Злодейский путь!.. Том 1 и 2 - Эл Моргот

степень его сомнений и тревог.

Нищий слепец сидел на том же самом перекрестке. Шен медленно подходил к нему, чувствуя, как сердце ускоряет свое биение с каждым шагом. Когда он приблизился на расстояние пары шагов, казалось, оно сейчас выскочит из груди.

– Я знал, что ты так просто не исчезнешь, – произнес слепец, почувствовав его приближение.

Шен удивленно посмотрел на него, никак не ожидая, что тот узнает его без слов.

– Я хотел кое-что тебе сказать.

– Слова, – усмехнулся слепец. – Ты всегда был диво как искусен в словах.

Стремительно прыгнув, слепец направил в грудь Шена кинжал. Для бессмертного заклинателя подобное не было угрозой, и Шен спокойно перехватил его перед своим сердцем. Сжимая кинжал левой рукой, он по-новому оценил слепца, стоящего перед ним.

– Ты занимался совершенствованием? Конечно, не достиг особых высот, но все же сейчас я чувствую в тебе силу заклинателя.

– Чего я только не делал в надежде однажды отомстить тебе за содеянное!

Шен вырвал кинжал из его руки. Посмотрев на оружие, он увидел, что по лезвию быстро стекает его темная кровь.

– Выслушай меня! – произнес он, вновь переведя взгляд на мужчину.

– Хм… если только ты пообещаешь, что после этого сразишься со мной.

Шен легко согласился на это.

– Тогда я слушаю.

– Я… – Шен чуть не попросил прощения, но вовремя одернул себя. – Помнишь маленькую девочку, что спасла тебя в детстве у озера? Тебя понес конь, ты упал в озеро и стал тонуть, не умея плавать…

– Да, – перебил его слепец, – я ее помню. Ее красота показалась мне тогда чем-то неземным. Хм… на самом деле я был так ослеплен ею тогда, что долгие годы мечтал встретить ее вновь. Ее образ навсегда отпечатался в моей памяти. Наверное, даже Лунни я так любил потому, что она была похожа на нее. Но откуда ты знаешь?

– Эта девочка тоже влюбилась в тебя. Она ходила за тобой по пятам, все надеясь, что когда-нибудь ты увидишь ее вновь. Она находилась рядом с тобой многие годы незримым духом-хранителем.

– Духом?

– И когда твоя жена умерла…

Слепец дернулся. Шену показалось, что он вновь попытается его ударить, но тот сдержался и замер.

– Когда она умерла, – продолжил Шен, – а это случилось еще до того, как я приехал в этот город, твой дух-хранитель вселился в ее тело, создавая иллюзию ее жизни только лишь для того, чтобы ты не умер от горя вместе с ней. Ее сил хватало только на то, чтобы говорить вместо нее и создавать видимость движения губ, она даже не могла встать с кровати. И когда я приехал, сразу все понял. Я не сожалею о своем предложении. Жалко только, что вы так друг друга и не поняли. И дух, ставший на время человеком, вынужден был уйти, нося под сердцем твоего ребенка. Повезло, что к тебе тогда как раз направлялся твой старший брат. Он увидел завершение этой драматичной сцены, был сражен красотой женщины, которую ты выставил из своего дома, и предложил ей пожить у него. Наверное, сначала он думал, что ты еще захочешь ее увидеть. Но предполагаю, после осознания того, что твоя жена давно мертва, ты долгое время был несколько не в себе. Думаю, только ненависть ко мне заставила тебя жить дальше. А твой старший брат решил растить ребенка как своего и в итоге ничего тебе не сказал. Ты же озверел в своей боли. Предпочитая ненавидеть весь мир, ты сыпал проклятья и на него, и на его детей, когда брат пытался предложить тебе помощь, и демоны ведают, на скольких еще людей, проходящих мимо тебя по этой улице. Вот только проклятье однажды сработало, так как исходило от отца к родному сыну.

Шен замолчал. Слепец напряженно стоял перед ним.

– Что ты имеешь в виду? – наконец уточнил он.

– То, что ты проклял своего сына на семь лет неудач. Не знаю, изменится ли что-то после того, как ты узнал правду. Но я должен был попытаться.

– Ты на самом деле очень жесток, Шен, – прошептал слепец. – Рассказать мне это спустя двадцать лет…

– Ты все еще хочешь со мной сразиться?

Слепец внезапно усмехнулся.

– Это уже не имеет существенного значения. Все равно на его лезвие был нанесен смертельный яд. Я тоже научился быть подлым за эти годы и уже давно понял: чтобы победить превосходящего по силе противника, необходимо играть бесчестно.

Шен перевел взгляд на кинжал, рукоять которого все еще держал в левой руке. На лезвии уже успела засохнуть его кровь.

– Может быть, ты убьешь меня? – предложил слепец.

Он помолчал, но Шен не произнес ни звука.

– Нет? Ну что ж. Тогда мне пора.

