Путешествие в молодость (СИ) - Поляков Эдуард Павлович

— Анька, бежим, — бросил я, пробегая мимо забора, под котором дислоцировалась троица зомбей.

Вопросов она не задавала. Поняв, что люля грозят всем, кто не местный, пристроилась в агрегарде. Баласт пришлось бросить на произвол судьбы.

Ну, уж извините, своя шкура — дороже.

Бежали мы долго. Минуту, не меньше. А потом адреналин отпустил, дыхалка сбилась, и мы дружно перешли на шаг.

— Это что сейчас было? — шумно вдыхая после каждой фразы, спросила Анька.

— Норматив ВФСК “ГТО” по сматыванию от недружественных аборигенов на длинные дистанции и по пересечённой местности, — едва ли не выплевывая легкие, отмахнулся я. — Ну нах. Вернемся домой, сяду на диету. Курить брошу, с синим завяжу, — зарекся я.

— До завтра то продержишься? — хмыкнул Чиж.

— А иди ты, — обозлился я. — Так то, люлей мы чуть из-за тебя не получили.

— Это с хера ли? — удивился малой.

— А кто меня в эту дыру притащил?

— А ты весь такой, прям против был! — огрызнулся Чиж. — Пинками тебя сюда пригнали. Да? Сам вопил, погнали, вдарим настоящий рок в этой дыре.

— И даже гитары не расчехлили, — вздохнул я.

По большому счету, малой был прав. Но я уже пришел в себя, и обиды не было от слова совсем.

Да и весело же было.

Гопоте навешали, сами не огребли. В пакете минералка и пара баклах пива. В хате нас дожидается самогон и лёгкая закуска.

А то, что бухать и курить обещал завязать, так это с нового дня нужно начинать. И лучше с глубокого бодуна.

— Ладно, забей, — улыбнулся я. — Погнали к Мишане. Сдается мне, ищут нас.

— Полюбому, — согласился Чиж. — А идти то куда?

Вопрос оказался злободневным. Я дорогу смутно помнил, а тут ещё и забег этот по темным и незнакомым переулкам. Пришлось сознаться в своей географической импотенции.

— Вот вы даёте, — заржала Анька. — А по навигатору слабо? Или религия не позволяет?

— Вот ты капитан очевидность, — огрызнулся я на новый мозг нашего коллектива. — Сразу, как адрес назовёшь, так и пойдем. Надо у местных поспрашать.

— Поспрашали уже, — буркнул Чиж. — Тут на весь колхоз всего одна трёхэтажка. И на карте она по любому есть.

— Такой умный, да? Тебе череп не жмет? — начал заводиться я.

— Есть слегка. Особенно с похмелья, — обрадовался малой.

Поумничать у меня не получилось. Прогресс меня поимел, а потом вывел наши бренные тела к трёхэтажному человейнику.

Отсутствовали мы, чисто по моим ощущениям, часа два. Плюс-минус. Но когда зашли в подъезд, я завис.

— Кажись, ошиблись мы, — втягивая носом тонкий аромат хлорки, витавший в воздухе, остановился я.

— Да нет, всё правильно. Вроде, — подозрительно озираясь по сторонам, протянул Чиж.

Подъезд был девственно чист. В элитных новостройках так чисто не бывает. А тут в захолустье…

Летающая тарелка, припаркованная на детской площадке, смотрелась бы естественнее, чем это.

— А, не. Всё правильно пришли, — обрадовался малой, увидев знакомую дверь.

Чиж с довольной лыбой дернул за ручку и офигел. Дверь была закрыта.

— Блин, я точно помню, когда мы уходили, она открытая была. Я даже проверил, — пробормотал озадаченный балбес.

— Ну, тут два варианта. Или Мишаня очухался и дверь закрыл, или родаки вернулись и по ушам ему надавали, — почесав репу, блеснул я дедукцией.

Как бы то ни было, но в хате были наши шмотки. Решили брать квартиру штурмом.

В запертую дверь долбились мы долго. Минут пять. И всё безрезультатно. Поорали даже немного, в промежутках прикладывая ухо к двери. Но в квартире царила тишина.

Наши вопли нашли отклик у соседей.

— Вы кто такие и херли вам тут надо? — окинув нас подозрительным взглядом, поинтересовался дедок, выглянувший из квартиры напротив.

— Папаша, всё норм. Мы к другу пришли, а он не открывает, — обрисовал я ситуацию.

— Ну вот и идите отсюда нахрен. Вас тут не ждут, — перебил меня дед.

