Владислав Силин - Королей убивают неудачники

Давно уж пора было начинать церемонию, но Дон все чего-то ждал. Как оказалось — зеленого часа. Что-что, а традиции хранитель мечей соблюдал педантично.

Зрители заскучали. Господин Кедра подобрал полы балахона и смешно засеменил к рыцарям.

— Где же ваш святой, Алсей Ай? — требовательно спросил он. Судя по тону, колдун ни на миг не сомневался, что князья с ног собьются, но Мокоша ему отыщут. — Вы прячете его? Зачем?

Рыцари переглянулись. Бородач Дена лениво поднялся с места, отряхнул кафтан.

— Святой где, спрашиваешь ты? Святой Алсей Ай, да?..

Он нехорошо оскалился и вдруг запрыгал вокруг колдуна, прихлопывая пятками друг о друга:

— Гам, гам, гам-галлала! Жервину и горя мало! Я тоже святой — почти Жервин!

Господин Кедра задохнулся от ярости, по его лицу поползли багровые пятна. Он огляделся, но никто не спешил на выручку.

— Как вы!.. Это намек, да?! — пальцы колдуна вцепились в плечо Завацкого. — Господин Правежник, скажите же им!..

Денис брезгливо стряхнул руку. От резкого движения в глазах потемнело; казалось, тело пронизала ядовитая струя малахитового сияния.

— Проваливай, любитель макуртов, — объявил Дена. — Святой вновь тебя посрамит, и это правда.

— Но...

— Историю ты помнишь, и это да. Хорошо, ага!..

Провожаемый хохотом рыцарей, главарь разбойников потрусил обратно. Денис смотрел непонимающими глазами, пока ему не вспомнился вчерашний разговор с Маей.

«Жар-птица Феникс», да?.. Легенда рассказывала о том, как святой Жервин в одиночку схлестнулся с самим Господином Кедра. И победил. Неужто перед ним тот самый колдун?..

И зачем он приходил, что ему было нужно? Поцапаться с бородачом? Подержаться за Правежника?

Размышления детектива прервал крик Галада. Рыцарь появился со стороны шатров, размахивая срезанной веткой бивоны. Вот он швырнул ее на колени Дону: листья сияли праздничной зеленью.

— Пора! — церемониймейстер поднялся на ноги и схватил футляр с Господним Чижиком. Вслед за ним повскакивали и остальные рыцари. — К Правежу!

Разбойники выстроились, образовав жалкое подобие рыцарских боевых порядков. Над их головой взвилось знамя: ветка кедра на полотнище из-мешковины. Айши церемонным шагом вышел из разбойничьих рядов и замер. Меч небрежно покоился на его плече — словно посох странника.

— Правежник! Правежник! — нестройно проскандировали братья Кедра. — Справедливость с нами!

Дон едва заметно кивнул Завацкому.

Вот и все. Никаких больше проволочек, присяжные заняли места, адвокат и прокурор обмениваются последним рукопожатием... Наконец-то закончится вся эта катавасия...

Денис растерянно потер шею. Сердце-то как колотится... В животе разлилась неприятная истома, колени ослабли. Ничего, ничего... Главное — начать. Сейчас все придет в норму.

Почему-то отчаянно зачесалась переносица. Что там говорит народная мудрость — нос чешется к драке?.. В животе забурчало. Надо было поесть, пока предлагали... Футболка на спине взмокла.

Широкие плечи Галада и Сомора закрывали Завацкого от толпы, давая передышку. Денис вытер о футболку ладони и решительно пошел вперед. Мокрые от пота штанины липли к ногам.

— Правежник! Правежник! — взревели рыцари. — Справедливость с нами!

Будущие противники двинулись навстречу друг другу. Следом за Денисом вышагивал Дон с футляром на плече; Коршуна сопровождал Господин Кедра. На середине поля они встретились и обменялись поклонами.

— Хотел бы я тебя видеть на месте Айши! — шепнул Завацкий колдуну. Тот ничего не ответил и сделал вид, что недослышал. Выпрямился с каменным лицом, стал подле Коршуна. Сколько на его веку таких пожеланий звучало... А сколько еще прозвучит!..

— Станьте подле меня, — негромко приказал Дон. Футляр с Господним Чижиком оттягивал руки, однако церемониймейстер не спешил поставить его на землю. — Скажи, колдун, доверяешь ли ты нашим лекарям?

— Монахам, что ли?.. Нет, не доверяю, однако помощь их отрину, и это ложь.

Денис криво улыбнулся. Если тшиинская юриспруденция будет говорить языком лжи, местные адвокаты разбогатеют... Плохи дела Тшиина.

— Я приму помощь монаха Целительницы, и это правда, — сказал Айши.

— Я приму помощь монаха... — эхом отозвался Денис.

— ...и это правда.

— ...и это правда, — согласился он. Церемониймейстер опустил ящик на землю и откинул крышку.

— Дай свой меч, Правежник Айши, — протянул руку Дон. — Станет он основой божьей истины, и это так!

Коршун снял с плеча Белое Крыло. Толпа заворочалась, забурлила, подаваясь вперед.

— Слушайте меня, слушайте, говорю вам! — разнесся усиленный магией Белого Крыла голос церемониймейстера. — Мы собрались во славу Господа, и это правда. Небывалое творится нынче на этом поле, истинно скажу!.. Правеж не просто злодея выявит и защитит невиновного — на кону нечто большее. Помните легенду о Жарране, Убийце Великанов?

Слова церемониймейстера впечатывались в тишину, дробя ее на острые осколки. Вдали жалобно закричала птица, и звук этот заставил слушателей вздрогнуть.

— Господь дал Жаррану Правеж, но не навсегда. Придет время, сказал он, и человек обретет меру в сердце своем. Слушайте меня, да!.. Дети не различают добра и зла, поэтому взрослым приходится разбирать их ссоры. Но рано или поздно ребенок вырастает. Он познает справедливость. Мудрость, прошение и сила расцветают в его душе. И это так. — Дон набрал в легкие побольше воздуха и выкрикнул: — Говорю вам, близится Суд Судов! Два Правежника перед вами — примете их?

— Да!!! — взорвалась воплями толпа. — Да-а-а-а!!!

Воцарился ад. Несколько минут нельзя было ничего разобрать в нарастающем гуле. Наконец рев пошел на убыль; в какофонии стали различимы отдельные фразы:

— Мы принимаем Дену Зарая!.. Айши достоин, и это правда!..

Дон выждал, пока спадет волна воодушевления, и повелительно поднял руку. Шум оборвался, словно ножом обрезало. Даже эхо угасло.

— Итак, Правежникам вы верите. Это славно. — Церемониймейстер достал из футляра перевертыш и выпрямился, сжимая в каждой руке по клинку. — Вот Господень Чижик, символ милосердия господнего! Истинно говорю: он примет любой другой клинок таким, какой он есть, без ненависти и оговорок. Уподобим же ему наши сердца!

Одобрительный рокот прокатился по рядам слушателей.

— А вот — Белое Крыло. Преступления и благодеяния существуют лишь в нашем уме; как меч способен отрешиться от прошлого и грядущего, так разум наш пусть освободится. Так, ага!

Два меча соприкоснулись. Миг превращения Денис уловить не смог: вот только что в руках Ткни Ая сверкали разные клинки, а вот — один, но повторенный два раза.