С этими словами он отвернулся от Шена, поднял свою миску для пожертвований и, довольно быстро зашагав вниз по улице, скрылся из виду.

Глава 35. Жизнь

– Какой хоть яд на кинжале? – спохватился Шен, но слепца уже не было видно.

Хотя вряд ли он ответил бы, даже находясь перед ним. Шен прислушался к своим ощущениям. Пока что, кажется, он не собирается умирать на месте.

К нему подошел Муан:

– Что теперь?

Шен растерянно посмотрел на него. Сказать ему? Вообще, логичнее было бы сказать. Шен уже открыл было рот, но…

– Ты ранен? У тебя кровь!

Муан схватил его за запястье, притягивая к себе руку с кинжалом.

Шен резко выдернул руку, пока Муан, чего доброго, случайно не порезался. Вот была бы уморительная картина. И счастливо откинулись бы вместе.

– Это всего лишь царапина! – разъяренно прошипел Шен.

– Ладно, – Муан вновь примирительно поднял руки вверх, типа сдаваясь.

Шен развернулся и направился обратно в дом семьи Гур.

[Я даже не хочу ничего говорить по этому поводу].

«Ну так и молчи!»

[Нет, я не могу не снять хотя бы 10 баллов за неосторожность].

«Мне от этого ни холодно ни жарко», – честно отозвался Шен. Он вообще уже давно стал подозревать, что Система снимает и начисляет баллы чисто по приколу. Учитывая количество показателей, на которые зачислялись и снимались баллы, трудно было представить все эти данные в единой таблице. На самом деле критериев меньше, а она просто развлекается, прибавляя и снимая их от единой шкалы? Или на его жизнь в самом деле влияют показатели «развратности» или «авторитета среди учащихся»?

Не время сейчас размышлять об этом.

«Может, лучше насчет яда подскажешь?»

[Откуда же мне знать, что там? Я же не всеведуща].

«Ладно».

Шен задумался. Возможно, целитель может распознать яд. Учитывая богатство семьи Гур, у них вполне может оказаться личный лекарь. Надо вернуться и послать за ним.

По возвращении в поместье он насилу избавился от Муана, который порывался бежать за заживляющей мазью. Шену не сразу удалось убедить его, что у него еще прошлая шкатулочка, что тот давал, не закончилась. Хотя ситуация его слегка позабавила: он представил, что красавец Муан таскает с собой (судя по всему) не меньше полудюжины таких целебных баночек «чисто на всякий случай».

Интересно, сколько усилий прикладывает Муан для сохранения своей симпатичной внешности? Сколько для этого нужно времени: час утром, час вечером? М-м-м, может, и Шену стоит больше внимания уделять тому, как он выглядит? А то Ер описывал всех заклинателей довольно красивыми, но никогда не уточнял, как они этого добились и требуются ли усилия для сохранения результата. Не хотелось бы проснуться однажды и обнаружить, что постарел. Хотя кого он обманывает? Он точно не сможет столько времени уделять своей внешности.

Шен размышлял на эту отвлеченную тему, пока к нему в комнату не постучался лекарь. Вскочив, он поспешил пригласить того внутрь.

– Вам нездоровится, господин? – учтиво спросил пожилой невысокий мужчина.

Шен показал лекарю ладонь своей левой руки.

– Что ж, сейчас обработаем…

– Нет, подождите. Дело в том, что в рану мог попасть яд. – Шен протянул лекарю кинжал. – Можете ли вы определить, чем смазано лезвие?

Лекарь помрачнел, взяв кинжал в руки.

– Так, навскидку, конечно, не скажешь. Мне нужны реагенты, чтобы попытаться это выяснить. Это может занять какое-то время. Если яд редкий, я не смогу его определить.

Шен удрученно вздохнул. В глубине души он этот ответ и предполагал, надежда на лекаря была сродни надежде на чудо.

– Что ж… может, у вас есть какое-то средство, способное замедлить действие самых распространенных ядов?

Лекарь недовольно посмотрел на него.

– Молодой человек, вы совершенно несведущи в медицине. Подобного чудодейственного средства не существует. Я не могу подобрать противоядие, не зная вида яда. Более того, оно может только усугубить дело.

– И что же мне прикажете делать?

– Я попытаюсь выяснить, что за яд на кинжале. Но с большей вероятностью вы скорее узнаете это от того, у кого вы его раздобыли.

Шен постарался сдержать гнев.

– Что ж, прошу вас сделать все, что в ваших силах, – поклонился он.

Дождавшись, когда за лекарем задвинется дверь, он недовольно сложил руки на груди и ударом ноги опрокинул столик. Волчара резко дернулась в сторону, уходя с траектории его полета.

«А-а-а! Что делать?!» – мысленно вопил Шен, но Система не отзывалась.

Ал Луар как заведенный наматывал круги по своей комнате. Мысли и переживания раздирали его на части, и он не мог от них нигде укрыться. Он снова и снова думал о своих чувствах, пытался понять эмоции, приходил к выводу, что чересчур много думает,