Хроники Птицелова - Марина Клейн

ним, только сначала мне нужно переодеться, чтобы я выглядел «как-нибудь нормально». Эта песня мне была уже знакома, и я закупился одеждой еще после первого визита к Альберту, просто не хотел щеголять в ней в школе, где обо мне и так уже ходили странные слухи.

Я отправился домой, переоделся, все еще пребывая в меланхоличном настроении, посмотрел в зеркало. Темно-синие джинсы, черная водолазка, коричневый пиджак. Я стал похож на не в меру молодого писателя, для полноты картины не хватало разве что очков. Но – важный плюс – в такой одежде я выглядел старше и на порядок серьезнее, что было особенно важно именно в тот вечер, поскольку Амир сообщил, что будет ждать меня в «очень серьезном месте». «Очень серьезным местом» был ресторан, в подобных заведениях мне бывать еще не приходилось. Но я не сказал бы, что волновался – мысли занимала проклятая школа, и в конечном итоге именно благодаря ей я влип в скверную историю.

«Очень серьезное место» оправдало свое название. За неприметной дверью оказался роскошный тамбур и целых два охранника таких габаритов, что их вполне можно было принять или за шкафы, или за телохранителей какого-нибудь криминального авторитета. Мне здесь явно было не место, и я порядком струхнул, когда один из охранников спросил мое имя. Ну как спросил – гаркнул «кто такой?!», и я уверился – если отвечу неправильно, меня тут же спустят с крыльца.

Я назвал свое имя. Тот же охранник уже мягче спросил, ждет ли меня кто-нибудь, и я сослался на Амира. После этого ответа меня пропустили.

Зал ресторана заливал слабый красноватый свет. Обстановка была выдержана в восточном стиле. Переплетения искусственных ветвей отделяли друг от друга столы, так, что каждый находился как бы в отдельной комнате; лилась негромкая музыка, стоял тяжеловатый сладкий аромат. Официантки рассекали по залу в таком виде, что я сразу вспыхнул и поклялся по возможности на них не смотреть, дабы избежать неловких моментов.

Амир выглянул из-за одной из ветвистых перегородок и махнул мне рукой. Я сел напротив него на мягкий бордовый диван. На столе стояла початая бутылка виски, ведерко со льдом и уже пустой стакан.

– Надо тебе выпить, – сказал Амир, внимательно посмотрев на меня. – Лица нет. Что случилось-то?

– Да так… Учеба, – пробормотал я.

Официантка принесла еще один стакан, Амир наполнил его и протянул мне. Я никогда прежде не пил ни виски, ни алкоголь вообще, как-то не подворачивалось случая. Но ударять лицом в грязь не хотелось, и я сделал большой глоток. Горло обожгло, потом и желудок. Под пристальным взглядом Амира я мужественно повторил попытку, после нее у меня в голове приятно зашумело, и этот благодатный шум как-то сразу отодвинул школьную проблему на задний план. Стремясь закрепить успех, я приложился еще.

– Вот, другое дело. – Амир усмехнулся. – Мы, между прочим, здесь не просто так. Скоро подойдет еще кое-кто… Это они давали все последние тексты. Сегодня должны заплатить за то, что ты сделал на прошлой неделе, – очень хорошие деньги. И, если повезет, принесут еще, я, правда, не знаю, на каком именно языке.

– Но мы ведь договаривались об анонимности, – запоздало вспомнил я.

Амир несколько смутился.

– Ну, вообще да, но тут дело серьезное и деньги совсем другие. Они не слишком-то тепло ко мне отнеслись, а завоевать их уважение – дорогого стоит… Хотят взглянуть на тебя, вот и все.

– Зачем им на меня глядеть? – Мне это совсем не понравилось. – Я же пришел к тебе, а ты уже собирался идти сюда, говорил, что занят…

– Сейчас объясню. Подожди, выпьем.

Мы чокнулись, я допил свою порцию. Но Амир тут же налил мне еще. Я сделал глоток, но по-прежнему пристально смотрел на него, ожидая объяснений.

– Понимаешь, они мне не поверили и поставили кое-какие условия… Я должен был им денег, честно сказать. Видишь – я с тобой откровенен. И заметь, в переводах я тебя не обкрадывал, отдавал твои деньги, хотя у меня были серьезные проблемы. Тогда я им решил предложить кое-что, и мы должны были обсудить это здесь… Но раз ты зашел, я сразу тебя позвал, потому что…

– Ты предложил им меня? Чтобы я им переводил?

Я было резко встал, но проклятое виски ударило в голову. Вдобавок я задел плечом поднос проходившей мимо официантки. Из ведра со льдом на наш столик упало несколько льдинок, я торопливо подхватил поднос и заодно, по случайности, руки девушки. И, конечно, уперся взглядом в ее грудь, туго обтянутую ярко-красным шелковым лоскутом. Я забормотал извинения, с огромным трудом поднимая глаза на ее хорошенькое личико, ничуть не удивленное внезапным происшествием. Официантка мило улыбнулась, спросила, все ли в порядке и не принести ли нам еще чего-нибудь. Амир, хохотнув, заказал еще виски и какие-то блюда, названия которых я отродясь не слышал.

Я в замешательстве опустился обратно на диван. Взгляд мой был устремлен вслед официантке, грудь которой наотрез отказывалась уходить из головы.

– Успокойся, – примирительно сказал Амир. – Что за дурацкие идеи тебе в голову приходят. Не тебя я им предложил, а твою работу. В том плане, что ты переведешь им кое-что – конечно, не бесплатно. Я ведь с самого начала ничего о тебе не говорил, они думали, что у меня по каждому языку свой человек. Им это неудобно. Ну вот я и… Ну, гарантировал ценный контакт. Ничего такого.

– Ничего такого? – Меня не оставляли подозрения. – За знакомство со мной – списать долг, хотя при желании они могли просто потребовать мой телефон?

– Да успокойся же. – В голосе Амира послышалась досада. – Ладно, признаю, я запрашивал у них много денег, чтобы им же и отдать, а потом выболтал, кто ты, сколько тебе лет… Сам понимаешь! Дурак, тебе же лучше. Если приглянешься им, возьмешь заказ напрямую, вот и все.

Я еще сомневался, но тут Амир радостно возвестил: «О, вот и они», – одновременно с этим подоспела давешняя официантка, которая снова одарила меня теплой улыбкой. Она загородила проход и принялась загружать стол различной снедью, оформленной так красиво, что к ней и прикасаться-то было страшно, не то что есть. Впрочем, мне больше думалось не о еде, а о ее гибком теле.

Подошли трое взрослых мужчин – двое помоложе, один уже в возрасте. Последний, должно быть, араб, со смуглой кожей, глазами, обрамленными густыми ресницами, черной бородой. Один его спутник чем-то походил на Амира, у другого внешность была европейская. Они все по очереди и строго конспективно, без малейшего раздумья или колебания, перечислили официантке то, что ей