. Банковские ячейки — ну это вообще не серьёзно. Таскать с собой? Исходя из того, что со мной происходило в последний месяц — сущее сумасшествие.

В сознании зрела одна основная мысль — нужно избавиться от артефакта, как можно скорее. Но каким образом? Вот тут пока ясности не было. А ещё в пику ей потихоньку точила и другая: а вдруг этот камень пригодится мне самому? Как уже пригодился камень искривлённого пространства, чтобы не пустить полчища нежити наверх.

«Йонир, а ты как считаешь? — поинтересовался я, и изложил ему суть своих мысли. — Просто пока у меня ощущение, что я в собственной квартире храню бомбу замедленного действия».

«В этом ты прав, — согласился демон. — Артефакт и правда очень нехороший. Даже в моём понимании это ужасная вещь. И по поводу „пригодиться“, я даже не знаю, — Йонир на некоторое время замолчал. — Если ты и сможешь им воспользоваться, то станешь таким же двинутым на всю голову, как и Архат».

«Это понятно, — ответил я, попутно наслаждаясь тёплой погодой и свежей зелёной листвой, — но делать-то с ним что? Даже, если уничтожить, то как?»

«Когда в следующий раз будем в данже, могу попробовать его расплавить, — ответил демон, но, как я понимал, у него чёткого плана тоже не было. — А вот, если не получится, даже не знаю».

«Ясно, — мысленно проговорил я. — Будем считать, что этот вопрос остаётся в актуальной повестке. И оба будем думать. Но из-за того, что он лежит у меня дома, мне неспокойно».

«Ещё бы, — хмыкнул на это Йонир. — Я бы вообще не хотел иметь дело с подобной штукой».

Так, незаметно, за разговором с демоном и собственными мыслями я пришёл в следственное управление. Меня пропустили без разговоров, так как на меня уже был заказан пропуск. Да уж, когда меня привезли сюда впервые, я и подумать не мог, что потом буду сюда ходить для оказания помощи.

Миллер показал мне, чтобы я подождал, выставив два пальца, и я едва сдержался от мрачной ухмылки, так ещё свежи были воспоминания о том, как этот самый жест воспринял демон.

Когда следователь освободился, он пригласил меня в кабинет и усадил на стул. Через минуту в кабинет пришёл и его напарник, который при первой встрече давил на меня, чтобы я признался в том, чего не совершал.