Азурмен. Рука Азуриана - Гэв Торп

в духовные камни, питающие тело огромной боевой машины. Когда Нимуирисан отправил психическое сообщение, то можно было ощутить его брата Джаритурана, витающего на границе сознания пилота.

— Тогда контратакуйте. — В его мыслях чувствовалась небольшая злоба из-за неудачи с руническим диском. — Мы уже потеряли несколько солдат и машин, запечатывая входы в нижние уровни, и у нас нет огневой мощи или больших войск, чтобы захватить город, если мы его вдруг потеряем. Свяжитесь с «Цепкой молнией» и прикажите им бить с орбиты.

— Если мы так и будем все дальше уходить от Ниессиса, нас отрежут от портала в Паутину. И тогда мы точно здесь застрянем.

— Не застрянем, пока «Цепкая молния» контролирует орбиту.

— Тинарин сообщил, что через двадцать планетарных вращений прибудут несколько вражеских кораблей.

— Нам вполне хватит двадцати дней, чтобы разгадать шифр и забрать с собой Анкаталамон. Нимуирисан, помни, что, если мы провалим миссию, наш искусственный мир будет обречен.

— Как прикажете, ясновидец.

Гиландрис выбросил из головы беспокойные слова пилота призрачного рыцаря и сосредоточился на рунической панели. Код определенно состоял из шестеричной системы. Возможно, одной из «Триумвирата Азуриана», которую часто использовали во времена до Падения.

Потерявшись в размышлениях, ясновидец не обращал внимания на сообщения, связанные с разворачивающейся наверху битвой. Поэтому Гиландрис несколько удивился, когда его мыслительный процесс был прерван испуганным посланием от Тинарина, капитана линкора «Цепкая молния».

— Нас атакуют! Мон-кей удалось запустить несколько оборонных платформ, которые, по нашим данным, давно не работали. Противокорабельные торпеды приближаются к нам с высокой скоростью.

— Подстрелите их или уклонитесь, — раздраженно ответил Гирландрис, не понимая, зачем его отвлекли. — Неужели я должен говорить вам, что делать?

— Нет времени, ясновидец. Я собираюсь войти в верхние слои атмосферы в надежде, что ракеты сгорят прежде, чем достанут нас. Да, мы получим повреждения, но это лучшее, что можно придумать в данной ситуации. Если нас уничтожат, то врата на поверхности планеты — ваш единственный выход. Сейчас я посылаю сигнал бедствия через Паутину прямо на искусственный мир, однако помощь придет не сразу.

Пришла еще одна неприятная новость: Гиландрис услышал по коммуникатору, что его войска отступали к храму-хранилищу, утратив контроль над вратами, через которые они прибыли на Эскатаринеш. Почти за полдня они потеряли все, и обстановка стала серьезно накаляться.

— Нимуирисан, что происходит?

— Мы больше не можем противостоять им: их стало слишком много, ясновидец. Поэтому мы решили отступить к склепу и укрепить там наши позиции, а когда все будет готово, мы отобьет врата.

— Вхожу в атмосферу, — сообщил Тинарин. — Включены тепловые заслонки. Обнаружены поверхностные повреждения. Слезы Иши! У нас тепловая ловушка по всему хвосту, теряю баланс и маневренность. Все три пилота находятся в исступлении.

— Что все это значит? — cпросил Гиландрис. — Ответь, что там у вас происходит.

— Мне придется перейти к управляемому снижению, ясновидец.

— Вы падаете?

— Совершаем аварийную посадку. Надеюсь, удачную.

Гиландрис ощутил волны беспокойства, плывущие от остальных, на которые он ответил успокаивающим психическим импульсом.

— Не нужно бояться, — промолвил он им. — Возможно, впереди нас ждет боль и страдания, но мы одержим победу. Я уверяю вас. Разве не я предвидел наш успех?

5

Свет.

Ослепительный солнечный свет.

