Последнее звено - Владимир Лещенко

ибо не раз позволял слишком резкие высказывания об умственных способностях вышестоящих командиров.

–Ты по-прежнему в Страже?

–В ней, как видишь, –подтвердил ант. Ну, кому-то ж надо и «косматых» гонять, так ведь?! А ты как? Все чего-то изобретаешь??

–Не изобретаю – изобрел, –сообщил генерал. Новый огнестрел. Вот как раз готовимся испытывать...

Заинтересовавшись, Торнан проследовал за Беркосом на задний двор.

Там его глазам предстало водруженное на три колеса занятное сооружение: медный кувшин с доброго поросенка, чья горловина была замысловато выгнута, наподобие изготовившейся к прыжку скальной кобры.

Сзади к нему были приделаны большие меха с длиннейшими рычагами.

По команде Беркоса солдаты запалили трут, прицепленный на далеко выступающий крючок, припаянный к раструбу, заткнутому деревянным клинышком, потом дружно навалились на рычаги.

Казалось, кожаный мешок сейчас лопнет как раздувшаяся от натуги жаба. Но тут что-то хлопнуло как удар бича, пробка вылетела из горловины, и огненный плевок, пролетев шагов сорок, растекся по стене багровой коптящей кляксой.

Горела она довольно долго, не растекаясь, как обычно бывает, когда разбивался горшок с нефтью.

–Что за пакость ты в него залил? –осведомился Торнан.

–Земляное масло, –улыбнулся Беркос.

–Горит оно как-то не так, –выразительно зыркнул на приятеля Торнан.

–Верно. Потому как не простое, а разбавленное. А знаешь чем? Не поверишь! Клеем сваренным из костей и копыт -каким столяры да сапожники пользуются! Представляешь, липнет теперь к чему угодно и не смывается водой. Попал в корабль –считай все покойники! Ты подумай –ведь через пару лет твою Стражу можно будет распускать! Конец норглингам!

–А ты вот про другое подумай, – пожал плечами Торнан, –что будет, когда у норглингов такие вот штуки на каждом драккаре стоять будут?

–Шутишь, брат? – искренне рассмеялся генерал, –Этим дикарям до такого не додуматься ни за что!

–А ты вспомни – когда морякам дали те палубные арбалеты на вертлюгах, что за один раз по десятку болтов выпускали, тоже так говорили. Это ж было в тот год, когда я на службу попал. Ну и что? Только вспомню, как Торфин Лысый теми арбалетами нас у Белой Скалы приветил – до сих пор сердце екает.

–Узнаю настоящего вояку! – засмеялся генерал. Нет хуже, как вам про новшества говорить! Вам быволю - так бы век дубинами и дрались! Ладно, заходи как-нибудь ко мне домой, побеседуем, старое вспомним…

Распрощавшись со старым приятелем, Торнан добрался до канцелярии Стражи Севера, и осведомился у дежурного – пожилого одноглазого фельдфебеля, как ему поговорить с кем-нибудь из начальников.

Тот сообщил, что сегодня на службе никого нет, правда несколько офицеров обретаются в канцелярии: может досточтимый капитан обратиться к ним и все выяснит?

За указанной дверью сидел молодой –лет двадцати, пухлощекий поручик, меньше всего похожий на воина одной из лучших частей армии Кильдарга.

–Капитан Торнан, Гормарский полк, второй манипул, – по-уставному сообщил он. Кому я могу доложить о себе??

–Постойте-ка, постойте, капитан, –развязно ответил офицерик, картинно отставляя мизинец украшенный сапфировым перстнем. Как выговорите, вас зовут? Припоминаю…

Он тут же подбежал к стеллажу, заваленному свитками и разбухшими томами, принялся шарить среди них.

–Вот, извольте, –самодовольно сообщил он, разворачивая обтрепанную бумагу. Список уволенных из Стражи без выходного пособия и почетной пенсии.

Так… старший солдат Хнабу, Хроллс, прапорщик… Вот, посмотрите сами, ежели читать умеете – Торнан, капитан…

Торнан последовал совету поручика, поднес бумагу к глазам.

Все точно –уволен как пренебрегающий службой без уважительных поводов, с лишением чина и выслуги…

–Это какая-то ошибка, – твердо заявил ант.

–Что значит –ошибка?! – взвился поручик. Вот тут и подпись начальника стражи, и печать! Устав забыли?? Отсутствующие шесть месяцев на службе без данного командованием разрешения подлежат увольнению…

–Да я выполнял поручение храма Тиамат! – взвился Торнан. Об этом должна быть запись – все было утверждено...

–Этими вашими храмовыми делами будете другим головы дурить, – важно бросил сопляк. Это раньше было непонятно: где кончаются вольности храмов и своеволие подданных и начинается власть короля! Теперь все будет по-другому! Впрочем, ты конечно можешь обжаловать приказ…

–А деньги?? – зачем-то спросил Торнан, и почувствовал себя идиотом.

–Какие еще деньги? Ах, жалование? Ну и какое еще жалование тебе нужно? Скажи спасибо, что под суд не отдали! –вальяжно откинулся в кресле его собеседник.

Махнув рукой, северянин поплелся к выходу.

–Постой-ка!

–Ну что еще??

–Сдай знак офицера, чужеземец, – презрительно бросил поручик. Ты больше не имеешь права носить его.

Торнан равнодушно снял жетон, и аккуратно положил перед юнцом.

–Теперь можешь проваливать, – лениво бросил тот. И вообще, –бросил поручик. Давно пора вас, зверей, перестать набирать в войско – и без вас справимся.

Торнан вздохнул, тяжело нависнув над столом, в который уперся обеими руками. Поручик тревожно заерзал – а вдруг оскорбленный дикарь хочет его зарезать??

–Ты все же зря со мной так, – пожал плечами Торнан. Имей в виду – мой лучший друг граф Беркос –слышал может быть