Кровь и сталь - Хелен Шойерер

и обводя зал пронзительным взглядом. Хоть внешне он казался жестоким, от дерзкого огонька в его глазах Тея ощущала прилив энергии, ее тело наполнялось теплом. Она повернулась в его сторону, и ее охватила легкая дрожь.

Осирис поднял свой кубок и прокричал:

– За возвращение Хоторна!

Все присутствовавшие поспешили повторить тост, по залу пронеслось оживление.

Рука Смерти наблюдал за происходившим, кровь врагов все еще была на его ботинках.

– Как думаешь, скольких монстров он убил? – Тея не сводила глаз с воина, в памяти мелькнуло гадкое воспоминание о сердце тенетворца.

– Кого волнуют монстры? – фыркнула Самра. – Что насчет женщин? Взгляни на эту челюсть, эти плечи… Взгляни на его формы… Пусть убьет меня, когда хочет.

Ида рассмеялась:

– Сам, оставь свои влажные мечты при себе.

– С чего бы? Мужчины этого никогда не делают. И я вообще удивлена, что Хоторн жив, его должны были повесить как…

– Сам! – рявкнула Тея. – Он Боевой Меч Тезмарра, прояви каплю уважения.

Самра закатила глаза:

– Если ты дала дурацкий обет безбрачия, это не значит, что остальные не должны развлекаться.

– Я не давала обета безбрачия, – с горечью произнесла Тея, ее тело напряглось. – Я просто…

Рен опустила руку на ее плечо и сжала его:

– Ты не виновата в том, что Эвандер оказался придурком.

– Полный идиот, – добавила Ида.

Возникла неловкая пауза. Сам кивнула и произнесла:

– Первоклассный ублюдок.

На душе Теи потеплело оттого, как разговор об ученике Мастера Конюшни сплотил подруг, но она отмахнулась:

– Прошло уже много лет.

Сам пожала плечами:

– Но он так и остался ублюдком.

Тея выдавила улыбку, но плечи ее поникли, когда она вспомнила его слова.

«Меня не интересуют воины. Ты и так скрываешь свою красоту под мужской одеждой и грязью… Ты понравилась мне, когда была алхимиком. Но если ты собираешься практиковаться с оружием и всюду носиться, как парень… Еще и учитывая пророчество…» Он сказал ей эти слова, когда она поделилась с ним своими мечтами. Тогда ее мир остановился.

Тот разговор оставил после себя смешанные чувства ярости и разочарования. Тея сидела с сестрой на утесе и плакала в ее плечо, а затем решила оставить эти отношения позади. Единственный обет, который она когда-либо давала, – это обет самой себе; она решила сделать все для того, чтобы стать на путь Боевого Меча. Что касается парней, то после разрыва с Эвандером у нее были еще, но все эти отношения были мимолетными, а все парни – одинаковыми. Эвандер и все остальные были испуганными мальчишками из крепости, никак не мужчинами. Рен однажды сказала Тее: «Настоящий мужчина не бросит тебя в бою и не будет сражаться вместо тебя. Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

Такого мужчину Тея пока не встретила.

Все вокруг Теи увлеченно беседовали. Обсуждали не только возвращение Хоторна.

Недавно после сражений с угрозой к югу от зимнего королевства Авеум вернулся отряд воинов, пользовавшихся популярностью. И теперь девушкам за столом не терпелось обсудить, как они изменились.

– Грудь Рейнора определенно стала шире, – ухмыльнулась Самра, поиграв бровями.

– Надейся, – возразила Ида. – Вспомни, там и раньше смотреть было не на что.

Рен прыснула:

– Не будь злюкой. Ему всего-то двадцать. В любом случае Сам нравятся парни постарше, он для нее маловат, – добавила она, наливая еще одну кружку эля.

Сам откинула назад свои волосы вишневого цвета и положила руку на грудь, изображая боль.

– Рен, ты меня ранишь.

– А что насчет тебя, Алтея-Девять-Жизней? Кто-нибудь приглянулся? Любой на твой выбор.

Услышав прозвище, Тея прищурилась, отчего порез на щеке защипало. Подруги стали называть ее так за то, что она годами вела себя безрассудно и нарушала законы Гильдии. Сегодняшнее происшествие – очередное тому подтверждение.

Алтея-Девять-Жизней. Она ненавидела это прозвище. Во-первых, оно словно делало ее самой глупой девушкой в компании… Во-вторых… Ей нравилось думать, что у нее больше девяти жизней.

Не сводя взгляда с Боевого Меча, сидевшего за главным столом, она положила себе еще одну порцию рагу.

– Нет, – сказала она, вздернув подбородок. – Почему меня должно интересовать что-то помимо кратковременных физических удовольствий?

Сам фыркнула:

– Ты просто не встретила того самого.

– Это все пустая трата времени. Работа у Фариссы и Одры, тренировки, прочие дела – у меня просто нет времени на какого-то глупого мальчишку. У меня куча дел, целей, которые я хотела бы осуществить…

«И мало времени», – подумала Тея. У остальных впереди целая жизнь, у нее же было всего три года. И, во имя богов всех королевств, тратить эти годы впустую она не собиралась.

– Моя самая главная цель…

– Ах, ну конечно же, твоя цель… – Рен покачала головой и сжала переносицу, словно многострадальный старец. – Тея, они никогда не позволят тебе стать одной из них. Ни за что в жизни. Может, пора уже бросить эту затею и смириться со своей судьбой, как и все мы? Ты только навлечешь на себя неприятности или что похуже. Мы ведь тоже вносим свой вклад в защиту королевства. Ведь наша работа тоже достойна уважения.

Тея еле сдержала себя, чтобы не ответить про алхимиков и писарей, взяла кружку сестры и осушила ее.

– Можете продолжить разговор о мальчиках, – произнесла она. – Или о ком-то еще, – добавила Тея, кивнув Иде.

– Ты так добра, – сухо ответила Ида.

Рен забрала свою кружку и вновь наполнила ее.

Мыслями Тея была уже не с ними… Она думала о сероглазом Боевом Мече, сидевшем за главным столом.

* * *

Когда девушки вернулись в свою комнату, очаг уже остыл, и Тея выругалась из-за холода. С каждой минутой жалобы остальных становились всё громче, и сестры принялись разводить огонь, бросая в камин хворост. Тея вздохнула, когда ее пальцев коснулось тепло. Она протянула руки к огню, а затем резко отдернула, когда что-то пролетело в воздухе в ее сторону.

Небольшое лезвие, которыми открывали бутылки, вонзилось в деревянный пол рядом с ногой Теи.

– Что за…

В нее полетело еще одно лезвие.

Тея увернулась.

– Сам! – крикнула она. – Хватит!

Но она знала: бездействовать не стоит. Тея вскочила на ноги и стала перепрыгивать с одного места на другое, в то время как в нее продолжали лететь новые острые снаряды, издававшие ритмичные глухие удары о стены и пол. Это было мальчишеское тезмаррское состязание на развитие быстрой реакции. Конечно, девушкам играть в эту игру было запрещено, поэтому подруги адаптировали ее под себя. Самра всегда утверждала, что они правил не нарушают, ведь вместо традиционных лезвий в форме звездочек и