Если бы лорд-феникс мог, он бы прищурил глаза, но вместо этого Азурмен сделал мысленный эквивалент, когда стал осматривать округу.

Он все еще был в гробнице джитаар и узнал старые отметки на стене. Непонятные и неподвижные. Свет поливал комнату из проломленного потолка. Он повернул голову и увидел облаченную в черную броню фигуру, лежащую рядом с ним. Последние воспоминания эльдар отозвались эхом в душе Азурмена, и вдруг всплыло имя — Туатанем Ультрандер Наейт. Черный Гвардеец Ультве. Она следовала по Пути сдержанности, когда не была задействована в ополчении мира-корабля. Последние крупицы ее духа исчезли, и все, чем она была или могла стать, превратилось в Азурмена.

Ее спутники отошли к грависетям, брошенным через дыру в крыше, и еще больше силуэтов замельтешило напротив яркого неба.

— Она обрела покой, — уверил их Азурмен, приподнявшись. Его зловещий меч все также лежал на том месте, где он выскользнул из его мертвой руки. Он пошевелил пальцами, и оружие быстро оказалось во власти хозяина. Навершие эфеса и лезвие вспыхнули, словно ожив от прикосновения лорда-феникса.

Азурмен уже привык к яркому свету, бьющему из дыры, и вдруг он разглядел, что видимый участок неба пересекают полосы красно-белого огня — лазерного огня.

— Битва? С кем?

— С джитаар.

Голос, отозвавшийся слева от Азурмена, был тихим и гладким. Он развернулся и почуял древнюю силу, непомерную мудрость и тяжесть вечности, исходящие от увиденной фигуры.

Ясновидец, чье лицо скрывал призрачный шлем, был облачен в темно-бордовый балахон, поверх которого красовалась свободная накидка, обшитая золотистыми рунами. В правой руке он держал усеянный камнями душ посох из кристаллической голубой призрачной кости, а в его левой руке сверкал обнаженный колдовской клинок.

Даже если бы Азурмен не встречал его десятки раз в предыдущих жизнях, он узнал бы ясновидца по невероятной психической мощи и присутствию Черных Гвардейцев Ультве.

— Эльдрад, — произнес Азурмен, вставая на ноги и обдумывая слова ясновидца. — Народ Осколков изгнал джитаар. Как они сумели вернуться?

— Ты провел здесь немало времени, Рука Азуриана, — сказал Эльдрад Ультран, глава совета провидцев Ультве и величайший пророк всей расы эльдар. — По подсчетам моих собратьев, четверть дуги прошло с тех самых пор, как джитаар вернулись в свои центральные системы.

— Четверть дуги? — удивился Азурмен, быстро производя необходимые вычисления на основе траектории полета Ультве. — Эта планета сделала больше семисот вращений вокруг звезды, пока я ожидал возрождения!

— Истинно так. Не волнуйся, твой сон прервался как раз вовремя. Когда я изучал клубок перипетий будущего, мне, словно грезы, пришло видение об этом месте. Я не понимал, почему, но оно привело меня в могильники джитаар. Я подумал, что, возможно, там остались какие-нибудь следы боевой машины Фа’аде’ена или их цивилизации.

— Остались, — мрачно произнес Азурмен, подходя к портальным камням, которые располагались позади дыры, проделанной эльдар Ультве. — Три осколка обелиска Уничтожителей. Люди нашли и пробудили их. Я попытался помешать им. Прости, я опоздал.

— Почему ты извиняешься передо мной?

— Мне было суждено узреть их уничтожение. Азуриан… он послал мне видение… Осколки-корабли связаны с Рана Дандрой и отчасти с погибелью Ультве.

Ясновидец молча кивнул.

— Три осколка Уничтожителей, без сомнений, обладают немалым могуществом, но они и рядом не стоят с целым флотом и оборонными системами такого крупного искусственного мира, как Ультве. Для нас они не несут почти