— Да мы бы с радостью. Ключи от мотика и вещи наши у Мишани остались, — огрызнулся Чиж, пнув дверь неприступной хаты.

— А мне насрать. Ещё раз по двери двинешь, я тебе в жбан двину и скажу, что так и было, — ничуть не смутился дед.

— А не много ли ты на себя берёшь, папаша? — удивился я.

— Слышь, пацаны и пацанесса, я же ясно сказал, шли бы вы нах отсюда. А то у нас тут кабаны совсем дикие. Ноги, нахрен, покусают. По самые яйца и титьки, — на полном серьезе заявил нам дед. — А ещё и отмудохать могут.

Мы рты раскрыли в непонятках.

— Ну чего зависли? Майора звать будем? — улыбнулся дед. Не по-доброму так, а с подвохом.

Кто такой майор и что от него лучше держаться подальше мы поняли через несколько секунд. Когда дед слегка дверь приоткрыл и там довольная морда кавказской овчарки нарисовалась.

Чижа и Аньку как ветром сдуло.

— Всё-всё-всё. Извините за беспокойство, мы уходим. На улице под кустиком Мишаню подождём, — пятясь вниз по лестнице, извинялся я.

— И тебе не хворать, — заржал дед и хлопнул дверью.

Совещание на тему “Кто виноват и что делать?” развернули на лавочке. Залив жажду пивом, пришли к выводу, что в гостях хорошо, но дома лучше.

Банально потому, что дома желающих двинуть в морду в разы меньше.

Но возвращению в родные пенаты мешала суровая реальность. Ключи от мотика лежали в моём рюкзаке, а рюкзак в хате. Там же дожидались своего часа гитары, которые на произвол судьбы, даже временно, бросать не хотелось совершенно. Да и самогон было жалко. Как минимум трёшка на хате осталась.

— Чиж, а ты же парень сильный да ловкий. Высоты не боишься совершенно и готов на любые подвиги? — взял я на понт юнца.

— Что есть, того не отнять, — развернул плечи балбес.

— Тогда предлагаю план-капкан. Высота детская, балконы не застеклены. Дверь на балкон, насколько я помню, осталась открытой, — изложил я суть. — Ты аккуратно залезаешь на мишанин балкон, прислушиваешься, если хозяин с ножом на тебя не бросается, проникаешь в квартиру и открываешь нам дверь. Мы заходим, берем своё и так как нам тут не рады, валим в сторону дома.

— Гениально, — хмыкнул Чиж.

Отмазываться он не стал. Мой план нам показался надёжным, как швейцарские часы. А главное, отказаться Чиж не мог. В противном случае Анька всем подругам бы по большому секрету про очкуна рассказала бы. Способ древний, как говно мамонта, но до сих пор рабочий.

На первом этаже балконов не наблюдалось. С горем пополам, а взгромоздили балбеса мне на плечи, и он смог дотянуться до балкона второго этажа. Сделал усилие и даже, кряхтя подтянулся. Перехватился поудобнее, потом ещё раз и ещё, выматерился и умудрился упереться ногой в край бетонной плиты.

Матюкнулся ещё раз, взобрался на металлические перила. Встал на них, держась за стену, и ухватился за мишанин балкон.

— Давай-давай. Ещё чуть-чуть, — громким шёпотом подбодрили мы нашего верхолаза.

Но не срослось. Только начал малой подтягиваться, помогая себе ногами, руки сорвались и пал посланец к нашим ногам. Благо буйная растительность удар немного смягчила.

— Чиж, ты чего? Ты как? — рванули мы к летуну.

Тот лежал, не шевелился, пучил глаза и бесшумно открывал рот, пытаясь вздохнуть.

— Э, ты чего? — похлопал я его по щекам. — Кончай придуриваться, а то Анька тебе больше не даст.

Шут его знает, от этого или нет, но Чиж начал приходить в себя.

Через минуту он уже сидел и глубоко вдыхал ночной воздух. Окрылённая Анька даже приобняла балбеса и попыталась его поцеловать.

— Ёптыть, — просипел малой, оттолкнул подругу и ломанул в сторону кустарника.

— Чего это с ним? — опешила девушка.

— Не знаю. Может, вспомнил чего, — предположил я.

— Ааа, — раздался радостный вздох из темноты. — Успел. Чуть в штаны не обосрался.

— Романтический момент потерян, — констатировал я и закурил.

Через пять минут, когда Чиж, почесывая задницу, вылез из кустов, провели второе заседание нашей элитной алко-группы. От повторного штурма балкона было решено отказаться. Ломиться в дверь тоже не решились.